Расколотая империя

Насколько трактирщик помнил, помимо пива незнакомец попросил наполнить флягу разбавленным белым вином. Самое то, если день будет жарким. Хоть и непохоже.

— Если бы, — вздохнул трактирщик. Человеком он был словоохотливым. Да и выбранная стезя обязывала. Где людям новости узнать, как не на постоялом дворе? — Клановые это… — добавил он, заговорщицки понизив голос. — В столице-то, милостивый сударь, сами знаете, что творится. Вот и шныряют рядом силы кланов. Иной раз схватки случаются. Не только с ранеными, но и с убитыми. Помяните мои слова, не будет в империи порядка и покоя, пока нового императора не выберут.

— А вы, уважаемый, за кого?

— Я человек маленький, — пожал плечами трактирщик. — Я за порядок. А кто при этом порядке сидит на троне, мне неважно.

— Да-а, порядок — это замечательно, — согласился неизвестный гость, допивая пиво.

Когда трактирщик отвлекся на несколько мгновений, незнакомец исчез. Рядом с пустой кружкой поблескивал серебряный «ноготок». Взяв более чем щедрую плату, трактирщик убрал монету в карман передника и постарался забыть незнакомца, как и недавний отряд. Чутье запоздало ему подсказало, что они как-то связаны.

— Ты не торопился, — попеняла Тару Милева, когда он забрался на место возницы и протянул ей кожаную флягу с разбавленным водой вином.

Пара лошадей, запряженная в неприметную крытую тентом повозку, которую так любят торговцы, недовольно дернули головой, почувствовав возвращение одного из двух одаренных. Перемена хозяев, произошедшая незадолго до рассвета, их не радовала. Старые владельцы с радостью избавились от повозки. Ведь им заплатили в два раза больше, чем та стоила вместе с грузом. Дегтя, как успел отметить Тар, изучив бочки.

— Ворчишь, словно мы несколько лет женаты, — отозвался он, взяв поводья и накинув на голову капюшон плаща.

Погода выдалась пасмурной, с серых небес того и гляди могли упасть капли дождя, так что этот жест не выглядел странным. Многие погонщики, решившие сделать перерыв перед последним броском к городу, или же убывающие дальше на восток, кутались в такие же дорожные плащи.

— Восемь лет, — с усмешкой напомнила она, сделав глоток вина из фляги.

Милева не хотела себе в этом признаваться, но с каждым новым днем ей нравилось проводить время с Таром все больше. Словно старые времена вернулись, когда они постоянно были вместе и влипали в различные, порой весьма опасные приключения.

И только мысли о Ранторе заставляли ее одергивать себя, не слишком поддаваясь этому чувству. Многие из тех, кто вот также следовал за Первым принцем, стали табличками в Домах Предков.

— Это те, кого мы ждали? — Милева небрежно кивнула в сторону успевшего скрыться за поворотом дороги отряда. — Я могу понять, что на Восточном Тракте делают они. Но почему здесь оказались мы? Ты ведь планировал свалить всю грязную работу на Красный двор.

— Вот только это не бойцы Красного двора, а Синего. И ведет их мой брат Бадрис. Глупый мальчишка, вечно старается вляпаться в приключения.

— Подражает старшему брату, — хмыкнула Милева. — Вляпываться — это ваше семейное.

— Наше, — поправил ее Тар. — Восемь лет. Сама так только что сказала.

Милева не стала спорить, сделав еще один глоток из фляги. Вино было так разбавлено, что опьянеть она не боялась.

— И все же, зачем мы следим за отрядом твоего брата? Неважно, Лорс это или Бадрис?

— Если бы это был Лорс, мы бы немедленно вернулись в город. А так… — Тар многозначительно замолчал, а затем загадочно добавил: — Подождем до вечера. Думаю, тогда тебе все станет понятно.

Не став настаивать, Милева начала наблюдать за людьми, входившими и покидавшими постоялый двор. Но вскоре ей это надоело, и она вновь посмотрела на такого ничуть не похожего на себя Тара, весь день поддерживавшего иллюзию.

Хоть она и узнала настоящую ступень его мастерства, легкость, с которой Первый принц меняет обличие не переставала ее удивлять. Заставляла задуматься. Теперь стоит опасаться любого незнакомого человека, да и знакомого, пожалуй, тоже. Хорошо, что мастеров школы иллюзии в империи осталось крайне мало.

Во времена расцвета Второй империи было несколько родов, вплотную работавших только с этой школой. Именно представители этих родов прежде составляли костяк Императорских Теней, от чего те и получили свое название. Но все они были вырезаны во время Войны Знати, Времени Раздора и астшанского вторжения. К Восстанию Ярости никого не осталось.

Были попытки, в том числе и ее дяди Кесса Родора, возродить утраченное мастерство по оставшимся учебным трактатам. Но успехи выходили скромными.

Точно Милева не знала, но среди Императорских Теней меньше десяти мастеров школы иллюзий. Да и то весьма скромных ступеней.

— Если бы ты сосредоточился только на одной школе, то к этому времени был бы…

— Мертвецом, — мрачно отметил Тар. — Наоборот, мне следовало лучше скрывать свои навыки. Остаться на шестой-седьмой ступени. Меньше зависти, интриг и смертей.

— Одно другому не мешает.

— Прошлое осталось в прошлом. К чему теперь жалеть об упущенных возможностях? Мы живем с тем, что у нас есть, — он замолчал, бросив быстрый взгляд на дорогу на которой появился еще один крупный отряд.

В этот раз путешественники и не думали прятаться, ехали открыто.

— Белые жрецы, — несколько удивленно прошептала Милева, пытаясь выстроить в голове цепочку, приведшую к подобным событиям.

— Что-то они рано, — нахмурился Тар. — Того и гляди нагонят отряд Бадриса. Неудачно получится.

— Для кого именно неудачно?

— Для того, кто проиграет.

Останавливаться на отдых белые не стали. Впрочем, как и гнать лошадей. Бросив взгляд на скопившиеся на обочине дороги рядом с постоялом двором повозки, более трех десятков всадников неспешно отправились дальше.

— Становится все интересней, — пробормотала Милева. — Сначала синие, теперь белые. И это при том, что письмо ты переслал Красному двору. Кто-то хотел использовать тебя, но ты использовал Красный двор… И ты явно знал, что императрица Лиара попытается использовать Синий.

— Догадывался, — внес корректировки Тар. — Но знаешь, что самое забавное, — усмехнулся он. — Думаю, это еще не конец.

— Красный двор тоже участвует?

— Отличная возможность расправиться с тем, кто выйдет победителем из схватки.

— Так вот, чего ты ждешь.