Страница 39 из 143
Тар нахмурился. Что-то в старом Суане его насторожило, но он никак не мог понять причину. Прежде, когда императрица Имсаль была еще жива. Между Зеленым двором и родом Суан были если не дружеские, то довольно ровные отношения. Тогда откуда это странное и знакомое ощущение исходящей от старика опасности?
Когда-то давно патриарх рода Суан провел с ним несколько тренировочных схваток и оставил о себе благоприятное впечатление, как об опытном бойце школы…
Тар подобрался, словно вставший на след охотничий пес, ловя каждое движение старого одаренного. Прежние подозрения перерастали в уверенность. Лаэр Басор Суан был мастером девятой ступени школы Огня. Один из трех убийц, напавший на него в Желтом дворе и сумевший уйти живым, тоже практиковал техники именно этой школы. А его ступень была никак не меньше восьмой.
Совпадение? Тар давно уже не верил в возможность таких совпадений.
Двери Палат Власти закрылись. Посох распорядителя в руках Басора Суана поднялся вверх и со звонким стуком ударил в пол ровно три раза.
— В одиннадцатый день шестого месяца восьмого года черепахи. Я объявляю это срочное заседание Палаты Власти империи Арвон открытым, — провозгласил патриарх рода Суан.
Дальнейшую речь Тар, да и не только он, пропустил мимо ушей. Империя любила ритуалы. А ритуалы невозможны без длинных, пустых речей.
— Так пусть же два хранителя выйдут в центр зала и предъявят нам последнюю волю императора! — торжественно закончил Басор Суан, величественно, словно именно он тут император, оглядев зал.
На местах воцарилось оживление, но в центр зала никто так и не вышел.
Тар быстро пересчитал собравшихся. Плюс все представители императорской семьи, минус глава Палаты Теней. Нет, владелец копии завещания обязательно должен быть в зале.
Или Старик в своей слепой вере в Кесса Родора не стал делать второй копии? Нет! Невозможно! Гехан Третий Яростный вихрь был помешан на законах и их соблюдении. А два хранителя — это закон.
— День перестает быть томным. Похоже, вся налаженная система выборов только что пошла по одному известному месту, — хмыкнул Тибер, когда шум в зале начал нарастать. Положив голову на перила, отделивший верхний ряд скамей от нижних, Третий принц свесил вниз руку. Помахивая ей, словно сытый кот лапой, он с интересом поглядывал на застывшего в центре зала распорядителя, который явно не знал, что следует делать дальше.
Шепотки на скамьях переросли в глухой рокот. Рокот в гул. Позабыв про распорядителя и совет, все обсуждали произошедшее. С подозрением косились на врагов и не меньшим на друзей. Если отсутствие первой копии завещания императора еще можно было объяснить смертью Кесса Родора, то отсутствие второй копии озадачивало. По традиции, копии завещания императора передавались кому-то из членов Палаты Власти или же представителям императорской семьи. Так что человек, у которого есть завещание, должен находиться в зале. Но он молчит!
— Напоминаю всем досточтимым лаэрам и ларам, что сокрытие, уничтожение или изменение завещания императора является коронным преступлением и карается смертью, — с нотками легкого волнения провозгласил отмеревший Басор Суан. — Пусть хранители выйдут в центр зала и предъявят нам последнюю волю императора! — закончил он без особой надежды, но с некоторым интересом в голосе.
Мысли, блуждавшие в голове патриарха рода Суан, угадывались с легкостью. У многих в этом зале, исключая одного единственного человека, они были одинаковыми.
У кого завещание? И почему этот кто-то решил его скрыть? Испугался смерти Кесса Родора? Или же сам эту смерть организовал? Имя, написанное в завещание, многих уже не интересовало. Сам факт пропажи теперь можно использовать, чтобы опротестовать подлинность последней воли императора.
Впрочем, извечный вопрос «кто виноват?» отступал на второй план перед другим, таким же извечным — что делать.
Выборы без учета последней воли императора, которому принадлежала четвертая часть всех голосов Палаты, тоже можно посчитать сомнительными. Любая проигравшая сторона может оспорить их результат, ссылаясь на отсутствие той самой последней воли.
Законы империи на этот счет указаний не оставили. Хотя последнее еще следовало проверить крючкотворам из Палат Правосудия.