Страница 12 из 28
Роман кивнул: а ведь это может сработать!
— Так, а что дальше?
Марк прищурился:
— Ну что-что… А дальше подсовываешь ей таких кандидатов, таких… — Лавров развел руками, начал рисовать в воздухе непонятные фигуры.
— Я понял, понял, — поморщился Роман. — В общем, тех, кого обычно и на пушечный выстрел к ней бы не подпустил?
— Именно! — поднял палец Марк. — И тогда твоя дама сердца непроизвольно начнет сравнивать всех этих кандидатов с кем? Правильно, с тобой! Ни один не должен выдержать конкуренции с несравненным Амурцевым.
Лавров будто задумался, почесал подбородок.
— Ты же кстати можешь ее водить куда хочешь. Придумаешь, что это новая схема работы, помогает подобрать лучших кандидатов, ну и всякое такое. В общем, не мне тебя учить. Она к тебе проникается, смотрит влюбленно, тут-то ее горяченькой и возьмешь.
Да, такая перспектива Романа определенно порадовала. Горячая Катя — и вся его! Он даже громко сглотнул, представив такую животрепещущую картину.
— Только вот что делать с условием «никаких отношений с клиентками»?
Лавров хмыкнул.
— Придется, друг мой, признать свой провал. И заявить Кате, что агентство не справилось.
Амурцев вскинул брови.
— Ну, или можешь уволиться. — И Марк снова засмеялся, довольный своей шуткой.
Глава 17. Сюрприз
Амурцев ходил взад-вперед у подъезда Кати и привычно крутил в руках зажигалку. Он ждал Карамельку, которая вот-вот должна была выйти из подъезда.
Предложенный Лавровым план незадачливый Купидон начал воплощать в жизнь сразу же. Всё сработало как по нотам, и Плошкина ничего не заподозрила, наоборот, с видимым воодушевлением согласилась на «тренировочный» ужин.
Роман всё продумал заранее и выбрал отличное место, которое Катя непременно оценит.
Оценит, если появится. Только вот минуты шли, а ее всё не было.
«Что, если передумала? Что, если решила кинуть меня, как последнего оленя? Это что же я, зря столик заказывал, зря всё планировал…»
Амурцев мрачнел всё больше, как вдруг раздалось пиликанье домофона, и появилась Карамелька. Роман облегченно выдохнул.
«Волосы накрутила, — подметил про себя он. — Ради меня постаралась, получается? Значит, я на правильном пути». И даже будто приосанился.
Жаль, что на дворе зима. Всю дорогу до ресторана он гадал, что скрывает Катина куртка. Этот предмет гардероба казался ему лишним. В общем-то, всё, что было на Карамельке, он считал в тот момент лишним.
И совсем не в ресторан хотелось ее отвезти… Тем более от нее так умопомрачительно пахло — то ли шампунем, то ли духами, то ли всем вместе, что в голове пульсировала одна мысль: сжать в объятиях и вдыхать ее запах. А потом…
— Роман? — вырвала его из таких сладких мечтаний Катя.
— Д-да? — Он даже не сразу понял, что Карамелька его позвала.
— А куда мы едем?
— Это сюрприз, — улыбнулся он ей.
Вскоре они стояли у вывески ресторана «Джимми Чу».
Катя широко и искренне улыбалась.
— Роман, а как вы узнали? Я давно хотела тут побывать!
Казалось, еще чуть-чуть, и она запрыгает на месте, захлопает в ладоши и заливисто рассмеется. Но нет — даже если Карамелька и хотела так отреагировать, то явно постеснялась присутствия Амурцева.
На самом деле, всё было просто. Роман попросту промониторил ее соцсети и увидел комментарий к одному из репостов: «Хочу сюда!» — и фото вывески ресторана.
Что ж, желание дамы — закон. Тем более это меньшее, что Амурцев готов был сделать, чтобы ее завоевать.
Он подмигнул Карамельке и вкрадчиво ответил:
— Я же ваш Купидон, Катя. — И улыбнулся.
А та будто замерла на мгновение, уставившись на него, но потом качнула головой и нахмурилась.
От этого нахмурился уже Роман. Совсем не нахмуренных бровей ожидал он сегодня от Кати. Радость, удовольствие, открытость и желание повторить это свидание еще раз этак… много.
Вскоре они прошли внутрь, и Карамелька замерла, рассматривая интерьер. Тут действительно было что рассматривать. Декоративная штукатурка, имитирующая глину. Растения в кадках, большие удобные серые кресла с высокими деревянными ножками. И дерево. Много дерева. Вся древесина, использованная для отделки «Джимми Чу», раньше была частью старой мельницы. Чтобы реализовать идею дизайнера по созданию самобытной мебели, купили и разобрали мельницу тысяча девятьсот седьмого года.
Роман считал, что именно поэтому Катя и хотела сюда попасть. Ее вдохновляли и впечатляли такие дизайнерские решения, даже если она не готова была в этом себе признаться. Пока не готова. Уж Амурцев сделает всё, чтобы это изменить. Даже соответствующий сюрприз подготовил.
И тут Катя сняла куртку, при этом грациозно расправила плечи.
«Ей бы на танцы», — мелькнула мысль, но быстро исчезла. Амурцев еле заставил себя не пялиться в вырез ее темно-голубого платья длиной до колена, с пуговицами спереди. Нет, вырез не был развратным, отнюдь. И именно поэтому Роману захотелось расстегнуть пару пуговок, коснуться ее кожи, скользнуть ниже.
«Да твою ж налево, Амурцев! Как подросток озабоченный, ей богу. Облизнуться только осталось и слюной закапать ее платье!» — костерил себя на все лады он, но поделать с собой ничего не мог. Слава богу, Катя, кажется, не заметила плотоядного взгляда.
— Вы прекрасны, Катя! — не удержался от комплимента Роман.
— Спасибо, — буркнула Карамелька, смутившись.
«Не поверила, что я всерьез, — как-то сразу понял Амурцев. — Не вопрос. Я буду повторять это столько, сколько потребуется, чтобы поверила».
Вскоре они отправились к столику. И тут Амурцеву показалось, что он услышал смех Регины Мирной. Завертел головой, но саму ее не обнаружил.
«Показалось… Вот и слава богу, иначе она всё испортит, это уж как пить дать».
А портить свидание ни в коем случае нельзя.
«Так, ну ее, эту Мирную, у меня здесь моя Катя, которой срочно нужно дать понять, что я не кусаюсь».
Роман видел: Карамельке неуютно, она словно не в своей тарелке, даже будто съежилась немного.
«Ничего, милая, сейчас я всё исправлю».
Они сделали заказ, а потом он включил свое обаяние и дар красноречия на полную катушку.
Поначалу Катя ощутимо смущалась, краснела, отвечала односложно, но через какое-то время стала чуть раскованнее.
Роман наслаждался ее смехом. И ведь это благодаря ему смеялась! Он был доволен собой. Всё шло по плану.
Карамелька, как он и предполагал, раскрепостилась и оказалась на редкость интересной собеседницей. Даже если бы он не изучал ее анкету, им точно нашлось бы о чем говорить. И тут она повела плечом, причем сделала это так легко и естественно, даже не заметив, что Роман выпалил прежде, чем подумал:
— Аргентинское танго.
— Ч-что? — Катя опешила.
— Вам стоит походить на социальные танцы. Хастл, бачата, сальса, аргентинское танго… Выбор большой.
— Н-но я совсем не умею танцевать! — взъершилась Карамелька. Того и гляди, иголки высунет и зафырчит.
«Забавная… Уж от меня точно не надо защищаться».
— Эти танцы потому и называются социальными. Они созданы не для того, чтобы впечатлять кого-то, а чтобы выражать себя и свои эмоции через тело. И контингент там абсолютно разный. Ждать от вас достижений там никто не будет, всё в удовольствие.
Катя нахмурилась и открыла было рот — явно чтобы отказать, но Роман поднял ладонь и отчеканил:
— Вы помните, что согласились на всё? И поверьте, я бы не предлагал, если бы не был твердо уверен, что это необходимо.
В тот момент он знал: пусть этого не было в планах, но он не зря подумал о танцах. Это точно поможет его Карамельке узнать и почувствовать себя. Пусть выплескивает пар на паркете — это ей точно не помешает.
— Я знаю владельца сети клубов таких танцев. Могу договориться насчет вас. Ну, что скажете?
Карамелька закусила губу, начала теребить руками салфетку, а потом вдруг взяла и кивнула.
— Раз уж сказала, что готова на всё, то куда деваться, — рассмеялась она. — Только давайте так: если мне совсем не понравится, я не стану туда ходить. Договорились?