Страница 36 из 51
Она украла Питера из дома и привезла куда-то на север, где было холодно так, что слезы замерзали снежинками, не успев даже капнуть на землю.
Мальчику было страшно – болезнь и без того забрала у него много сил, а тут еще пришлось расстаться с родными, став пленником холодной женщины.
Но Селестия обещала ему долгую жизнь и покой. Она нарекла его своим сыном, дав новое имя Кайл, которое сейчас Питер ненавидел всей душой, а после заморозила, превратив его сердце в осколок льда.
Теперь Питер не знал ни страха, ни боли, ни тоски, но и любви он тоже не знал. Он помнил свое прошлое, но забыл свое настоящее имя. Вместе с другими демонами, он летал по земле, воруя чужих больных детей, гонимый жаждой тепла.
Вечный лед, вечный холод – вот во что превратилось его существование.
Зачем нужно новое взрослое тело, если оно неспособно испытывать удовольствие, или даже боль? Зачем нужна жизнь, если впереди нет цели и финала?
Затем, когда первый лорд Лэндон убедил Селестию отозвать зиму, все созданные ею дети-демоны уснули в недрах земли, скованные толщей льда, и должны были проспать так до тех пор, пока бы она их не разбудила. Потому что, хоть Селестия и любила Лэндона, но она так и не научилась полностью доверять людям, а еще отчаянно боялась одиночества.
Питер не ведал, сколько точно он пробыл в анабиозе, но представлял, что очень долго. Даже во сне он сохранял свое холодное сознание, а снаружи гор год сменялся годом, пока не минули тысячи лет.
И тогда его разбудил взрыв. Он разрушил его ледяной кокон, и Питер двинулся наружу, привлеченный моей магией, потому что холодные и, можно сказать, мертвые демоны всегда жаждали жизни.
На Джозефа он не нападал, чуя в нем кровь Селестии, лишь стремился ко мне, глотнуть давно забытого тепла, а потом добрался и брал, брал, брал, пока холод не покинул его тело.
Когда Питер закончил рассказ, у меня из глаз уже текли слезы, и не выдержав, стиснула его в объятиях, пообещав, что все будет хорошо.
После этого он и заснул, зато вернулся Джозеф, которому я передала историю мальчика.
– Вот как, – выслушав меня, лорд Лэндон задумчиво потер подбородок. – Тяжело ему пришлось…
– Как думаешь, взрывы устроили специально, чтобы пробудить демонов? – спросила я.
– Сомневаюсь, – покачал головой Джозеф. – Думаю, что редкая руда с такими свойствами образовалась только из-за покоившихся в недрах гор демонов и их магии. Наверно, рано или поздно, но шахтеры сами бы добрались до них. В некотором роде даже хорошо, что это случилось именно сейчас, ведь если бы не ты… Впрочем, рассуждать об этом бессмысленно. Нужно решать, что нам делать дальше.
– У нас не так много вариантов, – пожала плечами я, уже твердо зная, что буду делать. – Точнее, у меня, потому что я просто обязана спасти этих детей, особенно после разговора с Питером. И надеюсь, ты поможешь мне.
– Знаешь, – вздохнул Джозеф. – Больше всего я хотел бы отослать тебя с мальчишкой обратно в Нортдэйл, чтобы там вы дожидались меня в тепле и безопасности. Но я ведь ничего не успел сделать с Бэккой…
– Я уже говорила, что не оставлю тебя, – покачала головой.
– Говорила, – кивнул лорд. – И это сбивает с толку, потому что после случившегося совершенно очевидно, что без тебя мне не справиться. Но при этом я не хочу, чтобы ты вот так рисковала собой и отдавала годы своей жизни.
– Я хочу, – взяв его за руку, я мягко улыбнулась. – Или, думаешь, только ты готов жертвовать собой ради других?
– Самопожертвование у магов жизни в крови, – невесело усмехнулся Джозеф. – В любом случае, с нами теперь Питер и нужно учитывать его интересы тоже…
Да, об этом я не совсем подумала. Если уж мне так тяжело дался один дневной переход верхом, то что будет с мальчишкой? Но и оставить его здесь одного тоже невозможно, как и отослать в Нортдэйл. Я не хотела бросать Питера, он итак многое потерял.
– У нас еще есть пара дней, чтобы определиться, – добавил лорд, словно прочитав мои мысли. – Завтра я снова допрошу виновного, узнаю как можно больше о том, кто его шантажировал, а затем нужно будет съездить на рудники, чтобы наметить план восстановительных работ. Все это займет время, а дальше мы можем спросить у самого Питера.
– Хорошо, – кивнула, принимая такое решение. – Тогда давай пока подумаем о других шахтах.
– Уже, – лорд достал карту и отодвинув в сторонку пустые тарелки, расстелил ее на столе.
Всего интересующих нас рудников было около дюжины. На трех из них уже прекратилась работа – один был в Нортдэйле, второй здесь и последний там, где сошла лавина.
Что же сейчас происходило на остальных пока было не слишком ясно – Джозеф чувствовал, что возле парочки снег перестал его слушаться, а значит, наверняка там тоже пробудились демоны. Еще семь штук молчали – либо там не успели провести диверсии, либо не собирались.
Получалось, что сперва нам нужно было наведаться туда, где демоны – со своей магией льда они представляли серьезную опасность для местных жителей. Затем следовало посетить те рудники, на которых пока ничего не случилось и по возможности предотвратить несчастья.
Нортдэйл значился в списке последним – сам замок, зачарованный Селестией, мог надежно оградить местных от мороза и нападений, а при необходимости, туда вмещались и жители ближайших деревень.
Отследить же перемещения королевского провокатора пока не представлялось возможным, но завтрашний допрос мог внести в это дело ясность. Хотя, в любом случае, Джозефу было нечего противопоставить королю. Да, своими диверсиями, тот наверняка надеялся снизить цены для государственных закупок руды, или оттяпать у лорда кусочек его земель в обмен на помощь с восстановлением шахт.
Но это пока им руководствовала жажда наживы, а ведь в случае войны он вполне мог перекрыть поставки зерна из южных регионов, и допустить такого было нельзя.
Поэтому отчасти у Джозефа оказались связаны руки, и сейчас оставалось лишь попытаться сократить число жертв и восстановить все, что было разрушено. Ведь лордом управляла не месть, а благополучие его народа, хоть этот народ и не отличался благодарностью.
В номер мы вернулись поздно, и уже лежа рядом с Джозефом – на второй кровати по-прежнему спал Питер – до меня дошло. Если моя магия настолько сильна, что способна освободить ледяного демона, то может, она способна позволить лорду жить? Первый Лэндон сумел выдержать прикосновения Селестии, так может и я сумею выдержать роды наследника Джозефа?
И тогда никому не придется умирать.
Утром Джозеф ушел рано, допрашивать Нормана, а я же занялась Питером.
– Как твое здоровье? – спросила, когда мальчик проснулся. – Хочешь спуститься позавтракать вниз, или попросить принести еду сюда?
– Хорошо, вниз, – коротко ответил тот на оба вопроса сразу.
– Тогда умывайся, чисти зубы и идем, – улыбнулась, указав на ведро с чистой водой, принесенное слугами.
Питер быстро сполоснул лицо, пару раз махнул щеткой по зубам и с ожиданием уставился на меня.
Я неловко потрепала его по макушке, проверила состояние, влила немного магии, чтобы окончательно восстановить его силы, и вместе мы спустились в таверну.
– Много не ешь, а то живот заболит, – заметила, глядя, как мальчишка кинулся на оладьи, принесенные разносчицей.
Под моим взглядом он нехотя замедлился, но в итоге все равно слопал куда больше, чем нужно, и мне снова пришлось поделиться с ним магией, чтобы его желудок выдержал такую нагрузку.
– Холодный сегодня снова вернется? – спросил Питер, покончив со своей порцией и жадно поглядывая на мою.
– Холодный? – сперва не поняла я, но почти сразу догадалась: – Ты имеешь в виду лорда Лэндона? Почему он так тебе не нравится? Он хороший человек…
– Он не человек, – отрезал Питер. – К тому же слишком похож на Селестию. Кто он тебе?
– Муж.
– Муж? – выпучил глаза мальчик. – Ты не похожа на холодную.