Страница 87 из 102
— Даже если ошибешься, ничего страшного не произойдет. — Стихийник поправил перчатки на ладонях. Они были изготовлены из специальной ткани и в нужный момент обещали сгореть ослепляющей вспышкой.
— Я знаю.
Совсем ничего страшного… В этом-то и вся суть.
Мой взор прошел по многочисленным рядам — каждый имел сидения своего оттенка, и так получалось, что арена напоминала перевернутую цветную пирамидку, полую изнутри. По защитным куполам над ареной то и дело проносились магические всполохи. Стихийная структура постоянно менялась, подстраиваясь под колдовство участника, который стоял на площадке внизу.
Меня напрягали окружающие взгляды. Тяжело было сосредоточиться.
Осталось совсем недолго до моего выхода, поэтому волнение нарастало.
Студент Третьего факультета из Центральной академии уже выходил на площадку, и, как бы мне ни претило это признавать, его магия выглядело уныло. Совершенно слабая воздушная стихия. В момент его выступления музыка играла громче, чтобы заглушить возраставший гомон толпы.
Раздался сигнал, и на арену направился Розенталь — статной походкой, сначала смотря себе под ноги, а добравшись до середины, подняв голову и лениво оглядев зрителей. Он чувствовал себя свободно, словно был совершенно один, и на какой-то миг это настроение передалось всем.
Воцарилось подобие тишины. Напряженной. Той самой, что бывает перед ударом грома, когда все остальные звуки кажутся незначительными и уходят куда-то на периферию сознания.
Мое внимание на мгновение обратилось на его отца — глава рода сидел неподвижно, закинув ногу на ногу. Их ложа находилась далеко, на другом конце арены, и его выражение лица невозможно было разглядеть.
Гордился ли он своим сыном или всегда видел в нем лишь инструмент для достижения своих целей?
Мне бы очень хотелось знать ответ.
— Твоя очередь еще не скоро, присела бы, — раздалось со стороны.
«Словно собака тявкнула…» — подумала я, склонив голову и заметив Доминика, что стоял, перегнувшись через край прозрачной преграды.
Я отвернулась, промолчав.
Мне надо было сосредоточиться, а этот тип намеренно выводил меня из себя. Поправив рукава платья, я сильнее натянула их на ладони.
Раздался глухой удар, и я все же обернулась. Прозрачная перегородка затряслась, заставив парня, облокотившегося на нее, отшатнуться.
— Спасибо, — поблагодарила я. Мартин улыбнулся. Это он только что мощно пнул по преграде.
Отвернулась, словно издалека расслышав за спиной нарастающую ругань.
На арене звучала негромкая музыка, и потихоньку небо заполонял огонь. Медленно и неспешно, в такт звучанию. На краю площадки находился глубокий бассейн, специально подготовленный для водников, и я надеялась, что запаса в нем будет достаточно для моей магии.
Моя ступня оказалась на нижней границе барьера, что скрывался под распахнутой дверцей, ведущей напрямик на арену. Казалось, остальные только сейчас заметили, что она не заперта.
Я выдохнула, напряженно следя за тем, как огненная сфера достигала нужного размера, а музыка брала высокие ноты. Она, словно мой личный путеводитель, говорила, что осталось совсем чуть-чуть.
Заиграли невидимые трубы, а огненная сфера едва ли не билась о барьер арены. Защита трещала. На лицах зрителей зарождались страх и паника, некоторые подскакивали со своих мест, чтобы в случае прорыва сразу бежать.
Языки пламени яростно плясали, будто собираясь поджечь небеса. Темная фигура Александра выделялась пятном на светло-коричневом песке. Ладони двигались завораживающе, будто парень перебирал невидимые струны.
Сейчас.
Я поднимаю ладонь и с напускной уверенностью широким шагом направляюсь к Розенталю.
Огромный водный сгусток, подобно наконечнику копья, взметается вверх из бассейна и молнией устремляется в небо, пронзая маленькое солнце. Оно, проткнутое в центре, начинает истекать огненной кровью.
Толпа ахает. Этот звук эхом проносится по трибунам.
А я останавливаюсь в нескольких метрах от огневика. Мы смотрим друг на друга, а стихии над головой перестают воевать, сплетаясь, словно змеи, в один клубок. Опасно близко — пламя шипит, вода кипит, но они все же вместе. Идеальный баланс, когда ни одна сила не способна поглотить другую. Лишь исчезнуть вместе…
Глава 24
Долгое время абсолютно ничего не происходило, из бутылочки уже несколько минут как перестал вырываться дым. Тара, прижимаясь спиной к стене, уже грешным делом подумала, что ее сопровождающий явно что-то напутал или ошибся, но вот прошла еще секунда и послышалось тихое сопение.
«Наконец-то уснули», — закатила глаза девушка. Звук магии стражников уменьшался в противовес нарастающему храпу.
Рон, подкравшись ближе, аккуратно высунулся из-за угла. А уже через миг, абсолютно не скрываясь, шагнул в центр коридора, все еще прижимая ко рту кусочек ткани, что фильтровала пары, не давая вдохнуть отраву.
Стражники сидели прямо на полу, прислонившись спиной к стене и безвольно склонив головы.
— Похоже, мы нашли необходимую нам дверь, — прошептал мужчина, внимательно осматривая стену.
Дверной наличник представлял собой целую вереницу каких-то древних знаков, состоящих одновременно из завитков и прямых линий и врезающихся глубоко в дерево. Любой образованный маг способен был понять, что эти символы не несли в себе абсолютно никакого реального колдовства. Это скорее обереги для фанатиков, полагающих, что судьба — не просто стечение жизненных обстоятельств, а, подобно стихиям, имеет некую реальную основу. Одно из многочисленных верований с небольшим числом последователей.
Тара подошла ближе, со смесью недоверия и презрения смотря на вереницу знаков. Было видно, что их наносили тщательно и бережно, пусть и не так умело.
Девушка глубоко вздохнула и покачала головой, опуская взгляд.
«Здесь мы уже помочь точно не в силах», — говорил весь ее вид. Рука стихийницы скользнула в карман, вытаскивая толстый ключ, что все это время оттягивал край куртки, будто гирька от весов.
Скважина находилась прямо в центре двери, а не с боку под ручкой, как обычно принято. Над замком явно постарались, выбирая такой, чтобы незадачливому вору пришлось повозиться. И это при условии, что он достаточно обучен.
Ключ ушел в отверстие, утопая в нем наполовину. Девушка замерла и выдохнула, перед тем как провернуть его и услышать характерный скрежет шестеренок — детали этого замка будто находились по всей дверной поверхности сразу.
Раздался тихий щелчок, словно откупорили крышку банки, и Тара поняла, что проход открыт, оставалось лишь крепче ухватиться за ручку и открыть.
Девушка, вытащив ключ из скважины, отошла. Они с Роном переглянулись: теперь оставалось дело за малым — забрать из хранилища несколько наиболее неприметных предметов и сбежать.
Дверь отворилась — бесшумно, несмотря на то, что внутри спрятан сложный механизм. И взгляд Тары остекленел от нахлынувших внезапно на нее мыслей и эмоций.
***
Ева
Мы стояли посреди арены, и до нас доносился громыхающий, но сложно различимый из-за магического барьера голос диктора. Этот момент не был похож ни на одну из наших репетиций. Вернувшись из глуши, я с удивлением узнала, что Розенталь даже не пытался ставить свой номер, тогда как остальные больше месяца усердно над ним трудились.
Нам же пришлось придумывать все с нуля за пару недель. После каждой тренировки мы еще на час оставались на арене, когда все остальные участники команды уходили. Лишь единожды нашу магию наблюдал Димитар. Да, он назвал ее отвратительной, но я прекрасно запомнила выражение его лицо в тот миг. Его рот даже слегка приоткрылся — магу земли определенно понравилось увиденное.
Теперь же я стояла на арене перед сотней зрителей, чувствуя, как адреналин плещет в крови, а эндорфины будоражат мозг. И в то же время все омрачал один нюанс — отсутствие короля. Все это представление затевалось в первую очередь для него. Не позволяющее забыть о себе беспокойство ощущалось тяжестью в грудной клетке.