Страница 63 из 102
— Признайся честно, почему ты это все делаешь? — резко обернувшись, я потребовала правды у Альбера. Это было первое, что я ему сказала, с того времени, как мы остались наедине.
— Просто помогаю, — невозмутимо отозвался Димитар.
Не знаю, что у этого парня на уме, но он и правда походил на тень. Теперь я не сомневалась, что они с Розенталем действительно были когда-то друзьями.
— Я тебе не верю.
— А этого и не надо. Достаточно того, что мне доверяет ректор, — нагло бросил он, внезапно хватая меня за талию и усаживая на коня.
Я шумно втянула воздух, борясь с желанием остаться и никуда с ним не ехать. Несмотря на соблазнительность этой идеи, я знала, что все равно отправлюсь в путь вместе с Альбером.
«Тебе надо обучиться», — вот что мне сообщил ректор.
Все стихийники привыкали к магии с детства, а я сразу получила огромную силу, и меня не прекратит лихорадить, пока я не научусь ее контролировать. Простыми словами, если я вернусь в академии, то опять во что-нибудь вляпаюсь. По крайней мере так заявила та самая ведьма, а судя по уважительному тону главы, ее словам мужчина очень даже верит.
Не этого я ожидала, возвращаясь сюда…
— Как же мои друзья? — вот что первое сказала я, выслушав краткие объяснения. В голове же набатом звучало лишь одно имя. Каждая буква — шрам, что отпечатывался в памяти.
— Мы им сообщим, — сказал ректор и сразу поторопил нас. Пора было ехать, пока сюда не заглянули маги столицы. Похоже, мое возвращение собирались сохранить в тайне от них.
Вот так, толком ничего не узнав, я оказалась наедине с Димитаром.
Альбер запрыгнул на спину амистра и очутился позади меня.
— Ты не знаешь, что произошло с Данилом? — пока мы не пустились в путь, спросила я.
— Знаю.
Моя бровь изогнулась. Жалко, что он не видел моего лица, мне кажется, что сейчас я могла убивать одним взглядом.
— И что же? — настойчиво продолжила я.
— Пожалуйста, — проговорил Димитар, успокаивая амистра, что вертел головой, будто пытаясь рассмотреть своих наездников.
Недовольно выдохнув, я процедила:
— Пожалуйста, Альбер, расскажи мне все, что знаешь о судьбе Данила. Так сойдет?
— Маловато искренности. Но ладно, обойдусь и без нее. Он в больнице и, скорее всего, пробудет там еще долго. За ним наблюдает кто-то из ваших, которые специализируются по мозгам.
— Психологи?
— Наверное.
Новость меня даже обрадовала. Он жив и не в темнице. Да, Данил совершил непростительный поступок, но никогда не знаешь, что станет последней каплей и ты потеряешь себя. К сожалению, не все люди одинаково сильные. Поэтому лучше не осуждать.
Хотя я бы вряд ли смогла остаться такой же непредвзятой, если бы знала убитую им девушку лично.
Пока я обдумывала полученную информацию, амистр сорвался с места, да так стремительно, что мою спину впечатало в грудь Димитара. Мимо нас проносились дома, словно мы мчали на машине по автостраде на скорости не менее двухсот километров в час. В лицо захлестал морозный ветер, но плащ согревал, и мне ничего не оставалось, кроме как опустить подбородок, чтобы спрятать щеки от мороза. Однако прошло всего несколько минут, и от тела зверя стало идти тепло, а спустя еще время я заметила красные прожилки глубоко между камнями, из которых состояло тело животного.
Лава?
Я никогда с таким не сталкивалась, поэтому первым делом в панике подумала: «А мы не подгорим?» Но логика сразу взяла верх. Во-первых, даже огненные стихийные животные не отпугивают магов, а во-вторых, вряд ли меня бы посадили на эту лошадку, если бы она была опасна.
Вскоре мы были за пределами города, и если в столице снег на крышах соседствовал с серыми каменными фасадами и мокрыми дорогами, то здесь он повсюду, до самого горизонта, накрывал собою поля.
Сознание заполнил звук копыт, что безжалостно крошили ледяную корку на успевших примяться сугробах. Несмотря на совсем не подходящую обстановку, меня стало клонить в сон. Я никогда не была тем человеком, что засыпает в автобусе или за столом во время занятий. Да я даже на диване перед телевизором практически никогда не уносилась в объятья Морфея, всегда укладываясь в постель. А в этот самый миг мне стало плевать, где я, что я, — веки смыкались. Прошло еще немного времени, и я просто провалилась в темную пропасть. Словно всего на секунду, и вот меня уже будили, тормоша за плечо.
— Мы прибыли, — сообщили мне, а я едва не рухнула с амистра прямо в сугроб. Но удержалась сама, обхватив ногами туловище животного, а потом с ошалелым видом стала разглядывать невысокий двухэтажный домик с очень острой крышей, что стоял на опушке, окруженный лесом. Рядом со строением позволили расти лишь одному дереву, и высокий мощный ствол его поднимался даже чуть выше этого загадочного жилища.
Если над столицей небо уже успело посереть — где-то за облаками всходило солнце, — то в этом месте все еще было темно.
— Больше похоже, что меня отправили в заточение, — пробормотала я, чувствуя себя неуютно.
Пока Альбер спешивался, я тоже быстро спустилась на землю. Пусть неуклюже, но сделала это самостоятельно. Кутаясь в плащ, шагнула вперед, чтобы осмотреться. И сразу провалилась по самое колено. В этом месте, прямо подо мной, видимо, находилась неглубокая яма.
Чертыхаясь, я стала выбираться обратно, чувствуя, что снег проникает всюду, куда только можно.
— Мне говорили, что ты будешь без сознания, — раздалось позади, а я оглянулась на Альбера. Он наблюдал за мной.
— А я полагала, что Розенталь из тебя дух вышибет. Но видишь, это совсем не так, — сказала тем же подтрунивающим тоном, что и он.
Димитар улыбнулся и с показной медлительностью размял шею, повернув ее из стороны в сторону, а потом стремительно и без предупреждения направился к дому.
— Поторапливайся. Я тебя на руках носить не собираюсь.
— Надо же, разочаровал. А я так мечтала, — проворчала, наконец вылезая из злополучной ямы, и пошла по следам стихийника, чтобы вновь не угодить в снежную ловушку.
***
Александр
Я распахнул глаза, стремительно поднимаясь с кушетки. Несколько минут просто сидел, касаясь ладонью лба и чувствуя, как лихорадочно стучит сердце. Лицо горело, как и грудь, к которой словно прислонили раскаленный камень.
Мне снился сон: Ева обнимала меня, целовала, а потом столкнула с обрыва в черную пропасть.
Сглотнув, я попробовал успокоить дыхание. Я редко что-то видел, засыпая, а если это случалось, то после пробуждения в памяти оставались лишь смутные обрывки. Но этот сон показался таким живым, будто все это действительно происходило. Казалось, я до сих пор ощущал вкус ее губ, но в этот раз он был горьким и сладким одновременно.
«Как сильно ты скучал по мне?» — спрашивала призрачная Ева, а когда получала положительный ответ, лишь загадочно улыбалась, целуя вновь.
Я поднялся, пытаясь привести мысли в порядок.
На кровати неподалеку раздался шорох, и одеяла пришли в движения.
Когда я подошел к окну и отдернул штору, открывая вид на величественный и в то же время с налетом траура сад отцовского особняка, послышался голос:
— Ты почему не спишь? — Лея отняла голову от подушки.
Подняв ладонь, я провел ею по лицу, будто пытаясь убрать дурную реальность. Но нет, все осталось на месте.
И Лея, ночевавшая со мной в одной комнате.
Минувшим вечером состоялся ужин во имя скрепления родственных связей (Лея со своим отцом и матерью, и я со своей семьей), если это можно было так назвать, конечно. Наравне с важными делами они обсуждали всякую ерунду: новости, чужие сделки и спорность новых законов королевства. Закончили же тем, что летом мы с Леей отправимся в один из крупных городов на другом конце империи руководить одним из бизнесов моего отца — поставкой мехов стихийных животных в разные уголки Церента.
Жирный намек на то, что, пусть меня и готовят стать наследником, но еще долго собираются держать подле себя. Никто этого даже не скрывал. К дьяволу их всех.