Страница 40 из 102
Девушка неожиданно оглянулась, будто почувствовав мой взгляд. Заметила ли стихийница меня через стекло или нет? Может быть, она вообще смотрела в окна спальни Александра, что теперь соседствовали с моими, но губы Леи вдруг растянулись в довольной улыбке.
Я еще долго следила за ее удаляющейся фигурой, размышляя над тем, что могло так обрадовать магичку. Подумывала даже проверить Розенталя, но одернула себя и вновь вернулась к учебе.
На следующее утро погода чуть присмирела, но все равно было довольно прохладно, и я достала из шкафа свой плащ с подкладкой, что уже пару недель нетронутым висел на вешалке.
Я ожидала, когда же станет холодно. Климат здешних мест ставил меня в тупик. Вроде уже пошла вторая половина осени, а температура, словно качели, впадала то в одну, то в другую крайность — от летнего зноя до студеного ветра и ледяного дождя.
Выйдя в коридор, я неожиданно встретилась лицом к лицу с Розенталем. Складывалось четкое ощущение, что он стоял около моей двери по меньшей мере несколько минут. Парень опирался спиной о стену, а я едва не споткнулась о его вытянутые ноги.
— Ты что здесь делаешь? — Я специально вышла пораньше, чтобы успеть заскочить в библиотеку, сдать прочитанные книги и взять новые.
— Мы идем к ректору, забыла? — обведя меня взглядом с головы до ног, сказал он.
— Забыла, — честно призналась я.
Заперев комнату, вновь посмотрела на мага, чувствуя волну жара, вслед за которой по телу прокатилась легкая слабость. Наверное, я все еще не отдохнула. Прошлая неделя вышла слишком сложной и волнительной.
Когда мы проходили мимо двери Александра, кивнув на нее, я спросила:
— И как тебе новые апартаменты после жизни в особняке?
— Замечательно. Без пустых темных комнат можно прекрасно обойтись.
Судя по тону голоса, он и правда совсем не вспоминал о своем предыдущем, намного более просторном, жилище.
Мы спустились на первый этаж. Магда, сидевшая за стойкой, завидев нас, оживилась.
— Доброе утро, студентики. Как прошли выходные?
— Замечательно прошли, — ничуть не смутился Александр. — Полагаю, ваши тоже. Видел вас в магазине на Багратской улице. Там хорошие ателье. Готовитесь к Празднику Луны?
Консьержка оживилась. Похвалила внимательность огневика и пожаловалась на то, что все понравившиеся ей платья имели маленькие размеры. Наверное, она бы и дальше болтала, но Розенталь сослался на спешку, и уже через несколько секунд мы оказались снаружи. Улицы города, несмотря на непогоду, активно украшали. Даже возле дома сразу попались люди, вешающие грозди небольших фонариков на выступающие крыши домов.
«Ловко он ее отвлек», — подметила я про себя. Парень перевел разговор на консьержку, чтобы избежать нежеланной болтовни о себе.
Не успели мы спуститься со ступенек, как по улице промчался воздушный вихрь, в котором я с трудом различила силуэт лошади. Похоже, это амистр. Я практически не видела стихийных животных, и они все еще оставались для меня чудом, несмотря на то, что я и сама стала им — в моих жилах магия, стихия в каждой клеточке тела и даже в волосах. Если когда-нибудь я попаду в свой мир, меня могут даже не узнать. Колдовство неуловимо влияло на черты лица, на кожу, делая ее гладкой, словно светящейся изнутри. Мне это нравилось и немного настораживало.
Я потерла рукой шею, чувствуя легкое недомогание, словно меня продуло.
— Во втором полугодии попаданцев обучают верховой езде. Но не у всех получается. Амистры своевольны, слабых магов к себе подпускают крайне редко. Гордые животные, — произнес Розенталь, заметив мой интерес.
Парень стоял ко мне слишком близко — чуть позади, так что моя спина касалась его плеча. Теперь, в отличие от прошлых дней, он не считал нужным соблюдать личные границы, наоборот, нарушал, заставляя постоянно ощущать его рядом. Почти как тень, если бы только не заставлял меня каждый раз чувствовать, как замирает мое собственное сердце.
«Получается, мы вместе?» — задумалась я, но не спросила вслух. Потому что в том шатком положении, в котором мы находились, это «вместе» могло закончиться в любой момент.
Пока мы шли, я непрерывно замечала, как преобразился город. Фонари на домах оказались лишь одной из незначительных деталей. Вывески стали ярче, над крышами часто рассыпались искрами беззвучные серебристые салюты, что пускали специальные артефакты на зданиях, многие жители надели бело-голубые шляпы с узкими, но глубокими полями, в которых плескалась, подлетала в воздух при каждом шаге, но непременно возвращалась обратно вода. Последнее выглядело немного нелепо и странно. Впрочем, когда мимо прошла дама с обручем на голове, что потоками воздуха взметал ее волосы вверх, отчего они трепыхались над ней, я быстро пересмотрела свои взгляды. После этого я вообще перестала чему-либо удивляться. До Праздника Луны оставалось еще больше суток, но жители столицы уже начинали его отмечать.
Обстановка же в магической академии, наоборот, пока никак не намекала на приближающееся торжество. Замок был пустынен, до начала занятий оставалось еще не меньше часа.
— О чем задумалась? — спросил Александр. Чем быстрее мы приближались к кабинету ректора, тем больше я вспоминала стражников, которых видела вчера на улице.
— Ни о чем, — отозвалась и, физически ощутив на себе его внимание, сдалась: — Ты заметил, что вчера днем возле дома ходило много патрулей?
Розенталь, смотря прямо перед собой, сказал:
— Это обычное усиление охраны перед праздником. Не бери в голову и не надумывай.
— Уверен? И я не надумываю, просто мне показалось это подозрительным, — буркнула в ответ.
— Уверен, — отозвался огневик. — Лучше бы обо мне почаще думала.
Я лишь насмешливо фыркнула, на самом деле бахвалясь. Если бы он знал, сколько места занимает в моих мыслях, то так бы не говорил.
Мы поднялись по лестнице ректорской башни, вошли в приемную. Секретарь была уже на месте и отчего-то удивилась, заметив нас. Хотя, скорее всего, ее больше взволновал Александр.
— Ректор у себя?
— Да, но у него гости.
— Тогда мы подождем. — Огневик направился было к дивану у стены, но его догнал вопрос:
— Вы разве не знаете? Не поэтому пришли? — Женщина, заметив непонимание на лице парня, пояснила: — В кабинете главы ваш отец.
Я замерла возле самого дивана. Уж что-что, но возможная встреча с Розенталем-старшим меня напрягала. Как раз в этот миг послышался хлопок двери, и огонь в коридоре с факелами затрещал.
Прямо на моих глазах лицо Александра менялось, словно напрочь лишилось чувств. Будто душа выпорхнула из его тела. Он не боялся, в этот миг я вообще могла усомниться, что передо мной тот самый парень, если бы только не чувствовала, как все его естество напряглось точно струна.
Человек, шагнувший из прохода, был облачен в темные брюки, рубашку, на воротнике которой блестели вставки из драгоценного металла, а пуговицы на черной жилетке были произведением искусства — на каждой выгравировали элегантную букву «Р», что тонула в извивающихся языках пламени. Но мне было плевать на одежду, больше меня поразило лицо. Детям и родителям пристало быть похожими, но чтобы настолько…
Волевые черты лица, что приобрели отточенную жестокость с возрастом, идеальная осанка и слегка вздернутый подбородок, на руках черные кожаные перчатки, почему-то внушающие уверенность в том, что это не дань моде, а способ оградить себя от остального, никчемного, мира. Единственное, чем разительно огневик отличался от своего отца, — цвет глаз.
Холодный, цвета стали, взгляд Лероя — Мартин как-то обмолвился о его имени, а я запомнила — коснулся сына и едва мазнул по мне.
— Александр…
Еще голос. Голос совсем другой. Казалось, меня придавило к земле. Я знала, что этот человек не обладал высоким магическим даром, но несмотря на это он словно владел какой-то другой мистической силой — умением морально подавлять людей. Я сжала руки в кулаки, так чтобы ногти впились в кожу. Необходимо было скинуть охватившее меня оцепенение, прогнать страх и нерешительность. Я обязана держаться достойно, хотя бы ради самой себя.