Страница 3 из 33
За калачивает досками промежудки забора…
Дальше Блинков-младший не стал читать.
– Так, чепуха всякая, – сказал он Вальке и подумал, что все-таки Ванечка редкостный идиотик даже для своего возраста. Или мы все были такие?
Глава III
КРОКОДИЛОВАЯ СУМОЧКА
Суворова не понимала, что Блинков-младший ничуть не ошибся с Ванечкой. Розыск и состоит из сотен таких мелких неудач, которые в конце концов приводят к главной удаче. Это как искать в пылесосе случайно всосанную застежку от золотой цепочки. Просеиваешь мусор по щепоточке и не знаешь, в какой попадется золото, в первой или последней. Пускай золото окажется в тысячной щепоточке. Разве предыдущие девятьсот девяносто девять были твоими ошибками? Нет, потому что каждая приближала тебя к победе.
Если бы Блинков-младший не торопился на встречу с фотомоделью, он после Ванечки переговорил бы со всеми торговками на улице. Купить у них по яблочку – не прогонят. В конце концов он бы точно узнал, с какой из двух возможных сторон приехал мотоцикл грабителей. Что дальше? Пошел бы в ту сторону, чтобы опять всех расспрашивать.
Вот так. Тупо. Ножками. Конечно, всю Москву не пройдешь, след обязательно где-нибудь оборвется. Но ведь может оказаться и так, что грабители живут где-то поблизости…
Знать не зная этих тонкостей сыска, Суворова поняла только то, что увидела: Блин с малолеткой в шпионов играет. После этого Блинков-младший сильно упал в ее глазах, и Валька начала его учить оперативно-розыскной работе.
– Блинок! Ты неправильно все делаешь! – приставала она, повиснув у Митьки на руке и пытаясь на ходу заглянуть ему в глаза. – Надо же составить их словесный портрет!
– Валь, ну какой словесный портрет, когда ты их видела со спины? – резонно возражал Блинков-младший.
– Того, который за рулем, я не разглядела, а задний был блондин, стриженный, в джинсовой куртке! Это же важно!
– Ну, тогда считай, что мы его нашли. Это я, – сообщал Блинков-младший. Он тоже был в джинсовой куртке, светловолосый и коротко подстригся меньше месяца назад, перед первым сентября.
– А почему ты не спрашиваешь, какой номер у мотоцикла? – не унималась Суворова.
– Потому что пока ты сообразила, что у тебя своровали сумочку, они уже далеко отъехали. Ты не могла заметить номер.
– А вот и нет! Я сразу заметила, что там две семерки – счастливое число!
– В правом углу, а под семеркой флажок нарисован? Как здесь? – уточнял Блинков-младший, кивнув на первую попавшуюся машину.
– Ну да, – озадаченно соглашалась Суворова и начинала приглядываться к другим машинам. – Ой, и у этой две семерочки!
– Поздравляю тебя с ценным наблюдением. Две семерки – московский номер. Значит, не придется искать твоих грабителей на остальной территории России.
– Они не мои, – говорила Суворова, чтобы оставить за собой последнее слово. С полминуты она молчала, а потом давала следующее ценное указание: – Ты должен спросить, сколько денег было в сумочке.
– Считай, что спросил, – уныло соглашался Блинков-младший.
На самом деле это было неважно, потому что деньги уже попали в карманы грабителей и перестали быть уликой. На них же не написано, что они Валькины. Сейчас поставь перед ней преступников, положи деньги – и она ни преступников не узнает, ни своих денег.
– А я вообще не знаю, что там было, в сумочке! – с непонятным торжеством отвечала Суворова. – Не имею привычки по чужим сумочкам лазить. Нинка велела привезти к метро – я взяла и повезла.
– А зачем ты меня заставляла спрашивать, сколько там было денег?
– Для порядка. Блинок, я не пойму, ты собираешься сумочку искать или нет? Если собираешься, то должен меня допросить по всем правилам!
– По всем правилам тебя в милиции допросят, – вздыхал Блинков-младший. – Кстати, учти: тебя нельзя допрашивать без взрослых. Должны вызвать родителей.
– Интересненько – родителей! – возмущалась Суворова. – У нас же мама в желудочном санатории! А Нинка сгодится?
– Сгодится. Нужен близкий родственник или педагог.
– Из школы что ли?
– Любой педагог, хоть незнакомый. Это следователь решает.
– Блинок, откуда ты все знаешь?!
Блинкову-младшему ужасно хотелось ответить солидно и коротко:»По личному опыту». Но ответил он честно и еще короче:
– От мамы.
За таким пустым разговором дошли до места, где у Суворовой вырвали сумочку. Тут Валька по-актерски разыграла всю сценку, рыча за мотоцикл и корча жуткие рожи за грабителей, которых на самом деле не видела в лицо. Изображая саму себя, она говорила писклявым голоском и делала наивные глазки. Посмотреть со стороны – Красная Шапочка идет к бабушке с пирожками в крокодиловой сумочке.
Блинков-младший не выдержал. Он, что ли, не знает, какая из Вальки Красная Шапочка? Взял и показал, как она чапала по бровке тротуара, вихляясь и размахивая сумочкой, чтобы на нее глазели и прохожие, и проезжие, и спутники-шпионы из космоса.
– По-твоему, я так бедрами верчу? – обиделась Суворова и замолчала на целых две минуты, пока Блинков-младший не свернул в подворотню. Тут она удивилась:
– Блинок, а как ты догадался, что они сюда поехали?
– Да так и догадался, – не стал объяснять Блинков-младший. Ему было не до болтовни. Он поставил себя на место преступников и, кажется, угадал правильно…
Мотоцикл рычит, уносит грабителей с места преступления. Добыча жжет им руки. Хочется и удрать подальше, и поскорее в сумочку заглянуть. Водитель поддает газу, но дорога здесь плохая. Никудышная дорога: вся в заплатах и трещинах, и водопроводные люки не лежат, как им положено, вровень с асфальтом, а где торчат, где проваливаются. Водитель петляет, как слаломист, валит мотоцикл с боку на бок, и второму седоку приходится крепко держатся за дужку на седле, но не может одной рукой справится с застежкой.
– Давай во двор! – Кричит он водителю.
Дальше по улице – метро, там всегда полно народу. Не станешь же потрошить сумочку у всех на глазах.
Водитель уже и сам все понял и сворачивает в ближайшую подворотню. Но во дворе много свидетелей. Носятся малолетки с пластмассовыми автоматами, на скамейках сидят пенсионерки и молодые мамы с колясками.
Мотоциклисты проскакивают один двор, второй, и попадают в узкий проезд между гаражами и помойками. В обиходе его так и называют – Помойный проезд. Здесь мусорные ящики с четырех домов, здесь воняет кислятиной и бензином и никто надолго не задерживается.
Сейчас Помойный проезд безлюден и тих, только шагах в двадцати распахнуты ворота гаража, и там визжит электрический моторчик. Это самое подходящее место, чтобы выпотрошить сумочку.
Грабители останавливаются у первого же мусорного ящика. Мотора не заглушают – им нужно всего полминуты.
– Ну, что там? – оборачивается водитель.
Второй уже залез в сумочку. Его лицо обиженно вытягивается. Или, может быть, расплывается в улыбке – смотря какая добыча. В любом случае опустошенная сумочка фотомодели летит в мусорный ящик, и…
– Ты что, Блин?! Ты куда полез, смотри, все пузо в кетчупе! – закричала Суворова.
Но Блинков-младший уже выкарабкивался из мусорного ящика и в руке у него была крокодиловая сумочка.
Вот что значит понять психологию преступника. Как из собственного шкафа достал!
Томатное пятно на футболке было размером с донышко чашки. Блинков-младший отдал сумчку Вальке и попытался промокнуть пятно рапортом гимназиста. Но тонкая и на вид рыхлая бумага совсем не впитывала влагу. Пятно размазалось и стало с блюдце.
Онемевшая от радости Суворова прижимала сумочку к груди и попискивала.
– Ну, будешь меня розыску учить? – спросил Блинков-младший.
Валька закивала, потом спохватилась и замотала головой.
– Как прикажешь, мой господин. Хочешь буду тебя учить, а не хочешь – ходи неучем.