Страница 88 из 103
— Я… — протянул Коу. — Хотел спросить… Минато-сан, это ты распускаешь про Танигаву все эти слухи?
С места в карьер.
Взгляд Коу немедленно сосредоточился на лице девушки и сразу заметил целую вереницу колебаний. Сперва строгая и наряжённая, Сорью вздрогнула, стоило ему упомянуть имя Танигавы; затем глаза её обратились в сторону, пальцы, которыми она держала телефон, напряглись, и вообще она стала напоминать загнанного в угол зверя.
Всё это продолжалось не больше секунды. А потом произошла нечто странное. Взгляд её стал пустым, почти кукольным, а губы изогнула кривая улыбка:
— Слухи? Какие слухи? — прыснула Сорью.
— Те…
— Что она трахалась с этим ублюдком?
Коу поморщился.
— Это не слухи, — с наигранной невозмутимостью заявила Сорью. — И кстати, тебе какое дело?
— Я… даже если это правда, — сказал Коу. — О таком нельзя рассказывать.
— Нельзя? Почему это?
— Вы были подругами… так?
Сорью растерялась, поморщилась. Затем снова стала давить улыбку:
— Подругами? Ха-ха-ха! Буду я дружить с этой шлюхой. И тебе какое дело, я спрашиваю? Решил поиграть в белого рыцаря? Или тебе понравилась эта сучка? Прости, но товар испорчен.
— Ты правда так думаешь?
— Что?
— Ты правда всё это думаешь? — спокойно спросил Коу.
Минато хотела ответить… и замялась. На секунду лёгкая неуверенность промелькнула у неё в глазах… Однако вскоре на смену ей опять пришла нахальная улыбка.
— Естественно.
— Она просила тебя не трогать.
— Она? В смысле?
— Танигава знает, что это ты распускаешь про неё слухи. Но просила тебя не трогать.
— Хм… Ну так, — Сорью сложила руки на груди и опустила взгляд. — Понятное дело, она ведь… Кстати, — вдруг в глазах девушки мелькнул острый блеск. Она снова посмотрела прямо на Коу.
— Это ведь ты…
— А?
— Я тебя помню, мне говорили, — выражение лица Сорью сделалось триумфальным. — Теперь всё ясно. Вот почему ты за неё вступился. Ты же тот самый… сын шлюхи!
В следующую секунду раздался ужасающий треск.
Коу и сам не заметил, как это сделал.
В один момент в голове у него вспыхнула чёрная молния, а затем его руку пронзила резкая тупая боль.
Придя в себя, он тут же посмотрел на ближайшую парту. Она была сделала из плотного лакированного дерева. Раньше. Теперь её раздробило на две половины, которые с грохотом, который, разумеется, сильно уступал звуку изначального удара рухнули на пол.