Страница 48 из 62
— А что значит твоё имя?
— Если дословно, то «адский победитель народов». Ад — это наш аналог мира маны, — пояснил я.
— Красиво! — улыбнулась девушка, и я поймал себя на мысли, что в человеческом образе она намного симпатичнее, чем в демоническом.
Глава 32. Вместо предателя
Суккуб цыкнула языком. Ей не нравилось, что я столь расточительно трачу ману, воспользовавшись затратным порталом вместо трехкилометровой прогулки. Однако я снова чувствовал себя переполненным силой. Энергии было столько, что хоть заново переписывай контракт с Хелленой, но с уже большим количеством пересечений в горизонтальной плоскости.
Портал перенёс нас туда, где пятая крепостная стена отделяла горожан от толп зеленокожих людоедов, выбравших для прорыва именно этот участок. За толстенными слоями кирпича и камня ревели глотки, а сверху обороняющиеся солдаты и ополченцы поливали орков смолой, осыпали их стрелами и откидывали рогатинами приставленные лестницы. Шум побоища, вероятно, разносился по всему городу непрекращающимся лязгом металла и ревущими на разные лады рогами, которые использовались орками в качестве сигналов для своего войска.
Мы поднялись по внешней каменной лестнице на стену. То и дело нас обгоняли женщины и дети, волочащие целые корзины незаменимых при обороне вещей: камней, стрел, факелов. Оказавшись наверху, мы медленно пошли вдоль зубцов. На нас оглядывались, но никто не приставал с расспросами, кто мы и откуда взялись тут, на стене. Здесь никто никого не знал лично, однако все были заняты интуитивно понятной работой, от которой сейчас зависело выживание целого жилого сектора.
Я подошёл к одному из зубцов, плавно отодвинул щитника с длинным рогатым копьём и выглянул из проема. Юноша вздрогнул, обернулся, но увидев одежду волшебника, не стал спорить и послушно отошёл к другому зубцу. Внизу бушевало море из зелёных голов. Их было так много, что казалось: стоит бросить туда не целясь обычный камень — непременно попадешь во врага. Мой энергощит несколько раз вспыхнул, отражая камни пращников, метко пущенные в мою голову, и лишь тогда я обратил внимание, что воздух буквально свистит от летящих в сторону центра города камней и стрел. Впрочем, лучники и маги защитников не уступали наступающим и тоже посылали свои заряды вниз. Мимо меня пробежало несколько молодых магов в серых рясах, которые израсходовали всю свою ману на огнешары и ледяные стрелы и спешили удалиться прочь с поля боя.
«Маг, после того как потратит свою силу, должен отступить, чтобы не мешать иным бойцам вершить оборону»,— всплыл в моей голове отрывок из соответствующего королевского указа.
«Вообще-то это мудро…»— подумал я. На обучение нового мага, как, впрочем, и хорошего лучника уходят многие годы, и неважно, в каком мире это происходит. Однако лучнику можно дать новые стрелы, а вот магу дать еще ману гораздо сложнее, как и обеспечивать его безопасность в момент восстановительного сна. И если в мире системы на Терре уровень адепта ограничивал его мощь и силу его заклинаний, то в мире без поддержки Тирипса волшебники впадали в беспробудный сон, из которого раньше, чем через восемь часов, их нельзя было вытащить, даже если чародея будут варить на медленном огне те же самые орки.
Я отошёл от бойницы, которую тут же заняли двое: щитник и арбалетчик.
— Они скоро начнут, господин! На той стороне барьера всё иссякло, — опасливо и чуть дрожащим голосом проговорила суккуб.
Я кивнул, наблюдая, как орки начали поднимать штурмовые лестницы и упирать их в стену. К их концам были привязаны железные крюки-кошки и еще живые пленники, женщины и дети. Когда их упирали в камень, они вопили не своими голосами, но еще больше — когда обороняющие скидывали лестницы баграми обратно в зелёную толпу. Тут было совсем не до нравственности. Защитники знали цену своей жизни и платили её щедро, не задумываясь. Прямо возле меня замешкавшегося молодого багорщика, впервые увидевшего в бойнице корчащуюся обнажённую женщину, которая кричала под тяжестью взбирающихся по лестнице орков, заменил старый пехотинец, с пышными седыми усами выступающими в стороны из шлема открытого типа.
— Эй, ты что, сдохнуть хочешь⁈ — рявкнул он, отвесив молодому бойцу затрещину рукой, затянутой в кольчужную перчатку. — Скидывай всё, что сюда лезет, даже если это твоя мать, сестра и нерождённый сын! — Заметив мой взгляд, старый копейщик подмигнул, словно ища подтверждения, и улыбнулся. — Правильно я говорю, месье маг: зеленокожие что те же Спириты! Не смотри, что на лицо страшные — кровь красная, как и у нас!
Я медленно кивнул и снова выглянул в бойницу. На сей раз я смотрел на штурмующих совершенно другим взглядом, различающим ману и её волны. Волн за стеной почему-то не было, только орки светились агрессивной красной дымкой, невидимой непосвященным в магическое ремесло. Я обернулся и с удовлетворением увидел, что на нашей стороне защитной стены было множество скоплений свободно парящих облачков разреженной маны.
Купол, специальная защита тёмных Странников, был умен и, почему-то идентифицировав меня как своего, тут же начал делиться со мной боевой информацией. Это чем-то походило на интерфейс оборонительных турелей космических кораблей или наземных баз. Защита была не только щитом, но и магической линзой, способной дать волшебнику ману и усилить каждое заклинание. Кроме того, она подсвечивала красными и синими полосочками над головами наступающих уровень здоровья и уровень психической силы, словно какая-то игровая консоль, в какие играли на Терре до Жатвы.
«Приближается опасный противник!»— вспыхнула передо мной табличка на садовском языке.
«Противник применил заклинание „мановый гарпун“, прервите!»— вспыхнула другая.
В этот же миг стена содрогнулась. В магическом мире на пару метров ниже в нее вонзилась толстая трубка, через которую тут же хлынули потоки маны, с каждой секундой ослабляя стену. Моё ответное заклинание в виде толстого плотного, словно камень, сгустка, диаметром равного той трубе, родилось на выдохе. Я направил его к месту взлома и с силой пропихнул в образовавшийся мановорот. Сгусток расщепился и покрылся шипами, которые впились в трубку, образовав нечто наподобие пробки. Отток маны тут же прекратился.
Защита города была идеальна и при наличии умного волшебника могла выдержать штурм хоть Странников, хоть Богов. Наконец-то я понял, как сельский архимаг Гель Тиир смог отбить наше нападение на седьмой стене, и даже, похоже, догадался, как и почему эти стены так легко ломают тэварцы.
— Где старший маг, отвечающий за этот участок стены? — крикнул я рядом стоящему копейщику. В ответ тот просто пожал плечами. Я оглянулся, сканируя магическим взором стену. Мага нигде не было.
«Когда солнце будет подниматься в зенит, ты покинешь стену. Своё золото ты сможешь забрать у шамана за рекой под кривым дубом»,— гласила записка, всплывшая в моём сознании. И при поддержке стены я даже знал, где она сейчас лежала. В сумке человека с достаточно незаурядными способностями, который куда-то спешил, были и другие документы, написанные в том числе на тэварском, дающие право неприкосновенного прохода куда угодно, за подписью богини Лутик.
«Тирипсы всегда остаются Тирипсами, даже если они лишены системы…»— прошептал я в своём разуме, как вдруг перекрытый мной гарпун вырвался из стены и улетел туда, откуда был запущен.
«Заклинание внесено в защитные списки, изобретён противощит!»— произнесла система. Она была донельзя магической, но явно создавалась с оглядкой на техногенные миры.
«Что ж… Если маг предал свой участок стены, то время другому предателю его заменить»,— хмыкнул я в ответ на собственные мысли, вглядываясь вперёд, где по пяти разным тропам, идя сквозь заборы и стены домов, приближалось пять сияющих яростной силой алых пятен. Над каждым из них горела лишь одна синяя полоска, застывшая на цифре 999. Магическая защита стены просто слепла при попытке оценить их мощь, хотя одно она знала точно: уровень здоровья Богов в её координатах был прямо зависим от накопленной ими маны.