Страница 21 из 26
– Я не специально, – смутилась, а потом всё же не выдержала и рассмеялась.
***
Андрей Косматый
Раннее утро, лучшее время, чтобы ограбить дом. Особенно такой, в котором жил пекарь. Он вставал ещё ночью и уходил на работу до рассвета, оставляя дом пустым.
– Коржик, путь чист?
– Да, – кивнул мальчишка, проверявший улицы.
– Пошли, у нас не так много времени, – дал я отмашку, направляясь к дому.
Коржик остался на стрёме, а мы пошли вскрывать дверь. Много времени это не заняло, замок был прост, как две спички. Аккуратно открыв створку, зашли внутрь.
– Рен, за мной. Гора, на чердак.
Бывший юнга был понятливой и хорошей шестёркой. За что его выперли с корабля, я не знал, да и не интересовало это меня. Все мы оказывались на улицах не от хорошей жизни. И прибивались к папе Потапу тоже не потому, что тот был хорошим вариантом. Он давал нам кров, еду, защиту, но драл конский процент.
– Смотри сюда, видишь картину, сними и переверни.
На оборотной стороне, как я и думал, оказался кармашек с парой облигаций.
– Как-то мало, всего двести, надо искать, он свататься хотел, должно быть в разы больше.
Мы зашли в спальню и начали потрошить шкафы и комоды. Я прорезал подушки и выцепил ещё одну заначку. Рен же нашел монеты в носке в шкафу.
– Смотри, короб! – ахнул он, вытаскивая с полки деревянную шкатулку.
– Дай посмотрю, – протянул руку и хотел было окрикнуть его за то, что он сам начал открывать её. Я терпеть не мог такое, любил сам смотреть всё первым.
Но слова застряли в моём горле…
Четыре острых одновременных росчерка чего-то странного упали по диагонали сверху вниз, превращая лицо Рена в кровавое месиво, вскрывая ему глотку и часть рёбер. Юнга даже закричать не успел. Просто моментально захлебнулся кровью и упал лицом вперёд на так и не раскрытую шкатулку. Кровь потекла во все стороны и, мне кажется, она забрызгала и меня!
– Чёрт, – ломанулся к лестнице на чердак. – Гор! Спускайся! Валим!
– Что случилось, Ан? – выглянул он, спрыгивая в дыру чердака и пренебрегая лестницей.
– Рена магией вскрыло, если есть сигналка, тут скоро будет стража.
– Ты в крови, – заторможено произнёс силач. Тоже что ли на что-то нарвался? Откуда у пекаря деньги на такую защиту от воров?!
– Я знаю, уходим, – схватив его за руку, помчался прочь из этого проклятого дома.
Чёртов Потап. Простой заказ, простой заказ! Надо выходить на другого блатного, Потап так нас сольёт и не поморщится.
– Коржик, – свистнул я, – атас!
Он был умным пацанёнком, никогда не спрашивал зачем, делал, а потом спрашивал. Гора тоже уже пришёл в себя, и мы вместе помчались по улицам до ближайшего схрона. Надеюсь нас не зацепило ничем отложенного действия. Я помню истории, что воры умирали через сутки, а то и неделю, после того, как напарывались на магическую ловушку.
Только бы выжить, а там… там прорвёмся!
***
Гость прибыл к нам на закате. Мы ожидали его на улице, так что пока он шёл к нам, я успела его подробно рассмотреть. Это был невысокий худой мужчина с серыми волосами в чёрную вертикальную полосочку. Белок его глаз оказался чёрным с красными чётко выделяющимися капиллярами, а сами глаза серыми с угольными зрачками. Неприятно.
– «Не повезло ему с глазами, но какой он хороший дипломат. Имиротские послы трепещут от одного его вида!» – раздался в голове голос Аскера. Он не часто общался со мной мысленно, наверное, повода не было.
– Приветствую, – молвил Наставник.
– Рад тебя видеть, Аскерий, – улыбнулся саиф, подходя. – Эсиар Лирой ард Линей, – и поцеловал мою руку.
– Эвелин ардей Саламандра.
– Счастлив познакомиться.
– Проходи, – Аскер посторонился, пропуская его в дом. Мы вернулись в гостиную. Мой Наставник ушёл за закусками и напитками, а Эсиар сел в кресло и стал внимательно изучать меня.
– У вас проблемы со звериной ипостасью? – тепло улыбнулся он. Это смотрелось странно на фоне его кошмарных глаз.
– Да, – села напротив и трансформировала руки. – Это всё, чего я добилась.
– Давно занимаетесь?
– Почти два месяца.
– Для саифа немного, но ведь вы ещё не прошли окончательное превращение, а значит, можете потерять дар, – он почесал затылок и вздохнул. – Я попробую устроить для вас Аридэ.
– Простите, я не совсем поняла последнее слово. Кажется, это переводится как «рывок»?
– Вы правы. Аридэ – это рывок в развитии, но провести его могут только те саифы, которые приближаются или переступили грань тысячелетнего возраста.
– А сколько вам?
– Девятьсот пятьдесят три, – снова улыбнулся Эсиар.
– Представить сложно, – пробормотала я.
– Да, – кивнул мужчина. – Я сам порой не верю.
– А сколько могут жить саифы? – упоминания о возрастах мне встречались в исторических книгах, но это были средние значения.
– Пока не надоест, но жизнь обычно наскучивает к третьему тысячелетию, а то и раньше. Но один саиф поспорил с другом, что доживёт до пяти.
– И что?
– Он пережил всех друзей, даже того, с кем спорил, и скончался в день своего пятитысячного рождения. Заорал на празднике «Наконец-то!» и упал замертво. Долг от спора выплачивали прапраправнуки его друга.
– А кто получил долг?
– Я, – хмыкнул Эсиар. – Ширдан был моим прапрадедом.
– Сколько вам тогда было?
– Шестьсот с небольшим.
Невероятный спор! Бывает же такое! Я ещё раз присмотрелась к Эсиару и поняла, что он, в общем-то, хороший саиф, просто нужно привыкнуть к его несколько неординарной внешности. Ну, подумаешь, глаза почти целиком черные…. Кажется, я сама себя убеждаю.
– А вот и я, – Аскерий поставил на столик поднос, полный разных вкусностей, и две бутылки вина.
– Золотое Саарское? – предположил Эсиар, чуть облизнувшись.
– Всё верно, – хмыкнул Наставник. – Я отлично помню твои вкусы, а особенно то, как ты в прошлый раз целый бочонок этого вина выдул. И куда только поместилось?
– Дорастёшь до моего возраста, узнаешь, – мужчина откупорил бутылку и разлил вино по бокалам.
– За встречу?
– За встречу и знакомство с прекрасной саей, – согласился Эсиар. Вкус у Золотого и впрямь оказался солнечным. Теперь понятно, почему его прозвали Саарским. Чуть сладковатое вино с привкусом ванили. И как такое возможно? Когда-нибудь обязательно изучу способы приготовления этого замечательного напитка. И даже если не научусь, то хоть теорию знать буду.
Мы просидели у камина до полуночи. Эсиар много знал о магии и охотно объяснял мне то, в чём плохо разбирался Аскерий. Благодаря нему я поняла, в чём состояла моя ошибка при создании птиц. Я кое-что напутала в строении и в заклинании. При увеличении размера создаваемого животного, требовалось внести небольшие изменения в плетения. А я использовала один и тот же вид, вот и получала кваканье и неправильное расположение органов.
Когда начала зевать, наставник проводил меня до комнаты и уложил спать, поскольку я сопротивлялась.
– А как проходит Аридэ? – спросила, обняв одну из подушек. Это напомнило мне, как я задавала вопросы маме. Почему-то самые важные из них приходили ко мне перед сном и вместо сказок у нас были ответы. Мама…
– Точно не знаю, нам молодым всех тонкостей не рассказывают. Насколько я сам сумел понять, взрослые просто вливают в наш разум огромный поток своих знаний. Они в голове, к сожалению, задерживаются совсем ненадолго, секунд на шесть, мы даже разобраться в настолько большом объёме не успеем. Но если в этот момент думать о том, что тебе нужно, то твой мозг сумеет вычленить нужное и мгновенно усвоит информацию. В твоём случае тебя ждёт молниеносная трансформация в зверя, если не отвлечёшься в последний момент, – он склонился, поцеловал меня в лоб и провёл рукой по щеке. – Спи, Эвви, завтра будет долгий день.
О чём это он? Но я даже не успела задуматься, как улетела в сон. В нём я мчалась по лесу в образе какого-то животного, и ничто более не было важным, только эта бесконечная гонка и частый стук моего громкого сердца.