Страница 74 из 271
Глава 22
— Рейнцы знают о «Регенте».
Изабелла замерла прямо там, где и стояла в этот момент. На входе в кабинет Альмарка.
Сказанные им слова едва не бросили её тело в дрожь.
— Это точно? — спросила она, наконец «отмерев». — Насколько достоверная информация?
Мужчина в белоснежной фарфоровой маске кивнул.
— Более чем. Я получил данные от нашего рейнского филиала, — произнёс он. — Рейнской контрразведке известно о вашем «кроте» действующем в адмиралтействе. К счастью для вас, пока что у них нет информации о том, кто это. Но будь уверена, они докопаются до правды.
Решар мгновенно прикинула в уме последствия такого происшествия.
Самое банальное, потерю ценнейшего агента, она даже не брала в уравнение. И так понятно, насколько тяжело тогда им будет отслеживать данные о ходе технических работ рейнского флота.
«Регент» — ценнейшее приобретение Дэвида Остерленда. И, как бы она не относилась к его политике в отношении РУФ и лично к нему, Изабелла не могла не признать. «Регент» поставлял им тонны важнейшей информации. Особенно сейчас, когда «Катапульта» в самом разгаре и приближается к своей кульминации.
Информация о новых дредноутах типа «Претор». Почти что всё, начиная от спецификаций и заканчивая техническими отчётами об испытаниях.
Данные по новым системам наведения, которые оказались значительно переработанными и улучшенными комплексами, производимыми в Федерации. Лишнее доказательство, что федералы торговали с Рейном товарами военного назначения.
Даже отчёты об неудачных испытаниях позитронной пушки, проводимых на «Гавельхайме».
«Регент» являлся просто кладезем важнейшей военно-технической информации. Которая стала лишь важнее в свете последних событий.
После того, как в начале войны утекло огромное количество данных о финансирование «чёрных операций» Остерленда, контрразведка Протектората начала вычищать верденскую агентурную сеть на своей территории.
Нет. Всё было сделано по уму.
Дэвид Остерленд финансировал подобные вещи используя десятки отдельных фирм подрядчиков, связанных с верденским министерством обороны и флота и ещё большим количеством компаний, не имеющих к ним никакого отношения.
За то время, что он находился на посту главы РУФ эти схемы были отработаны до идеала, что позволяло ему снабжать средствами разветвленную сеть агентов и оперативных сотрудников, работающих на территории других государств.
Изабелла даже могла бы восхититься тем, насколько качественно и эффективно всё работало. После завершения всех необходимых операций эти деньги были чище, чем слеза новорождённого младенца. Никто и никогда не смог бы доказать, что они имеют хоть какое-то отношение к разведке верденского флота.
К тому же, в связи с этим, Остерленд мог выделять на работу своих людей куда больше денег, чем это сообщалось правительству.
По сути, он создал практически коррупционную схему по изъятию средств оттуда, где в них не имелось острой необходимости и перераспределению туда, где они были нужны, как воздух. И никто ничего не замечал.
Будь на его месте кто-то другой и Изабелла непременно бы задумалась: а не попадают ли все эти деньги в отдельно взятый карман? Глупо отрицать, что, обладая подобной схемой по получению средств в своих руках, тяжело не задуматься о «небольшой» личной выгоде.
Но только не Дэвид Остерленд. Даже сама мысль о том, что этот человек мог использовать эти средства для личного обогащения вызывала у неё лишь пропитанный сарказмом смешок.
Решар могла не соглашаться со своим покойным предшественником. Могла считать, что он зарвался, ставя работу РУФ приоритетней, нежели мнение правительства. Но никогда бы не подумала о том, что этот человек сделает что-то из личных желаний, не в угоду государству. И Решар не могла не уважать его за профессионализм.
К сожалению, нерушимых и идеальных систем не существует.
Сидящий перед ней человек доказывал это одним своим существованием.
В конце-концов именно он поспособствовал тому, чтобы эта информация утекла в Протекторат.
Изабелла до сих пор считала это ошибочным действием. Даже опасным. Но, когда Альмарк интересовался её мнением. Она ругалась с ним. Возражала. Почти угрожала. Как будто и правда могла заставить его поменять своё решение. Он просто действовал и всё, подчиняясь одному ему известному плану. Никого не спрашивая. Лишь ставя в известность.
Как и было всегда.
Но сейчас важно не это.
— Как это произошло?
— Проболтался один из твоих драгоценных сенаторов, — пояснил Альмарк. — Из комитета по делам разведки.
Изабелла скривилась, но ничего не сказала, мысленно анализируя информацию.
Почему-то именно сейчас в голове всплыл один из её разговоров с Блауманом. Ещё до того, как он и Эйхарт побывали в этом особняке.
— Кто именно?
— Один из помощников Хэйзела Дэвиса. У него огромная страсть к азартным играм и легко доступным женщинам, которую он тщательно старается скрывать. К сожалению, зарплата не позволяет ему в должной мере утолить свои страсти, так что один твой знакомый из посольства Федерации помогает ему оплачивать свои грехи за предоставление довольно щекотливой информации от слишком говорливого сенатора.
— Безмозглые идиоты… — едва слышно прошипела она.
Изабелла ведь предупреждала их о том, насколько важно сохранять открытую для них информацию в тайне. И даже десятки подписанных документов о неразглашении вместе с многостраничными пояснениями того, какая кара ожидает их за нарушение этих бумаг не остановила одного идиота от того, чтобы не растрепать этот материал.
С другой стороны, теперь ей доподлинно известно, кто именно работает на её коллег из Федерации. Что же. Эту проблему они решат. Решит жёстко и показательно. Так, чтобы больше ни одна дрянь не подумала трепать языком.
Вопрос в другом. Что делать с «Регентом»?
Ответ был прост, как и всё гениальное.
— Его нужно срочно вытаскивать, — решительно произнесла женщина, доставая служебный комм из внутреннего кармана кителя. — Если это так, то…
— Успокойся, — прервал её Альмарк. — Сядь.
Изабелла даже не шевельнулась.
Заметив это секундное колебание, Альмарк повторил своё требование, но уже куда более жёстким тоном.
— Сядь, Изабелла. Это была не просьба.
Он указал на кресло перед собой.