Страница 106 из 271
Воодушевленные этой победой, силы Камаан ке Сена ринулись вперёд с удвоенной скоростью.
— Окружить входы! — приказал наблюдающий за ними Халид. — Всем доспехам разойтись в стороны. Убивайте всех, кого только заметите.
Быстро переключившись на частоту связи с отрядами своих пехотинцев, Халид направил их внутрь.
Учитывая, что выходы наверху оказались перекрыты его людьми, пятидесяти одетых в броню солдат будет достаточно для того, чтобы вычистить это гнездо сверху донизу.
Даже если их противники попробуют сбежать, у них ничего не выйдет.
Он практически чувствовал победу в своих пальцах.
Да, потери оказались несколько выше, чем он ожидал, но это не страшно. Главное, что через двадцать минут задача будет выполнена.
Он сидел в кресле, слушай отчёты своих полевых командиров. Сейчас они уже находились внутри, продвигаясь по внутренним коридорам технических зданий и коммуникационным тоннелям.
И почти сразу же некоторые из них обнаружили растяжки и ловушки.
Видимо эти ублюдки заминировали пути своего отступления, чтобы замедлить продвижение солдат Камаан ке Сена.
Глупцы!
Как будто это могло хоть чем-то им помочь.
Идущий впереди лидер отряда внимательно осматривал стены, пол и даже потолок на предмет новых ловушек.
Он уже потерял двоих ранеными, когда они не заметили установленную на полу мину. Даже их броня не смогла защитить находящегося внутри человека, когда тот наступил на скрытую под полом бомбу.
Больше подобных ошибок он совершать не хотел, внимательно осматривая каждый сантиметр пространства перед собой.
Судя по внешнему виду встретившихся ему помещений здесь явно жили люди. Следы их присутствия имелись чуть ли не повсюду. Раскрытые упаковки от военных пайков. Разбросанная то тут, то там одежда. В одной из комнат он даже заметил несколько раскладушек и стоящую на столе небольшую плитку, разогревающую котелок с приготовленной едой.
Правда та к этому времени уже сгорела. Вероятно, о ней попросту забыли, когда скрывающиеся здесь крысы узнали о появлении солдат Камаан ке Сена…
Где-то за спиной раздался очередной глухой хлопок, а система связи наполнилась удивлёнными возгласами и болезненным криком.
— Смотрите себе под ноги, идиоты! — раздражённо рявкнул он, заметив, как одна из иконок на дисплее его шлема окрасилась в красно-жёлтый свет.
Боец был жив, но ранен.
— Вынесите его наружу, — потребовал он. — И не смейте трогать что-либо. Эти твари могли заминировать всё, что угодно!
Потом он выскажет этому слепому идиоту всё, что думал о безмозглой ошибке его отца, позволившего появится на свет подобному кретину.
Нестройный хор голосов подтвердил новые приказы, а лидер отряда с пятёркой самых опытных своих людей двинулся вперёд.
Они поднялись по лестнице, и командир отряда замер, как вкопанный глядя на пространство перед собой.
Нет, он знал, что их мобильные доспехи подавили огневые точки, из которых его людей обстреливали противопехотные роторники. Даже представлял, что их огонь мог сделать с этими людьми.
Но, то, что он увидел привело его в недоумение.
— Какого дьявола здесь творится⁈
Вопреки ожиданиям, коридор перед ним не оказался залит кровью и ошмётками разорванных тел.
Лишь порванные на части манекены. Они валялись то тут, то там рядом с установленными на вбитых в бетонный пол коридора треногах скорострельных орудиями.
Некоторые из них огонь хашмитских доспехов сорвал со своих мест, но пара уцелела, что позволяло хорошо рассмотреть установленные на них сервоприводы и камеры с уходящими куда-то проводами.
Посмотрев себе под ноги, он увидел предмет, на котором стоял. Небольшой индивидуальный обогревательный элемент. Столь удобный для того, чтобы вставить его в подкладку одежды и способный сохранять тепло очень длительное время. Такие были популярны в северных регионах планеты, где температура падала почти до минусовых значений.
Чувство неправильности происходящего захватило его с головой. Его мозг ещё только начал осознавать, в насколько глупую ловушку они попались.
— Халид! — быстро проговорил он в микрофон. — Здесь никого нет! Эти орудия управлялись дистанционно!
Он не знал, что его доклад совпал сразу с двумя вещами.
Обследовавшие уничтоженные «Грендели» солдаты в этот момент вскрыли их кабины, с непониманием глядя на пустые кресла и запущенные программы автоматического управления.
В тот же момент сидящая на скальном выступе в километре от плотины Элизабет Вэйл нажала на кнопку детонатора в своей руке.
Электронный импульс долетел до установленного в неприметном месте передатчика и послал его по сотням метров проводов дальше.
Почти три тонны заложенной внутри плотины взрывчатки сдетонировало одновременно. Предназначенная для проведения горных работ, она обладала крайне высоким показателем бризантности, что делало её идеальной для того, чтобы дробить твёрдые скальные породы.
Или же созданные из прочнейшего керамобетона постройки.
Конструкция дамбы была такова, что могла выдержать значительный урон извне. Создавшие её конструкторы и инженеры постарались на славу, пусть в их работе при современных технологиях на самом деле не было ничего впечатляющего.
Даже прозвучавшие внутри взрывы не сразу проявили себя снаружи. Лишь цепи длинных и широких трещин протянулись во все стороны по гладкой поверхности дамбы.
Но! Конструкция, предназначенная для того, чтобы выдерживать значительные внешние нагрузки, оказалось удивительно восприимчивой к ударам изнутри.
Взорвавшись в заранее рассчитанных местах, у основания и краёв плотины, они нарушили общую структурную целостность.
Появившиеся трещины, на мгновение замершие, помчались дальше, когда ослабшая конструкция начала прогибаться под давлением находящегося с другой стороны озера Цемомори.
Всё это сопровождалось ужасающим звуком. Будто некий великан тёр гигантские камни друг об друга. Скрежет и скрип такой силы, что от него ныли зубы, слились друг с другом. Это походило на протяжный и жалобный стон. Словно построенная людьми конструкция всё ещё старалась выполнять то, для чего была предназначена.
На короткий миг, всем показалось, что ничего страшного так и не случится.
Но это был не более чем самообман, вызванный естественным желанием людей, надеяться на лучшее.
Даже тогда, когда разум уже понимает весь ужас происходящего.