Страница 12 из 92
Лидия Петровна остановилась прямо перед оградой, жестом подманила Маринку и положила ей ладонь на плечо. Руку с перстнем выставила вперед, прикоснулась к металлу, камень сверкнул изумрудным, и Маринка ошарашенно захлопала глазами. Да, она так и представляла, что всё будет невообразимо-волшебно, но одно дело мечтать, а другое — видеть своими глазами.
Завеса исчезла, как исчез и полуразрушенный каменный дом позади нее, и перед Маринкой оказалась аккуратная лужайка, невысокая оградка, а за ней — трехэтажный длинный дом из потемневшего от времени дерева с искусными резными наличниками по окнам первого этажа и коньком над входом. Совсем не похожий на темные покосившиеся избушки вдоль трасс. Внушительнее и стариннее. Но при этом так непривычно ухоженная. Ни бурьяна, ни высоких бетонных или жестяных заборов, а присыпанная песком тропинка, изящная лавочка в тени курчавой березы.
— Гав! — потрясла головой Аза. Динуська восприняла перемены как должное. Маринка крепче сжала поводок, но с собакой мысленно согласилась. Подняла взгляд на Лидию Петровну, та блаженно улыбалась и что-то высматривала в окнах. Маринка оглянулась — там та же разбитая улица, те же побитые временем дома, шаурмячные и рельсы трамвая. И снова повернулась к деревянному дому. Не может быть!
— Добрались! — довольно воскликнула Лидия Петровна, и Маринка сперва не узнала ее голос — так расслабленно он звучал. Колдунья даже потянулась, сорвала резинку, и волна темно-русых волос упала ей на спину. И как будто не такая уж и старая сразу.
Но Лидия Петровна стерла с лица улыбку и знакомым деловым тоном добавила:
— Мне сейчас нужно заполнить бумаги на тебя до пересменки со светлыми, разобраться, каким автобусом тебя повезут в Китеж. Пойдем внутрь, а то холодно в такую рань. Собаку у входа привяжешь пока? Догоняй.
И Лидия Петровна быстрым шагом направилась к крыльцу деревянного дома. За ней послушно поплыла спортивная сумка. Маринка, не шелохнувшись, проводила полет своих вещей. Нет, к волшебству невозможно привыкнуть, никогда.
— Аза, сидеть. Место! — указала Марина на лужайку за скамейкой, привязала к ней поводок, механически потрепала собаку за ухом и, осматриваясь по сторонам, поспешила к лестнице с резными перилами.
Внутри пахло теплым деревом — это было первое, что почувствовала Маринка, закрыв за собой дверь и оказавшись в просторной прихожей или даже, скорее, комнате. С деревянными стенами, лакированными досками по полу, широкой витой лестницей наверх и вниз и парой диванов по двум сторонам стен. Как в приемной, чтобы подождать. Вполне себе обычной с поправкой на музейный вид. Одна только люстра выдавала что-то потустороннее — кованая, тоже с налетом древности, она светилась непривычно ярко, с неправильным фиолетовым оттенком. Вместо лампочек в ней стояли бело-голубые и красные кристаллы. Можно было подумать, что это всего лишь необычные плафоны, но Марина всё отчетливее понимала: нет, не обычные. Светящиеся камни. Офигеть.
Из прихожей вело две двери — в левое и правое крылья. Маринка задумчиво повертела головой, поморщилась и закатила к потолку глаза. Вот опять — еще одна взрослая, которая толком ничего не может объяснить. И что теперь делать, блуждать по всему дому в ее поисках? Решительно повернулась к левой двери, кинула взгляд на табличку
Задумчиво постояла перед дверью. Что-то смущало Маринку в этой надписи, помимо древних букв. Обернулась на дверь напротив, но всё же нерешительно постучала, попробовала приоткрыть. Заперто. Развернулась, подошла ко второй —
В кабинете в ряд стояли большие письменные столы, за каждым из них сидело по незнакомому человеку — двое мужчин, женщина. И у последнего стола в ряду, нашлась и знакомая спина Лидии Петровны. Маринка облегченно выдохнула и скованно улыбнулась — все трое незнакомцев с любопытством уставились на нее.
— Доброе утро, — едва слышно пробормотала Марина. — Я с Лидией Петровной.
— Доброе утро, барышня! — приветливо улыбнулся ей русоволосый мужчина за ближайшим к ней столом. Обычный такой. Костюм, как у директора школы. Никакого тебе балахона мага из фильмов, никакого старомодного сюртука, соответствующего обстановке деревянного дома. — Проходите, проходите! Присаживайтесь на кресло, барышня. Мы сейчас оформим все бумаги до конца рабочего дня, чтобы вы вечером успели выехать в Китеж.
— Может, вам чаю? — так же мило улыбаясь, спросила женщина со второго стола. Она чем-то напоминала Лидию Петровну — тоже в костюме, но с макияжем поярче и в изящных очках с золотой оправой.
— Спасибо, не надо, — чуть ли не прошептала Маринка, опустившись в глубокое кресло. Хотелось провалиться в его обивку, но она села на самый краешек и постаралась выпрямить обычно сутулую спину. Барышня, черт возьми. Вы! Малявке какой-то такие взрослые волшебники. Капец. Хорошо, хоть Динуська рядом, можно ее гладить и за ней прятаться.
— Сложно тебе будет привыкать, — сочувственно покачала головой та же женщина в очках. — У нас обычно если кто из неведичей едет учиться в Китеж, всё лето живет при представительстве. Столько отличий! Азбука, этикет, правила безопасности… Но главное что? В последний вагон запрыгнула же!
— А время сна для темных? — вставила оторвавшаяся от бумаг Лидия Петровна.
— Да, непросто тебе придется… — повторила женщина в очках. — Но ворожба — она того точно стоит! Тебе повезло.
Маринка хлопала глазами, совсем забыв, что нужно дышать.
— Я что, темная? Злая? — упавшим голосом пробормотала она. Не хотела задавать никаких вопросов, но тут до того опешила, что само вырвалось.
Но все четверо взрослых только заулыбались.