Страница 29 из 41
Сделал вид, что не замечаю ее прихода, может и правда повезет и она скажет, что ошиблась кабинетом. Ты ошиблась университетом, милая! Но нет же, вот стоит возвышается надо мной. Но сегодня я ей не отдам это превосходство, чтобы она не задумала и не сказала.
Глава 17
ГЛЕБ
— Зачем ты пришла, что тебе нужно? — сразу без приветствия и всякой прочей лабуды. Явно же, что ей что-то понадобилось.
— И что даже не поздороваешься и не предложишь чашечку кофе? — прошла до моего стола, сняв перчатки и поставив сумку на него.
— Думаю обойдемся без всего этого, повторю вопрос — Что. Тебе. Нужно? — чуть медленнее и с расстановкой, чтобы отчетливо слышала каждое слово, чтобы быстрее дошло — не собираюсь как раньше с ней церемониться. Все в прошлом, пережил, больше эта женщина не может вывести меня из себя. Остыл, как же я рад почувствовать себя свободным от нее. Могу спокойно воспринимать информацию и не кипеть от злости, обиды и ревности. Верно говорят клин клином вышибает, а не время лечит.
— Я бы хотела поговорить сегодня где-нибудь…
— Мы уже разговариваем, если есть, что сказать, то лучше не тяни и начинай уже сейчас.
— Я предпочла бы другую обстановку, располагающую к общению, более уютную…
— Либо здесь и сейчас, либо не трать мое время, у меня пара через двадцать минут, — соврал, близилось время большого перерыла, но я хотел ускорить ее уход.
Ольга вздохнула, точно не довольная услышанными словами и тем, что все пошло не по плану. Привыкла же всеми манипулировать, раньше мне это нравилось. Считал себя исключением, что меня ее манипуляции обходят стороной. Никто не застрахован от ошибок.
Она отодвинула стул для посетителей и было хотела на него сесть, но передумала, осталась стоять, лишь опустив руку на его спинку. Другой расстегнула пальто, в комнате было действительно душно в верхней одежде. Взглянула на окно, которое итак уже стояло на проветривании. Было заметно, что она старается выиграть себе пару минут передышки перед тем как чем-то меня огорошить.
— Глеб, я беременна…
— Я рад за тебя, и?
Что за спектакль разыгрывался у меня на глазах пока не понимал, но быть главным героем-дурачком я в нем не желал.
— Я хочу, чтобы мы снова стали семьей.
— Ты хочешь сказать, что забеременела от меня, хотя мы полгода не общались, что уж говорить о том, чтобы зачать ребенка?! — бровь сама вскочила вверх от такой наглости. Захотелось смеяться в голос, но сдержался, открыто посмотрел ей в глаза, которые излучали жалостливость.
— Нет, конечно, но отец же не тот, кто предоставил генетический материал, а тот, кто растит и любит ребенка. Ты же всегда хотел детей!
— Своих детей, Оля, наших, черт возьми, детей! — все же вспылил немного от этого абсурда что нес ее ярко накрашенный рот.
— Он или она и будет твоим ребенком….
— Ты однозначно сегодня что-то приняла.
— Я понимаю, что как снег на голову, но… Так и знала, что надо было поговорить в другом месте.
— Не в этом дело! И уж точно не в обстановке.
— Да, — она попыталась изобразить раскаяние, — Знаю, что очень виновата, Глеб, ну прости, я совершила ошибку, — не получилось, сегодня я видел ее ложь, ушла наконец пелена с глаз.
— Ошибкой это можно было назвать, если бы ты изменила мне один раз, но ты же полгода трахалась со своим Сережей. А сейчас залетела от него и, судя по тому, что ты здесь, он кинул тебя и не жаждет становиться отцом. Я сделал верные выводы?
— Дело не в нем, а в тебе… в нас, мы же до сих пор любим друг друга…
Эта театральная постановка принимала облик дешевой мелодрамы, где достаточно сказать несколько высокопарных фраз и герои тут же примутся мирится, забыв все невзгоды и придадутся любви сиюминутно.
— Я не люблю тебя больше! — сказал главное и стало так легко, сегодня я мог это сказать с твердой уверенностью. — После того что ты сделала, ни о какой любви не может быть речи. Уходи! — рука взметнулась вверх, указывая на выход.
— Я знаю, что не хочешь признаваться, что все еще испытываешь ко мне чувства, — она и не подумала быть услышанной, не собиралась так легко сдаваться и просто уйти, — Глеб, в этом нет ничего постыдного… — хотела было шагнуть ближе ко мне, но натолкнулась на мой каменный, не терпящий компромиссов, взгляд, и остановилась, оставив эту глупую затею.
— Могу тебя заверить, что это не так! Не знаю, что за бред ты несешь, и с чего ты это все взяла…
— С того, что у тебя до сих пор никого нет! — перебила очередной околесицей, — Я говорила с твоей мамой.
Еле держу себя в руках, чтобы не встать и не выкинуть свою бывшую благоверную взашей, и громко хлопнуть дверью перед ее напудренным носом. Как раньше я не замечал ее гнилое нутро? Не хочется выглядеть психом, словно мне не все равно. Будто я не безразличен к ней. Безразличен.
— Это не так.
— Ты опять мне врешь!
Ну и самомнение, у нее значит могут быть ухажеры, она достойна любви, а я весь бедный несчастный сижу в гордом одиночестве. Так и было, но об этом она никогда не узнает. Но и про Киру я не собираюсь ей рассказывать. Не хочу хвастать и посвящать постороннего человека в наши жизни. Все еще слишком шатко и хрупко у меня с этой девочкой…
— В каком вранье ты обвиняешь моего лучшего друга? Это ты же у нас мастер лжи, — Макс вернулся очень вовремя, потому как ситуации переходила в еще больший абсурд.
— Ааа, Ефимов, тут как тут…
— Я всегда поддерживаю друга в тяжелую минуту и защищаю от жен-мигер, есть у меня такая супер-сила!
Не знаю, как я отреагировал бы на эту новость пару месяцев назад, теперь я ясно вижу, что это не мой человек и это не она совершила ошибку, а я, когда женился на ней, не разглядел, не хотел видеть, окрыленный любовью, стремился оберегать и защищать, и не обращать внимание на слова других. Кокеткой ведь быть не грех. Улыбаться мужчине — не значит спать с ним. Разочароваться в близких людях больно. И требует много сил на восстановление.
— Он мне врет, что у него кто-то есть, но я не верю в это…, — долетели обрывки их разговора.
— И зря, такая горячая студенточка, сам отбил бы, но дружба дороже, — Макс уже разошелся и разбалтывал совершенно секретную информацию.
— Что ты несешь? Глеб бы никогда не связался бы со студенткой, это в очередной раз убеждаюсь в вашем обмане! — гордо вскинув подбородок, отвернулась от него и уставилась на меня. На свой требующий взгляд она получила лишь мое непроницаемое лицо, не дождется от меня никаких откровений. Это уже не ее дело.
Макс положив руку ей на талию, стал продвигать ее к выходу. Как же я ему за это благодарен. Нет никакого желания ее видеть и продолжать бессмысленный разговор.
— Эй, что ты делаешь, мы еще не закончили….Глеб, — у двери попробовала задержаться, но друг деликатно протолкнул ее в проход, закрывая за ними дверь, а когда вернулся выглядел как будто и правда спас меня от опасной хищницы.
— Тебе не интересно, что я ей еще сказал? — спросил, гордо улыбаясь.
— Нет, надеюсь, ничего лишнего, имя студентки ты удержал в тайне? — предупреждающе окинул его взглядом.
— Конечно, не хватало, чтобы она нашла Андрееву и наплела ей ерунды всякой, а Кира у нас девушка ранимая, поверит еще. Просто сказал, что ты без ума от нее и у вас бурная личная жизнь! И ведь не соврал же, правда?
Я укоризненно покачал головой, конечно, грех не утереть нос моей бывшей, тем более они с Максом вечно лаялись, кто кого обиднее ужалит.
— Пойдем перекусим, я жутко голоден. Не знаю зачем ты ждал все это время, но надеюсь ты пригласил Андрееву уже куда-нибудь?
— Макс, я сам разберусь.
— Надеюсь, ты не разучился общаться с девушками, а то после того раза в кафе, я сильно засомневался.
— Не преувеличивай, я просто не хотел с ней общаться, и ты это знаешь, я, конечно, не альфа самец и не мастер пикапа, но на кое-что способен, — улыбнулся, еще бы выставил гордо грудь колесом и распушил хвост как павлин, может тогда он отстал от меня.