Страница 69 из 80
— Надеюсь, так и будет, — улыбнулся я, чувствуя, что лёгкий мандраж проходит. Думал, что уже полностью привык к Зуртейну с его мрачностью и средневековой жестокостью. Однако всё же нет-нет, да проявляет себя землянин двадцать первого века. Пусть и очень слабо. С другой стороны, и местным жителям не чуждо сострадание. И, может быть, именно поэтому бывшие крестьяне сейчас отчаянно сражаются во имя Бога Тьмы и своего светлого будущего.
Бон? Опять ты? Тоже готов сражаться ради своего светлого будущего? Похвально. Только вот очередной скачок синхронизации меня пугает. Нужно будет всерьёз озаботиться этой проблемой, как только соберём Зуртарн. Прям насесть на Старика и давить вопросами, пока не ответит. А то…
«Хорошая мысль, волхв, — неожиданно прозвучал у меня в голове голос «обсуждаемой» персоны. — Заняться этим вопросом после того, как Зуртарн будет восстановлен. Тогда ты всё непременно узнаешь, так что сейчас оставь свои вопросы и сконцентрируйся на деле. Силы герцогов уже пришли в движение. Время вашего выхода неумолимо приближается».
Едва я понял, что Бог Тьмы «положил трубку», на моём плече зашевелился зомби-нетопырь:
— Как… ожидалось… — засипел он, — герцоги… идут… с флангов…
И, к великому сожалению, сейчас он говорит не о герцогах Урхонском и Оруэльском. А о герцогах Альгертском и Мирьерском, сохранивших верность короне. Земли первого расположены на юге королевства и, насколько мне известно, не тронуты Тлением. Когда наш поход только затевался, герцог Альгертский Дженс Альги вместе со своим войском сражался в Великой Пусте. Мы рассчитывали, что он не успеет вернуться к битве за Лонгеру. Что до второго — герцог Мирьерский Лин Мирье владел прибрежными землями. Одно из графств, входящих в состав его герцогства, самое северное, практически полностью пожрано Тлением. Центральное, графство Донт, давно лишилось своего графа, сбежавшего подальше от смертельной напасти, и тоже загнивало. Держалось только южное графство, где и располагалась Мирьера — дом герцога. Сам бы Лин Мирье уж точно не полез бы сражаться в нашей войне — так считал мой тесть герцог Урхонский. Мол, не до защиты короля ему, когда свои владения нужно защищать в неравной борьбе с истлевшими.
И тем не менее Лин Мирье здесь, как и Дженс Альги. О том, что они тоже будут участвовать в битве, мы знали ещё вчера — спасибо Последователям Глозейска за информацию. Неизвестно только, сам ли Мирье решил откликнуться на зов короля и теперь за свою помощь надеется получить новые земли для переселения? Или же герцога заставил его Покровитель? Хотя, в целом, его личные мотивы для нас не особо важны. Что же до второго герцога, так он и вовсе умудряется быть в двух местах одновременно — часть его армии всё ещё в Пусте, обороняет захваченные территории. С собой Дженс Альги привёл только конницу, иначе банально не успел бы к сражению.
Так что войска герцогов Мирьерского и Альгертского по отдельности не представляют опасности для нашего альянса. И даже если брать их вдвоём — тоже не страшно. Куда хуже то, что сражаться с ними придётся, находясь под обстрелом защитников городских стен. Как вариант, можно было встретить войска герцогов до штурма, вот только где конкретно они прятались — мы не знали. Не говоря уже о том, что, нарезая круги по окрестностям Лонгеры, мы могли бы нарваться на удар в спину уже от сил короля.
Поэтому было принято решение идти на штурм и в то же время патрулировать окрестности. Мы были готовы в любой момент отбить нападение с флангов, что в данный момент и происходит на моих глазах.
— Красиво, Тление их задери… — тихо пробормотала Уна, глядя на развернувшееся внизу сражение.
— Согласен, — успел произнести я до того, как Хорн или Тиара начали бы с ней спорить.
Битва действительно выглядела впечатляюще — тысячи людей, наделённых различными «магическими» способностями, без устали атаковали друг друга. С нашей позиции поле боя смотрелось очень красочно за счёт разноцветной визуализации способностей различных богов. Тут тебе и чёрный дым, и лиловый песок, и нефритовые стрелы… и так далее и тому подобное. Куча вспышек, будто на фейерверк попал.
И тем не менее как-то неуютно просто стоять в сторонке и смотреть за столь грандиозным сражением. Это ведь не концерт, на котором можно расслабиться и наслаждаться зрелищем, и не футбольный матч, где ты переживаешь за результат, и даже не боксёрский поединок, в котором ты поставил кучу денег на победу одного из бойцов. Это война. Кровавая битва, в которой гибнут люди, и от которой зависит будущее целого мира. Разве можно тут расслабиться?
Стоять и тупо ждать — дело нервозное и крайне утомительное. Я гораздо лучше чувствовал бы себя рядом с остальными солдатами. Вместо того чтобы ждать, пока другие добудут результат, мне было бы гораздо проще лично участвовать в его добыче. Нет, я не кровожадный… просто загребать жар чужими руками — это не моё.
Поэтому ждать нашего выхода было для меня чересчур мучительно. Казалось, время движется неимоверно медленно, а с тех пор, как начался штурм, прошла целая вечность. Мне подумалось, что черепаха успела бы проползти через всю Лонгеру за то время, которое потребовалось нашим всадникам, чтобы отбить нападение герцогов с обоих флангов, нашим штурмовикам, чтобы занять ближайшие к воротам стены и, наконец, нашим подрывникам, чтобы раскурочить эти чёртовы ворота.
— Битва… переходит… во вторую… фазу… — с трудом прохрипел Мыш-два.
— Кейн, что с потерями? — сдержанно поинтересовался я.
— В пределах… расчётов…
Нетопырь замолчал. Мы же, наблюдая за тем, как большая часть наших войск хлынула в город, тоже не спешили нарушать тишину. Каждый из нас знал, что для того, чтобы попасть на территорию замка, нужно пройти аж пять ворот. По сути, сейчас мы лишь в начале пути.
— Проклятое Тление! — неожиданно выругался Омарх и резко повернулся к Хорну. — Как же я вас понимаю! Невыносимо ждать…
И всё же ждать приходилось. Пошла вторая вечность, завершившаяся торжественным заявлением Мыша-два:
— Вторые… врата… пали…
— Ну наконец-то! — тут же воскликнул Хорн. Ещё чуть-чуть, и он рванул бы первым, вперёд командира отряда, что недопустимо. Поэтому я без промедления прокричал:
— Выдвигаемся!
Велла с места взяла чуть ли не максимальную свою скорость. Её четверолапые товарищи тоже вовсю сражаются, так что собака полностью разделяла наши чувства, желая как можно скорее присоединиться к битве.