Страница 4 из 5
Надежда. Нет, будем торопиться! Прошу всех встать. Я пью за Кирилла, за нашего Кира, за самого хорошего человека, которого я знала. За умного, доброго, пламенного Кира, красивого и нежного, в которого я была без памяти влюблена – и думала, что уже никогда не увижу. А он вернулся, такой же красивый и необыкновенный, – вот он. Пьем за тебя, пьем до дна! И ты пей до дна, Леня, не ревнуй и пей.
Белогоров. Разве ты не помнишь, что я никогда не ревновал тебя к Киру? Он настолько превосходил всех нас, что глупо было бы к нему ревновать.
Надежда. Спасибо, Леня! Пьем, пьем!
Марина. Мама!
Надежда. Пей, дочка! Сегодня и тебе можно. До дна, все до дна!
Кирилл. Спасибо!
Все пьют. Марина дотрагивается до локтя матери.
Марина (тихо). Мама!
Надежда. Говори громче.
Марина. Ты сказала, что была без памяти…
Надежда. Влюблена в Кира? Ну конечно – была! Ты бы тоже влюбилась, если бы знала его тогда. Я была невестой Кира.
Белогоров. Надежда, не всё нужно знать нашей дочери.
Надежда. А что мне скрывать от нее? В моем прошлом нет ничего, чего надо стыдиться. Если бы судьба не разлучила нас с Киром, он был бы моим мужем и ты имела бы другого отца, Маринка.
Марина (враждебно). Мне не надо другого отца.
Надежда. Правильно, отец у тебя хороший, лучше быть не может. И муж Леня замечательный, мне не в чем его упрекнуть. Просто всё могло быть по-другому! Всё могло быть по-другому! Выпьем еще, дорогие мои!
Белогоров. Надя, тебе не надо пить.
Кирилл. И мне что-то не хочется…
Надежда. А я – выпью! (Пьет.) Вы думаете, я пьяная? Вы боитесь, что я наговорю лишнего? Глупые, я пьяна не от шампанского, а от необыкновенного сегодняшнего события. И лишнего я не скажу, у меня просто нет ничего лишнего, всё во мне вы знаете, только Маринка не знает, но она уже взрослая, она поймет. Ты поймешь, Маринка?
Марина. Я всё понимаю, мама.
Надежда. Она всё понимает! А ты, Кир, должен знать… Всё могло быть по-иному, но получилось так. И я счастлива. И всегда была счастлива – если бы не твой арест. Потому что Леня такой человек… Он такой человек, Кир!
Кирилл. Разве я не знаю Леонида?
Белогоров. Прошу тебя, Надя, не говори обо мне.
Надежда. Как вы боитесь меня! У вас у всех глаза испуганные. Говорю вам, я не скажу ничего, что вам неизвестно. Я так счастлива, что ты живой и здоровый, Кир! (Закрывает лицо руками и плачет, упав головой на стол.)
Марина (отчаянно). Маме плохо! Маме плохо!
Тарасовна. Надо было тебе напиться!
Белогоров. Тихо, тихо, сейчас всё пройдет. Нервы, друзья, нервы! Наденька, возьми себя в руки, очень прошу…
Кирилл. Похоже, я сделал большую глупость, когда не предупредил о приезде.
Белогоров. Выпей воды, Надя.
Надежда. Да, пожалуйста, дай мне воды. (Пьет и плачет.) Не обращайте внимания. (Плачет.) Я сейчас… Я полежу на диване. Помоги мне, Леня.
Белогоров и Тарасовна ведут Надежду к дивану. Кирилл стоит, опустив голову. Белогоров подкладывает жене подушку под голову, по привычке щупает пульс.
Марина. Папа, я принесу лекарства. Что нужно?
Белогоров. Ничего. Внезапное потрясение, к тому же три бокала шампанского – один за другим. Через пять минут твоя мама встанет здоровей прежнего.
Кирилл. Леонид, я этого не хотел…
Белогоров. Конечно, не хотел, чудак. И плохого тоже ничего нет. Выпьем?
Кирилл. Пока не хочу.
Тарасовна. Убирать, что ли?
Белогоров. Оставь закуски и бутылку. А тебе, Маринка, задание – спать.
Марина. Я не уйду, пока мама не встанет.
Белогоров. Маринка, тебе давно пора.
Марина. Можешь сердиться сколько хочешь, а я не уйду, пока маме плохо. И я уже не маленькая, не будет катастрофы, если лягу на час позже.
Надежда (поднимается). Вот я уже встала, не нужно ссориться. Можешь спокойно отправляться спать.
Марина. Тебе на самом деле лучше, мама?
Надежда. Мне не лучше – мне хорошо. Я давно, давно уже не была такой счастливой! Можешь мне поверить, дочка.
Марина. Ты вдруг так побледнела…
Надежда. Сама не понимаю, что произошло. (Смеется.) Напугала вас?
Марина. Разреши мне еще посидеть с вами.
Надежда. А вот этого не разрешу. Тебе пора спать.
Марина. Почему вы все считаете меня ребенком?
Надежда. Наоборот, сейчас я разговариваю с тобой как со взрослой. Ко мне и отцу пришел самый дорогой наш друг, который исчез с наших глаз еще до твоего рождения. Нам нужно о многом поговорить. И всякий человек, кроме нас троих, будет нам мешать. Ты не обиделась, дочка?
Марина (поспешно). Нет, мама, что ты! (Обращается сразу ко всем.) Спокойной ночи.
Все (несколько вразнобой). Спокойной ночи.
Тарасовна. Я немного прибрала, остальное сделаю утром. Коньяк в шкафчике.
Белогоров. Спасибо, Тарасовна. (Достает коньяк.) Выпьем, Кир? (Наливает две рюмки.) Тебе не предлагаю, Надя.
Надежда. Мне и не надо,
Кирилл. Твое здоровье, Надя! (Пьет, ставит рюмку.) Теперь спрашивайте – отвечу на любые вопросы.
Надежда. Ты в Москву насовсем?
Кирилл. Нет, приехал в отпуск. Живу на севере Якутии и, видимо, пробуду там еще несколько лет. Надо поднакопить деньжат, прежде чем вернуться к пенатам…
Надежда. Ты женат? А дети?
Кирилл. Женат, есть сын. Ему два года.
Надежда. Ты счастлив?
Кирилл. Как тебе сказать? Я об этом не задумываюсь. Возможно, это и значит быть счастливым.