Страница 31 из 44
- А кто... - Звучало так неприятно, Летта терялась в догадках: - Кто мог послать их?
- Мне это неизвестно, леди.
И почему ей показалось, что он знает и не говорит всей правды? А мужчина двинулся в сторону пологого подъема к центру острова, потом обернулся к ней и позвал:
- Идемте, леди. Мало ли кого еще понесет сюда, а нам надо продержаться до ночи. Вернее, до возвращения генерала.
Летта еще раз напоследок окинула взглядом грот и заторопилась следом. Сайлас уже успел углубиться в проход, она прошла рядом и спросила:
- А где сейчас генерал?
Ведь в прошлые разы он появлялся сразу, стоило ей только подумать о нем или просто если ей грозила опасность. А сейчас тут такое творится, а его нет. Она невольно встревожилась. Может быть, что-то случилось с генералом?
А перед внутренним взором предстал вдруг этот высокий мужественный красавец. Такой темный и вместе с тем яркий. Язвительный, насмешливый, надежный как скала.
И как он с ней прощался.
«Придется опять сменить место. Здесь тоже становится неспокойно».
Мгновение, когда он смотрел ей в глаза, короткий поцелуй.
«Я зайду за вами вечером».
Черт, вот о поцелуях ей сейчас думать совсем не надо было! Летта нахмурилась, а ее страж взглянул на нее с хитрецой и выдал:
- В вашей Бактрии.
- Что? - она даже растерялась от неожиданности, потом опомнилась: - Бактрия не моя.
А тот с ленцой в голосе протянул:
- Значит, скоро станет вашей.
На этот раз она решила обойтись без комментариев.
Некоторое время они поднимались молча, пока наконец Сайлас не привел ее в какой-то зал, скрытый в толще острова. Похоже было на тайный кабинет, и обстановка тут отличалась от той, что была наверху в вилле. Гораздо более древняя, основательная, мужская.
Здесь были кресла, камин, в дальнем конце рабочий стол, и множество книг в шкафах и на полках по стенам. И здесь было намного прохладнее. Летта сразу заметила это, потому что стало зябко, а изо рта при дыхании вырвалось облачко пара.
Камин Сайлас зажег в первую очередь.
- Устраивайтесь у огня, леди. Сейчас станет тепло, - проговорил, показывая ей на кресло.
А сам встал, поддернул за шнурок наглухо закрытый небольшой футляр, зажал его в кулаке и направился к рабочему столу. Уселся и стал рассматривать.
- Что там? - спросила Летта.
- Там? - пробормотал мужчина, отвинчивая крышку футляра.
Вытащил флакон и стал просматривать на свет переливавшуюся внутри жидкость. Все это в полном молчании. Когда у Летты уже закончилось терпение, сказал:
- Яд. И немного драконьей крови.
- Яд? - удивилась Летта.
- Да, очень интересный яд. Формула древняя, универсальная, но ее, похоже, специально дорабатывали. Рассчитан на то, чтобы блокировать огненный дар феникса.
Сказал и выжидательно на нее уставился.
Как обухом по голове.
Однако Летта постаралась сделать вид, что это ее нисколько не касается. Прочистила горло и ровным тоном проговорила:
- Очень интересно. Вы сказали, там еще драконья кровь? Странная смесь. Это, видимо, для стабилизации или необходимый компонент?
- Нет, леди. Компоненты не связаны. Эта кровь открывает доступ, - проговорил тот, пряча флакон обратно в футляр.
Потом взглянул на нее.
- Побудьте здесь. Я принесу поесть. Думаю, нам лучше ждать генерала здесь, наверху сейчас может быть опасно.
И вышел. Летта так и осталась сидеть, сжав пальцами подлокотники кресла. Если правда все, что он сказал, то в этот раз те, кто за ней охотится, готовились основательно. Больше всего ей не понравилось упоминание про яд, сразу напомнило Бактрийский храм.
***
Именно там, в главном Бактрийском храме, сейчас находился генерал.
Император хотел, чтобы он отправился в Бактрию, и генерал выполнил приказ. Хотя и понимал, что дяде нужен предлог, чтобы удалить его и добраться до Виолетты. Дракону пришлось идти против своей драконьей сущности, требовавшей беречь и защищать девушку любой ценой. Непросто далось ему это мнимое спокойствие, непросто. Внутри клокотал огонь гнева, раздиравший его на части.
Но сейчас главным было не дать императору почувствовать, что его планы раскрыты. В конце концов, раз пошла такая грязная игра без правил, генералу тоже нужен был предлог, чтобы на время исчезнуть из поля зрения императора. Тут их интересы совпадали. Дядя считал, что услал его подальше? Но Адриану именно это и было нужно, потому что теперь был его ход.
В Балхе его ждала работа. Но это было тяжело - делать вид, что ничего не происходит, и ежеминутно ждать, что целая толпа тварей полезет на его остров. Потому, когда наконец пришел вестник от Сайласа с коротким докладом, содержавшим всего одно слово - «Взял», Адриан выдохнул с облегчением и отправился в главный храм Бактрии.
***
Большой храмовый комплекс, расположенный за пределами Балха, уже некоторое время жил на осадном положении. А точнее, с того самого момента, как генерал приказать окружить территорию, вокруг так и находился постоянный контингент имперской стражи. И еще время от времени к ним наведывался Глава тайной канцелярии, которого следовало опасаться не меньше, чем генерала.
Постоянное напряжение, в котором они находились, не могло радовать великого белого клирика. Он искренне молился всем богам, чтобы это поскорее закончилось. И, кажется, его молитвы были услышаны. Потому что сам император обратился к нему напрямую. Великий белый клирик давно ждал этого и со всем усердием выполнил поставленную ему тайную задачу. А в будущем он ждал больших перемен и уже видел воочию грядущее величие храма.
Очередной визит генерала его не порадовал, однако, пока еще судьбоносных изменений не произошло, верховный клирик соблюдал протокол. Не стоило прежде времени демаскировать себя.
Генерала встречали на крыльце храма.
Он появился один, без сопровождения, и неожиданно потребовал от великого клирика беседы с глазу на глаз. А тот, зная, что его власти эмиссара недолго осталось...
Не отказал.
Оставшись наедине, великий клирик мог бы напомнить генералу, как тот дерзко вел себя и угрожал храму, но зачем? Ведь он и так уже политический труп, его судьба решена, и не сегодня, так завтра генерал, возможно, сам окажется в застенке. Храм должен проявлять сочувствие к падшим.
- Желаешь ли ты получить благословение или предсказание? - милостиво осведомился великий клирик.
- Нет, - качнул головой эмиссар.
Они сидели вдвоем. В просторном кабинете имелся небольшой уютный уголок. Специально предназначенный для приватных бесед. Два легких кресла из драгоценного дерева гофер, такой же столик. На столике угощение. Немного густого сладкого вина, фрукты, тоненькие пресные хлебцы. Храм проповедовал умеренность.
- Тогда могу ли я узнать, чем вызван твой визит? - спросил великий клирик, наливая по глоточку вина в маленькие серебряные кубки на фигурных ножках.
Генерал неожиданно подался вперед и проговорил:
- Думаешь, я не знаю, кто изготовил яд, которым отравили моего отца?
Великий клирик внезапно подавился. Рука дрогнула, густое, словно остывающая кровь, красное вино вылилось на стол. Под давящим взглядом залитых тьмой глаз эмиссара ему показалось, что у него отнимается язык. Он смог только прохрипеть:
- Я не...
***
Это был просто пробный шар, брошенный наудачу. И он попал в цель. Теперь оставалось только дожать. Однако великий клирик опомнился.
- Ты не докажешь, - просипел он, хватаясь за горло.
- Хочешь проверить, смогу ли я доказать?
И вынул из-за пазухи висевший на цепочке императорский перстень с драконом.
Так уж вышло, что косвенные доказательства у генерала были, а этой ночью он собирался получить прямое подтверждение. И было еще кое-что, о чем Адриан, старший сын покойного императора Александра, всегда знал и молчал из уважения к дяде, потому что до последнего времени паритет сил соблюдался. Но именно он и должен был унаследовать власть.