Страница 13 из 49
— Я разочарован, — произнес после длинной паузы художник, перестав «смотреть» на Седого. — Не каждый последователь Муза достоин, как и я, встать подле него. Вкусить его часть, обрести искру творца. Не хочешь моего будущего? — голос художника внезапно перешел в рев. — Так не получай никакого.
Это стало спусковым крючком в ситуации. Мы как-то не сговариваясь бросились на босса все вместе, причем летели даже вперед Камня. Наверное, все почувствовали, что что-то здесь не так и художник куда опасней, чем может показаться на первый взгляд.
С одной стороны, никто из нас не успевал вовремя. С другой, художник из кармана своего заляпанного краской фартука достал всего лишь кисть и просто махнул ею. Красная краска густым слоем легла на картину, полностью заляпав лицо Седого.
И когда я уже был рядом, как чертик из табакерки прямо передо мной возник сам старик. С какого-то чудовищного размаха он впечатал гитару прямо в художника. Звонкий перебор струн и тело босса срывается в полет, впечатываясь в стену.
Поворот рукояти и мой гарпун плюет следом заточенный стержень, который входит в тело наполовину. И тут же мимо нас пролетает Камень, тараня шипастым щитом в прибитого босса. Тут уже никакой мелодичности, только грохот и хруст.
Щит, похоже, намертво вбился в тело босса, прибив того к стене. Из-под нижней кромки медленно потекла красная струйка, быстро собирающаяся в небольшую лужицу.
Камень нерешительно отступил, не решаясь убирать щит в карту, Заноза так и стояла посреди зала, замахнувшись своим ключом.
— Готов? — неуверенно спросил парень.
— Не знаю, — немного нервно ответила она. — Я в угодьях не эксперт.
— Что-то должно произойти? — на всякий случай спросил я. — Оповещение какое или гром среди неба?
— Говорю же, не знаю, — моментально разозлилась она. — Я по разломам не хожу, а самого охотника вообще впервые вижу.
— Ладно, ладно, не кипятись, — примирительно ответил я. — Надо его отковырять от стенки и доу-у-у нас проблемы.
Судя по лицам союзников, это они поняли и без меня, а значит, уведомление пришло всем.
«Охотник без ранга Неизвестный Художник повышен до: охотник первого ранга Слепой Художник».
— Мать, мать, мать, — взвинтилась Заноза, — у этого ублюдка маскировка ранга.
— Так бывает? — опешил я.
— А я знаю? — орала Заноза, глядя то на щит в стене, то на меня. — Говорили что-то такое. Я не знаю.
— Что делать-то? — вопил Камень.
— Валить надо его, — ткнул я пальцем в щит.
— Валить надо отсюда, — вопила Заноза.
— Истерички, — отхлебнул из фляжки Седой.
Щит вырвался из стены, будто бы его снесло взрывом. Вылетел и снес с ног Камня, благо парню досталось внутренней стороной, а не шипастой.
— Восстаньте, — раздался голос художника. Только был низким, гортанным и словно бы исходил откуда-то из другого мира.
Да и сам художник был жив и здоров. Десяток дыр в теле волновали его столько же, сколько и заляпанный кровью халат.
— У него полоска покраснела, — крикнул Камень.
— Какая еще, блин, полоска? — запоздало спросил я.
— Над головой.
— Психи, блин, на мою голову, — чертыхнулся я.
Помимо босса, появились и другие проблемы. Справа и слева от нас стены начали крутить вокруг своей оси. Они оказались панелями и сейчас поворачивались другой стороной. И, конечно же, теперь на них висели картины. С гребаными демонами. Прям натуральные такие рогатые, крупные, мерзкие с висящими до пупка языками, множеством глаз, хаотично разбросанными по черепу и прочими шедеврами слепого художника.
Благо, вылезать из картин они начали не одновременно, что давало нам хоть какой-то шанс. Потому что эти твари под два метра ростом были самыми здоровенными рисунками из тех, что нам здесь встречались. Когда первый выбрался из рамы, мраморная плитка под его копытами жалобно треснула.
Мелодичный удар струн отвлек меня от новых противников. Седой попытался повторить свой финт, но в этот раз что-то пошло не по плану.
Худощавый, изможденный художник с легкостью перехватил тяжелый удар одной рукой. Просто подставил ладонь и гитара будто в стальную стену врезалась, а босс даже не дернулся. Свободной рукой он легонько толкнул Седого в грудь и старик, пролетев через весь зал, ударился спиной о стену. Его тело сползло на пол и я с ужасом понял, что обычный человек после такого уже не встанет.
Я бросился к старику, предполагая самое худшее. Все-таки красная краска на картине не оставила меня равнодушным. Но тот был жив, разве что струйка крови текла из уголка рта.
— Сколько здоровья? — спросил я, протягивая ему наше единственное зелье лечения.
— На эту падлу дырявую хватит, — прокряхтел старик, отталкивая мою руку и поднимаясь. — Сейчас я ему втащу, где моя гитара?
— Деви, — оклик Занозы заставил меня резко обернуться. — Он одержим.
— Что?
Что вообще происходит? Камень полосками галлюцинирует, Седой помереть пытается, теперь еще Заноза. Хорошо, что мы Виза оставили с Павуком играть за дверью.
Но оглядевшись, я начал понимать, о чем говорила девушка. Заноза сейчас отмахивалась от одного из демонов. С другой стороны Камень уже пришел в себя и оборонялся от другого. А к нам вышагивал босс и прямо на глазах с него стекала кожа.
Нет, не так. С него стекала внешность. Лицо, кожа, заляпанный краской халат и окровавленный фартук. Все это сейчас густым слоем стекало на пол, так что за боссом оставались разноцветные маслянистые лужицы.
Этот ублюдок не был человеком, он нарисовал человека поверх себя. Вот уж действительно талант. Потому что прямо сейчас к нам шел, звеня копытами по мрамору, настоящий демон. Витые бараньи рога, безглазая козлиная морда, чешуйчатое тело и густой запах серы, расползавшийся от твари.
Что-то мне подсказывает, что этот демон был настоящим, а не из акварели. Возможно, это единственное настоящее существо в этих угодьях.
И чем ближе он подходил, тем жарче становилось вокруг. А вокруг фигуры самого босса воздух подрагивал раскаленным маревом.
У Седого пыла поубавилось от этой картины, но мне не в чем его винить. Если бы не команда, к которой я немного, но прикипел, то уже бы сам рвал когти из этого места.
Но, похоже, мои мозги наконец начали перестраиваться на нужный лад. Пожалуй, впервые за все эти дни в чертогах я в критической ситуации начал нормально генерировать хоть какие-то адекватные идеи.
Мозг еще не до конца оформил цепочку рассуждений, а руки уже перебирали колоду карт. Демоны, ад, зло, борьба добра и зла, церковь, инквизиция, ведьмы, пламя, жар, огонь, пожар, пожарные, художник, краска, растворитель, вода, святая вода, ад и рай, жизнь и смерть, живая вода.
В моей голове выстраивались и рассыпались цепочки вариантов и рассуждений, но я уже активировал нужную карту. В моей руке оказалась литровая бутыль из прозрачного стекла, с такой же прозрачной водой. Кажется, она даже немного искрилась бликами в свете свечей.
А еще от нее исходила приятная прохлада, которая словно овевала все мое тело. Оторвав взгляд от бутылки, я посмотрел на босса и улыбнулся. Судя по тому, как он морщит нос и рычит, водичка из карты Живой Источник ему вообще не понравилась.
Он наклоняет корпус, будто хочет протаранить меня головой и начинает ускоряться. Тем лучше для меня. Бутылка влетает аккурат ему в голову и со звоном разлетается тысячей радужных искр.
Рев демона оглушил и снес единицу здоровья, но оно того стоило. Тварь начала натурально дымиться, а шкура и чешуя — плавиться на глазах. Мимо меня прошел ухмыляющийся Седой с таким взглядом, что позавидовал бы и этот демон.
У старика из ушей шла кровь, впрочем, как оказалось, у меня тоже.
— Второй раунд, ублюдок, — весело проорал старик. Так бывает, когда сам ничего не слышишь, начинаешь орать.
Из картин на рев босса начали вылезать новые демоны, причем все разом. А у меня святой воды всего две бутылки осталось — на всех не хватит. Да и сам босс, не сказать что умирает. Похоже, я его вроде как кислотой облил. Больно и неприятно, но не смертельно.