Страница 2 из 4
В 1682 году в конце апреля умер царь Фёдор, не оставив после себя потомства. Встал вопрос – кому же достанется престол? Ивану, что не был «полностью в здравом рассудке», или Петру? А больше всех к захвату власти стремилась старшая дочь Алексея Михайловича – царевна Софья. Но вот в народе, собравшемся в Кремле, выкрикнули:
– Хотим в цари Петра Алексеевича!
Сам патриарх Иоаким посадил на трон десятилетнего Петра, вручил ему священные символы власти. Наталья Нарышкина стала правительницей (регентшей) до совершеннолетия сына. Софья старалась не упустить ни малейшего случая, чтобы очернить Нарышкиных. Она стала распускать слухи, что Нарышкины вначале «извели братца Фёдора», а теперь, мол, и царевича Ивана «придушили». Софья подбила на бунт стрельцов – войско, что было на службе у государства.
Ворвавшись в Кремль, взбудораженные стрельцы с криком «Бей Нарышкиных!» расправлялись с родственниками Петра, громили их дома. Но полностью коварный план Софьи не осуществился. Духовенство вывело на Красное крыльцо Наталью с двумя братьями – Иваном и Петром. Толпа на миг притихла. Раздались крики:
– Жив царевич!.. Глянь, он самый стоит!
– А почто врали?.. Языки чесали – уморили, мол, Иоанна!
Однако стрельцы не успокоились. Софья дала им чёткий наказ – нарышкинский род погубить и деньги обещала немалые. И опять полетели головы Петровой родни, а заодно и тех бояр, кто был к ним близок. Тот стрелецкий бунт во многом помог Софье. По её наущению стрельцы потребовали, чтобы царствовали оба брата, но чтоб первым царём признавался Иоанн, а вторым – Пётр. Правительницей при несовершеннолетних царях предложено было стать Софье.
Жизнь в ставших мрачными хоромах была тяжкой. Петра тянуло на волю – в Преображенское. Военные «потехи» он устраивал с ещё большим усердием. А между тем деревянные пушки со временем заменились боевыми. В руках у «ребятушек» уже появились настоящие пистолеты, сабли, алебарды. Пальба то и дело оглашала окрестности Преображенского. В 1686 году там возник целый городок с жильём для Петра, с казармами для «потешных» солдат. Во время игр звенел голос Петра:
– Штурмовые лестницы – сюда!.. На приступ!
К Преображенскому полку прибавился полк соседнего села Семёновского. Незаметно «потешные» ребятки становились настоящими солдатами регулярных армейских полков.
В эти же годы начинает появляться у Петра страсть к мореплаванию и судостроению. Как-то раз, гуляя со своим учителем голландцем Францем Тиммерманом по Измайловскому поместью, Пётр, заглянув в огромный амбар, увидел там среди всякой всячины необычную вещь, похожую на ладью. Тиммерман объяснил, что это английский ботик.
– И на нём можно плавать? – спросил Пётр.
– Можно, если отремонтировать, поставить мачту и парус.
Пётр загорелся отремонтировать ботик. В Немецкой слободе отыскали кораблестроителя. Он же научил управлять парусами. Но по узенькой Яузе кораблику было тесно. Пётр вспомнил про Плещеево озеро под Переславлем. Ботик перевезли туда. Вот уж где царь почувствовал себя моряком. Здесь же впервые построил он и верфь.
Пока малолетний царь управлял парусами на Плещеевом озере, царевна Софья правила государством. Но с каждым годом мрачные мысли охватывали её всё больше и больше. Скоро кончится её регентство. Кто же станет подлинным государем на Руси? Понятно, что не Иван, хотя и первым царём считается. Нет, нужно снова подбивать стрельцов на бунт против Петра. И ей удалось подговорить главу Стрелецкого приказа Фёдора Шакловитого.
В ночь с 7 на 8 августа 1689 года в Кремле стрельцы схватились за ружья. Специально был пущен слух, будто на Москву идут потешные из Преображенского. Шакловитый собрал стрелецкие полки, чтобы идти «великим собранием» на Преображенское и побить всех сторонников Петра за их намерение убить царевну Софью. Но среди стрельцов оказались и такие, кто не захотел поднимать руку на царя. Примчавшись в Преображенское, они разбудили Петра.
– Беда, Пётр Алексеевич, направила против тебя царевна-государыня стрелецкие полки. Не сносить тебе головы. Скрывайся.
Мужественным человеком был Пётр в зрелые годы. Сколько раз в самое пекло кидался. Но тут его, семнадцатилетнего, взял страх. Вскочил он на коня, даже не успев одеться, и помчался с тремя верными людьми к Троице-Сергиеву монастырю. Прискакали к утру. Архимандрит, узнав, в чём дело, промолвил:
– Успокойся, государь. Защитит тебя преподобный Сергий. Ступай в покои. Переведи дух.
Хотя и разъярилась Софья, когда ей сказали о бегстве Петра, да поделать ничего не могла. А на следующий день прибыли к Троице-Сергиеву монастырю Преображенский и Семёновский полки. Да и многие стрельцы, примкнув к Петру, покаявшись, рассказали о заговоре Софьи.
В результате брату Ивану Пётр отправил письмо: «Срамно, государь, при нашем совершенном возрасте тому зазорному лицу государством владеть мимо нас». Царь Иоанн к деятельной власти не рвался. Присутствовал лишь на приёмах и церковных праздниках. Умер он в 1696 году.
Шакловитый был схвачен и потом казнён. А царевна Софья была заключена в Новодевичий монастырь, откуда уже не вышла.
Азовские походы
Шло время. Пётр взрослел. Всё серьёзнее он задумывался о создании русского флота. Он уже понимал, что Плещеево озеро – это «потехи», забавы. Подлинному флоту нужно море. У России в ту пору был единственный морской порт далеко на севере – в Архангельске. Да и тот по десять месяцев стоял подо льдом. В 1693 году Пётр отправился в Архангельск на Белое море с большой свитой. Впервые он видит настоящие корабли – голландские, английские, немецкие, – те, которые, не страшась бурь, могут бороздить моря и океаны.
– С чем прибыли гости? – интересуется царь.
– Ваше величество, доставили сукна, галантерею, краски.
– А что купить собираются?
– Мачтовый лес, кожи, меха, икру.
«Как бы нам самим строить такие корабли – с высокими мачтами, с глубокими трюмами?» – задумывается Пётр. Но широкого выхода для российских кораблей нет. Южные моря – у турок. Балтийское, через которое путь в Европу самый короткий, – у шведов. А ведь было время, когда русские купцы пользовались этими морями. Стало быть, прежде чем строить торговые суда, нужно иметь военный флот: без него выход в море не вернёшь.
В 1695 году войско во главе с Петром двинулось в поход на Азов, турецкую крепость, что находилась в устье реки Дон. Но во время осады турки доставляли подкрепление со стороны моря, а у русских не было кораблей, которые могли бы помешать этому.
Себе царь определил скромную должность – «бомбардир Пётр Михайлов». Осада Азова не была удачной. Турки то и дело тревожили русский лагерь дерзкими вылазками, которые наносили значительный урон.
Поскольку осада крепости ни к чему не привела, Пётр приказал готовиться к штурму. Но артиллерия не смогла пробить крепостные стены. К тому же наступавшие действовали очень несогласованно. Русские войска сняли осаду и вернулись в Москву. Пётр сделал главный вывод: без поддержки кораблей морскую крепость взять невозможно.
Через год русский царь предпринимает новую попытку взять Азов. Крепость очень важна для Петра: он не раз называл её «ключом к двум морям» (Азовскому и Чёрному). Теперь уже Пётр основательно подготовился к походу. Несколько тысяч плотников полным ходом строили сотни стругов и галер. Сам царь не выпускал из рук топор.
И вот в начале мая флотилия двинулась на юг. На этот раз Пётр обложил город с суши и с моря. В то время как петровские пушкари, заняв прошлогодние траншеи, начали обстрел крепости, казаки на мелких судах напали на турецкие корабли, что были у причалов на разгрузке, и уничтожили их. Турки попытались на подошедших фрегатах пробиться к Азову, чтобы доставить солдат и боеприпасы. Однако с многочисленных русских судов открыли такой огонь, что фрегаты поспешили отступить.