Страница 55 из 61
Глава 24. Вот так сюрприз! Часть 2
Способный передвигаться и по воде, и по суше, монстр нюй юань чань явно собирался продолжить застолье, выбравшись на берег. К своему несчастью, он наткнулся прямиком на возвышающегося над ним Ло Бинхэ, на лице которого не осталось ни следа былого добродушия. С щелчком пальцев руку юноши объяло пламя, подпитываемое его духовной энергией; сбросив сгусток огня на монстра, он вызвал вспышку, охватившую чёрные волосы огненным ореолом. Чудовище тотчас шмыгнуло в воду, больше не отваживаясь высунуться.
Всё это Ло Бинхэ выполнил столь безупречно, словно годами оттачивал этот приём.
Возликовав, Шэнь Цинцю мысленно вскинул в воздух табличку: «10 очков Ло Бинхэ!»
Подобрав оброненную Цинь Ваньюэ ночную жемчужину, юноша воздел её над головой, словно маяк — свет помог оцепеневшим адептам наконец прийти в чувство.
— Братья и сёстры! — выкрикнул Ло Бинхэ. — Не расходитесь! Соберитесь в одном месте и держитесь друг друга! — с этими словами он вытащил сигнальный огонь, которыми снабдили всех участников состязаний, и запустил в небо.
Участники состязаний снабжались сигнальными огнями на случай, если повстречают монстров, которым не в силах противостоять — впрочем, обычно таких не попадалось. Использовавший сигнальные огни трижды автоматически выбывал из соревнования, и потому к ним прибегали лишь как к последнему средству. Однако в этот самый момент множество сигнальных огней раскрасило небо над ущельем Цзюэди. В оригинальном романе это была поистине прекрасная сцена, но сейчас у созерцающих её было такое чувство, словно их внутренности разрываются от ужаса и горя.
Потому что каждый из этих огней означал, что жизнь юного адепта в смертельной опасности!
— Скорее поглядите, что на хрустальных экранах!
Оттуда раздавались истошные крики. На нескольких экранах показывались уже мёртвых адепты, на других окровавленные юноши и девушки бились из последних сил, восклицая:
— Почему? Почему здесь оказались… откуда они взялись?
— Люди, на помощь! Здесь дулун ман [1]! Учитель, спаси меня! Шисюн, спаси…
Внезапно с экрана раздался хриплый вопль, духовные орлы разразились тоскливым клёкотом, и поверхность экранов потемнела. Наблюдатели принялись переговариваться, недоумевая, что происходит.
Кожа на затылке Шэнь Цинцю словно онемела, кончики пальцев похолодели.
Должно быть, только что донёсшийся до них крик издавал костяной орёл [2] Царства демонов — кровожадный и безжалостный летающий монстр!
Шэнь Цинцю не без оснований опасался, что эти твари растерзали контролируемых заклинателями орлов — с тем же успехом они могли сбросить с платформы хрустальные экраны.
Вода, земля, воздух — все стихии так и кишели смертоносными монстрами! Глядя на исполненную жуткого величия сцену, невозможно было сохранять невозмутимость, делая вид, будто просто смотришь фильм.
А за пределами ущелья Цзюэди, на платформе высокой башни происходящее произвело эффект разорвавшейся бомбы. Даосы с вершины Тяньи неистовствовали:
— Что там творится? Список монстров для собрания Союза бессмертных строжайшим образом выверялся, как в него могла затесаться такая тварь, как ню юань чань?
Несколько адептов школы Хуаньхуа уже были убиты. Старый глава Дворца вскочил и дрожащим голосом выдавил:
— Разрушьте заклятие!
Мощное заклинание, наложенное на ущелье Цзюэди, поддерживалось несколькими сотнями монахов из храма Чжаохуа. Настоятель уже собирался применить Сжатие тысячи ли [3], чтобы передать им приказ старейшины, однако внезапно Юэ Цинъюань остановил его:
— Нельзя снимать заклятие!
— Глава школы Юэ, что вы хотите этим сказать? — оторопел старый глава Дворца.
Ущелье Цзюэди превратилось в смертоносную ловушку для множества участников состязания, в том числе и для сотен питомцев хребта Цанцюн, так что у Юэ Цинъюаня должны быть чертовски серьёзные причины для подобного заявления!
— То, что снятие заклятия позволит спасти жизни адептов — истинная правда. Однако не стоит забывать, что вместе с ними на свободу вырвутся и бесчинствующие там монстры. Всего в какой-то паре ли отсюда уже можно учуять дым от людских поселений — представьте себе, что начнётся, когда туда устремится тьма чудовищ? Наши ученики, по крайней мере, способны им противостоять — а как быть обычным людям, лишённым боевой ци?
Его речь погрузила всю платформу в мрачное молчание. Сколько ни развивай золотое ядро, совершенствуя тело и дух, подобная ситуация застанет врасплох кого угодно.
Многие из наблюдателей дворца Хуаньхуа, казалось, утратили контроль над своими шестью чувствами, поддавшись растерянности:
— Но если нельзя снимать заклятие, что же тогда делать?
— Раз они не могут выйти, остается только войти, — резонно заметил Юэ Цинъюань.
Его товарищи по школе встретили обращенные на них потрясённые взгляды решительным молчанием. Юэ Цинъюань отчеканил:
— Наши дорогие друзья-даосы должны понимать, что сегодняшние события — результат зловредного замысла. Кто-то воспользовался содействием Царства демонов, чтобы устранить наших юных последователей, пошатнув тем самым один из важнейших столпов общества. Подстроив всё подобным образом, они не оставили нам выбора. Желает ли кто-нибудь из даосов последовать за нами в ущелье Цзюэди, дабы истребить монстров и спасти участников состязания?
Чтобы ступить на этот кровавый путь, требовалась не только сила, но и изрядная доля мужества.
— Дворец Хуаньхуа считает своим долгом присоединиться к вам, — откликнулся первым старый глава Дворца.
Так вышло, что наибольшее число участников этого собрания Союза бессмертных принадлежало именно к его школе, и по ним пришёлся самый тяжёлый удар. После того, как вызов был брошен, недостатка в желающих помочь не наблюдалось: даже те немногие, кому не достало бы смелости на подобное начинание, теперь словно очнулись, наперебой вызываясь в бой — в конце концов, опасность грозила и их питомцам!
Шэнь Цинцю сделал шаг вперёд, собираясь присоединиться к очереди добровольцев, но Лю Цингэ тут же загородил ему дорогу зачехлённым мечом. Не переменившись в лице, Шэнь Цинцю двумя пальцами отвёл ножны в сторону.
— Что ты хочешь этим сказать?
— «Неисцелимый», — отрубил Лю Цингэ.
— Верно, Цинцю, — добавил Юэ Цинъюань, используя мысленную речь [4]. — Тебе не следует забывать о твоём отравлении. Позволь нам позаботиться об адептах Цинцзин.
Было ещё кое-что, о чём он предпочёл не упоминать: существовала вероятность, что, войдя в ущелье Цзюэди, Шэнь Цинцю тем самым подстегнёт действие яда, утратив контроль над духовными силами, ведь в его случае оказаться в окружении монстров — всё равно что день за днём кричать в полный голос, не получая даже отзвука эха в ответ.
Однако Шэнь Цинцю покачал головой:
— Как может учитель отсиживаться на платформе, когда его ученикам грозит опасность? Разве существует оправдание подобному поступку? Если я не способен защитить собственных учеников, я больше не заслуживаю звания главы пика Цинцзин.
Он, в свою очередь, по понятным причинам не упомянул о том, что ему необходимо отправиться в ущелье, поскольку он является одним из ключевых персонажей назревающей сцены. Если же она не состоится, тогда все усилия по его защите будут пущены псу под хвост единой командой неумолимой Системы.