Страница 38 из 63
Глава 14
Событие тридцать четвёртое
«О, Великий Господин! Сделай нас такими же, какими ты сделал тех, кто находится, по Твоему изволению, на прямом пути — направь нас по этому пути»!
Звёзды… Крупные и яркие южные звёзды совершили свой очередной в бесконечной цепи круг по небу и стали тускнеть и становиться меньше. Ещё не рассвет. Нет. Ещё только преддверие рассвета. Карим-эфенди потянулся на циновке, на которой спал и, хлопнув по упругому заду наложницу, прогнал её в свои покои. Пора было заниматься собой, а после и делами. Дел сегодня было не сильно и много. Ха. Кх. Ха. Немного! Хорошая шутка. А что? Как говорит Петер Хан? А Хазретлири Петер-хан всегда говорит правильные слова, только почти никогда своим же словам и следует. А вот других заставляет. Так он, да продлятся его дни, говорит, что человек, любой человек, любой управляющий, не может эффективно управлять количеством подчинённых превышающих семь. Если у тебя четырнадцать подчинённых, то ты руководишь ими в два раза хуже, чем семью. Если же ты будешь весь день бегать, высунув язык, и пытаться руководить всеми, то это не значит, что ты хороший управляющий, это значит совсем наоборот. Ты плохой управляющий, и просто не смог правильно наладить работу с теми семью главными помощниками. Они бездельничают, когда ты делаешь работу за них.
Сам Петер-хан старался поступать своим заповедям следуя? Ай. Только старался. Приходилось за всё хвататься и самому делать. Помощников нужно было сначала выучить. Теперь Кариму легче. У него есть семь главных помощников — министров, с которыми он в основном и работает. Ещё есть семь помощников, которых он видит раз в две недели. Первого и пятнадцатого числа каждого месяца приезжают управляющие ханств и отдельных территорий, типа лезгин или елисуйского султаната. И отчитываются о делах на вверенных им территориях за эти две недели. Нда, в последнее время управляющий Али-Султана — главы елисуйского султаната, явно начал чего-то хитрить, может, думает, что если Петер-хан далеко и он увёл основные войска, то и порядок в Дербентском или теперь Нахичеванском ханстве навести некому. Ничего, приедет пятнадцатого мая и Карим-эфенди напомнит ему, что дисциплина — это когда младший беспрекословно выполняет команды старшего. И войск чтобы успокоить десяток горных селений у Дербента хватит, а не хватит даже, так можно и воинов Мехти пригласить, коней размять. Его воины, прошедшие не одну войну под командованием лучшего полководца мира Петера-хана, с десятком необученных воевать горцев каждый справится. А несколько десятков их со всем султанатом.
Карим-эфенди совершил омовение с помощью двух слуг, почистил, выпускаемом на его личном предприятии, зубным порошком крепкие еще и все целые зубы, и заглянул в ежедневник. Шёлк. Да сегодня у него день шёлка. Нужно проверить как высаживаются новые рощи шелковицы или тутовника, нужно проверить как идёт производство металлических сит, что сейчас с повеления Петер-хана стали выпускать мастерские для содержания червей, нужно… Ай! Много чего нужно. Ничего, у него есть целый день. Всё успеет. Даже сходить в школу, где сейчас учат… Хм? Учителей, которые рассказывают и помогают тем, кто впервые решил заняться выращивание червей тутового шелкопряда. Не у всех всё сразу получается. У неумех гибнут драгоценные черви. Зачем пускать дело на самотёк, зачем наказывать тех, кто вступил на эту стезю первый раз, нужно научить их, а для этого и нужны учителя. Тут Карим мог двумя руками проголосовать за правоту Петер-хана. Чтобы начать что-то новое — сначала нужно выучить учителей этого нового.
Карим-эфенди выглянул в окно, отодвинув плотную штору, защищающую днем его кабинет от жарких солнечных лучей. Вот-вот начнётся рассвет. Всё меньше звёзд на небе. Скоро утренний намаз.
Начинать свой день с поклонения Всевышнему Аллаху — это обязанность для любого мусульман. Читая пять раз в течение суток обязательную молитву, последователи Заключительного Божьего посланника заряжаются хорошей энергией и получают созидательный настрой, чтобы делать мир вокруг себя лучше.
«ТЕБЕ ПРЕДПИСАНО ЧИТАТЬ И МОЛИТЬСЯ (СОВЕРШАТЬ НАМАЗ) — ТАК ДЕЛАЙ ЖЕ ЭТО! ПОИСТИНЕ, ОБЯЗАТЕЛЬНАЯ МОЛИТВА ПОМОГАЕТ УБЕРЕЧЬСЯ ОТ ОКРУЖАЮЩЕГО ЧЕЛОВЕКА МЕРЗОПАКОСТНОГО МИРА И ВСЕГО ТОГО, ЧТО ЗАСЛУЖИВАЕТ ОСУЖДЕНИЯ» (29:45)
Через несколько минут придёт время утренней молитвы. Её также называют намазом сабах или фаджр. Хазретлири Петер-хан всё не мог сначала понять, как мусульмане определяют без часов, когда она должна начаться. А ведь всё просто. Всё продумал Пророк. Ответ на этот вопрос есть в хадисе, в котором Пророк ислама рассказывает мусульманам о видах рассвета — ложном и правильном. Если первый представляет собой вертикальную полосу света на горизонте, которая длится не очень долго, после чего снова наступает темнота, то второй вид — это и есть рассвет, который заливает весь горизонт и знаменует собой конец ночи. Вот, с момента начала второго — истинного — рассвета и начинается время утренней молитвы. Оно длится до того, как начинается восход солнца.
Всевышний же распорядился, создавая ложный рассвет не для красоты — это сигнал того, что настоящий появится уже совсем скоро. Во время поста вертикальная полоса света не говорит ни о чём предосудительном в том плане, что можно ещё принимать пищу. Но после наступления истинного рассвета время сухура подходит к концу, и мусульманин должен приступить к молитве фаджр. Молитва-фаджр очень проста по своей структуре. Она включает два ракагата суннат и столько же — фарда.
Насколько бы не был умен и просвещён Петер-хан, а полностью ислам он не понимал. Это в православии тебя оценивают по поступкам, Аллах же всех оценивает по намерениям.
Намерение (ният). Всё начинается с намерения и по нему будет оцениваться — именно таков посыл одного из самых известных высказываний Пророка Мухаммада. И намаз не является исключением. Для выполнения этого элемента молитвы не надо зазубривать какие-то специальные молитвенные формулы. Достаточно лишь подумать о том, что сейчас пришло время для фаджр-намаза, и ты готов к нему. Нужно просто про себя сказать фразу о намерении помолиться. На языке хазретлири она будет звучать примерно так: «О, Господин! Я намереваюсь прочитать два ракагата фарда молитвы сабах». А после нужно встать по направлению к кыйбле и громко произнести такбир-тахрим: «Аллаху Акбар». Поднять кисти рук на уровень головы тыльной стороной ладоней назад, так чтобы большие пальцы в этот момент касались мочек ушей.
А затем нужно прочитать дуа-сана: «УАДЖАХТУ УАДЖХИЙА ЛИЛЛЯЗИИ ФАТАРАС-САМАУААТИ УАЛ-АРД, ХАНИИФЯМ МУСЛИМА, УА МАА АНА МИНАЛ-МУШРИКИИН, ИННАС-САЛЯТИ УА НУСУКИ, УА МАХЪЙАЯ УА МАМАТИ ЛИЛЛЯХИ РАББИЛЬ-'АЛЯМИИН, ЛЯ ШАРИКЯ ЛЯХ, УА БИ ЗЯЛИКЯ УМИРТУ УА АНА МИНАЛ-МУСЛИМИИН». («Направляю своё лицо к Тому, Кто создал небеса и землю. Я не из числа многобожников, которые поклоняются кому-то ещё, ведь, поистине, мои вера и действия на её основе, жизнь и смерть — всё это у Аллаха, Который один и не имеет никаких сотоварищей. Это то, что я обязан делать, я, поистине, верующий мусульманин»).
Карим-эфенди проделал всё это. В последнее время с трудом удавалось сосредоточиться на молитве. Ведь во время намаза нельзя отвлекаться ни на что мирское. А попробуй не отвлекись, если он после отъезда Петера-хана остался один управлять пятью ханствами и двумя султанатами. А ещё огромный флот. Ох. Опять отвлёкся.
После мольбы-сана необходимо произнести та’аууз и бисмилля: «А’узу билЛяхи минашшайтанир-ражим, бисмил Ляхир-Рахмянир-Рахим» («Обращаюсь к Всевышнему Аллаху от козней сатаны, который должен быть побит камнями. Именем Аллаха, Милостивого и Милосердного») и громко прочитать первую суру Корана «Аль-Фатиха». Вслед за ней идёт дополнительная сура, например, «Аль-Фалакъ» или, как минимум, три аята из любой иной суры.