Страница 11 из 12
– Что-то не так? – вкрадчиво поинтересовался Алексей. И от этой интонации мурашки снова забегали по коже. Желая избавиться от пристального внимания главы концерна, брякнула не задумываясь:
– Не люблю фраппе.
Впрочем, желудок хоть немного угомонился, получив в топку капельку топлива. Теперь нахмурился Алексей. Не дожидаясь последующих действий, я натянула профессиональную улыбку и поинтересовалась, взглянув в карие глаза:
– А какие таланты в переводчике вас интересуют?
– Стрессоустойчивость, пунктуальность и профессионализм, – коротко перечислил Алексей.
С пунктуальностью я сегодня практически села в лужу. Может, ещё и первый пункт завалить? Да, я не хотела этого делать, но искушение слишком сильное.
– Странно, что вы отнесли эти качества к талантам, – вполголоса прокомментировала я, понимая, что должна как-то отреагировать на его слова. Но хвалить себя в таких условиях – явное излишество.
– Поверьте, Юлия, чтобы работать с Алексеем, перечисленным вы должны владеть на уровне таланта и выше, – не удержался от иронии Владимир.
Вежливо улыбнулась и посмотрела на шефа. Собеседование закончено? Хотя и осознавала, что это не ему решать. Но с каждой минутой мне было все сложнее заставить себя смотреть в карие глаза, которые, казалось, испытывали меня на прочность. Или проверяли на стрессоустойчивость?
– Мы понимаем, что вы рассматриваете не только нашу фирму, – начал Андрей Сергеевич. – Поэтому предлагаю…
– Нас всё устраивает в предлагаемом Вами переводчике, – перебил его Алексей решительно. У юриста от удивления аж брови подскочили на лоб, но комментарии он удержал при себе. – Пройдемте в мой кабинет для составления контракта.
– Простите, – вмешалась я. Обычно при таких собеседованиях претенденту дают возможность задать вопросы.
– Да, Юлия? У вас вопросы?
– Да. Я хочу знать, по какому графику мне предстоит работать.
Алексей посмотрел на моего шефа несколько удивленно.
– В воскресенье мы вылетаем в Италию, после Швейцария и Англия. В ближайший месяц вы нужны будете мне двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю.
Я чуть не упала со стула от озвученной перспективы. И, не скрывая шока, посмотрела на шефа. Я не могу работать в таком графике, и Андрей Сергеевич это знает, мы это обговаривали ещё на этапе приема на работу. Мне просто не с кем Карину оставить, тем более на месяц.
– Есть проблемы? – спросил Алексей, переводя взгляд с меня на шефа. – У вас нет визы? Загранпаспорта?
– Есть и паспорт, и виза, – спокойно ответила я.
– Но проблема тоже есть, – уверенно констатировал он. Две секунды на принятие решения, и я признаюсь.
– У меня ребенок, которого не с кем оставить на столь продолжительный срок.
Взгляд Алексея метнулся к моей правой руке, чтобы убедиться, что кольца на безымянном пальце нет. И Ковалевский тут же перевел выразительный взгляд на моего шефа.
– Юлия, мы решим этот вопрос. Не переживай, – с нажимом сказал Андрей Сергеевич.
Наверное, он считает, что я зря посвятила в этот вопрос Ковалевского. Но я сделала это вполне расчетливо. Даже без кольца ребенок меня связывает. Во-первых, я могу жить с кем-то и в гражданском браке. Во-вторых, ребенок отпугивает потенциальных кавалеров. Зачем мне «отпугивать» Ковалевского? Его поспешное решение показалось мне подозрительным. Да и взгляд карих глаз напрягает. Отсюда вытекает третье: я сейчас рассчитывала снять с себя все возможные подозрения Ковалевского. Я ярко продемонстрировала нежелание оставлять ребенка ради выгодного контракта, то есть даже чисто теоретически согласиться на недельный контракт в качестве сабы я не могла.
И да, главное: это настоящий непрофессионализм – посвящать клиента во внутренние проблемы фирмы и демонстрировать несогласованность действий. И сейчас я практически не испытывала чувства вины за попытку сорвать контракт. Андрей Сергеевич мог и предупредить меня заранее о таком графике и обсудить возможное решение вопроса с Кариной. И это мы с ним тоже обсудим позже. Наедине.
С очевидной задержкой я кивнула, принимая предложение шефа. Вроде бы и согласилась, но вопрос ещё не решен. И поднялась вслед за ним.
Проходя мимо стола секретаря, Алексей отдал короткий приказ:
– Три чашечки горячего кофе в мой кабинет. И сливки.
Уже в кабинете снова кинул на меня оценивающий взгляд и сказал:
– Предлагаю заключить трехстороннее соглашение, где ваша фирма, – быстрый взгляд на Андрея Сергеевича, – будет посредником.
Вот дерьмо! И как он догадался об этой лазейке, которую я для себя высмотрела? Если бы соглашение было между организациями, моей подписи в договоре бы не было, а, следовательно, нет и никаких прямых обязательств.
– Проще указать в договоре данные переводчика, – возразил шеф без особого напора. Ковалевский посмотрел на юриста, тот в ответ пожал плечами.
– Я настаиваю на трехстороннем соглашении. Юлия, у вас паспорт с собой? – спросил Алексей. А я опять растерялась от его испытующего взгляда, поэтому и кивнула головой. – Отлично, Владимир подготовит соглашение, – я протянула свой паспорт юристу, подчиняясь негласному требованию. – Осталось только решить, какой размер комиссии посреднику.
Он с иронией посмотрел на Андрея Сергеевича. Тот глянул на меня и предложил.
– Десять процентов.
Алексей удивленно хмыкнул и тоже посмотрел на меня, только теперь с долей цинизма. Без понятия, о каких суммах идет речь, но процент шеф себе небольшой запросил. И Алексей, видимо, пришел к ошибочным выводам.
– Простите, – прервала я тишину сипло. И прокашлялась. – В таком случае мне сначала надо решить вопрос с дочерью.
– Да заберем мы с Галиной её к себе, – нетерпеливо перебил меня шеф. – Карина воздухом свежим подышит за городом, а Галя хоть тосковать перестанет без внуков.
– Но…
– Не переживай, всё будет хорошо, – твердо и убежденно сказал Андрей Сергеевич.
Я прикрыла глаза на пару секунд и кивнула. Не знаю, вольно или невольно, но шеф сейчас развеял подозрения Ковалевского насчет нас. И не могу понять, рада я этому или нет.
Пока юристы готовили контракт, мы за чашечкой кофе обсудили несколько организационных моментов. Впрочем, сотрудники справились быстро, и вскоре мы изучали соглашение. Сумма вознаграждения впечатляла, но даже с учетом её я предпочла бы не пересекаться с Ковалевским. И дело не в том, что он мне неприятен. Наоборот. И вот это как раз жутко не нравится. Даже год назад я понимала, что, несмотря на дикость ситуации, лучшего секса у меня не было. Получаемое удовольствие от эротических игр изумляло меня. Он Мастер, и этим всё сказано.
Понимая, что мысли уносят меня не туда, зажмурилась на несколько секунд. И по третьему разу начала читать свои права и обязанности. Расплывчатость некоторых формулировок смущала, но по большому счету прикопаться было не к чему. Срок контракта ровно месяц, начинается с понедельника. Сегодня четверг, а вылет в Италию в воскресенье вечером. Вот здесь можно поспорить, и либо сдвинуть вылет на понедельник, либо сроки контракта. Но смысла особого в этом я не видела. Ещё раз пробежалась глазами по договору и последней подписала все три экземпляра.
– Юлия, а загранпаспорт у вас с собой? – уточнил Ковалевский. По его лицу я так и не смогла определить его эмоции. Кивнула. – Оставьте здесь. В Англию нужна отдельная виза, не шенген.
– Я знаю, – ответила я. Хотела напомнить про вылет в воскресенье, но вовремя остановила себя. Естественно, Ковалевский об этом помнит, но, видимо, рассчитывает оформить визу за два дня.
– Вам на карту сегодня сбросят аванс, – сообщил Алексей. – В поездку возьмите с собой несколько вечерних платьев, нам предстоят выходы в высший свет. И вы должны выглядеть на моем уровне.
С силой прикусила губу, чтобы не сказать ничего лишнего. Вот же сноб! Но жутко притягательный сноб! – ехидно прокомментировала моя женственность. Вот только тебя сейчас и не хватало! – возмутился мозг.