Страница 63 из 91
Господи, прости меня.
— Пожалуйста, прости меня. – Я прижимаюсь поцелуем к повязке, резкий запах антисептической жидкости наполняет мои ноздри. – Если ты не сможешь, я не знаю, что мне, блять, делать.
Проходит несколько минут, прежде чем Тесс успокаивается настолько, чтобы прошептать:
— При условии, что ты не сделаешь этого снова.
— Никогда. – Я отстраняюсь, осторожно укладывая ее голову на подушку. – Я обещаю.
Ее язык нервно высовывается.
— Как ты узнал?
— Запись с камер наблюдения. Я еще не видел, что произошло. – Я все еще крепко держу ее за руку, не в силах отпустить. – Расскажи мне все.
— Я был в туалете ...
Я качаю головой.
— Нет, Тесс. Начни с самого начала. Когда тебе было восемь.
Ее лоб морщится, к глазам подступают свежие слезы.
— Ирен ненавидела меня. Я не знаю почему. С того момента, как мы переехали к ним, она просто… ненавидела меня. Я думаю, что некоторые люди просто рождаются злыми, и она была одной из них.
Я терпеливо жду, когда она продолжит, зная, что это может быть нелегко для нее.
— Она била меня, толкала меня повсюду… и ей это нравилось.
Когда Тесс рассказывает о своем прошлом, и одна ужасная история за другой слетают с ее губ, ненависть, не похожая ни на что, что я чувствовал раньше, наполняет мою грудь. Мое гребаное сердце разрывается при мысли о том, насколько она была уязвима, и никто, блять, ей не помог.
Как бы сильно я ни любил Тесс, я ненавижу Ирен.
Когда я слышу голоса за пределами комнаты, я прижимаю палец к губам Тесс, чтобы заставить ее замолчать.
— Не говори ни слова об Ирен полиции. С ней буду разбираться я. Придерживайся истории о том, что ты потеряла равновесие.
Как только открывается дверь и в комнату входят двое полицейских, Тесс кивает.
Правоохранительным органам нет места, когда дело касается мафии. Мы сами решаем такие вопросы.
Всегда решали. И всегда будем.