Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 21 из 26

– В этом году, товарищ Кириллов, уже не успеем, – с расстановкой сказал ЦэКа, – а в 1988 году, наверное, дадим ваше представление Михаилу Сергеевичу на подпись.

13 октября

Министр обороны Язов доложил главнокомандующему, что американцы начали операцию «Иарнест Вилл».

– Как?! Мы же с Рейганом договорились сокращаться, в смысле всяких вооружений! – возмутился Михаил Сергеевич.

– ВМС США отправили в Персидский залив в зону ирано-иракской войны группу из шести дельфинов и 25 моряков, – невозмутимо продолжил министр обороны, – мины будут искать!

– Ну это пусть себе! – успокоился Генеральный секретарь и поинтересовался: – А у нас, кстати, как с дельфинами, Дмитрий Тимофеевич?

– Тоже неплохо, Михаил Сергеевич. У них выдающийся дельфин Таффи мины хорошо ищет, они его за это в сержанты произвели. А у нас, – перешел к советским успехам генерал армии Язов, – выдающийся дельфин Бокаут сверхмалую подводную лодку «Тритон» нашел! Двадцать лет эту автоматическую подлодку искали! Бокаут еще и фотографировать умеет! Вместе с товарищами на 100 миллионов рублей случайно утерянных объектов народного хозяйства отыскал под водой! Вот бы из этих 100 миллионов, товарищ главнокомандующий, несколько мильончиков выделить на развитие отрасли, так сказать! А, Михсергеич?

– Ну придумал! Зачем это все?! Мы же разоружаемся! Где я тебе деньги возьму?! У меня страна без сахара по талонам живет! Давай, у народа спросим, что ему, народу, важнее: сахар или дельфины с фотоаппаратами на носу! Загубина! Тебе чего важнее?!

Антонина прибавила громкость ВЭФа и задумалась:

– И без сахара тяжело, и страну без обороны жалко, а еще жальче дельфинов – они ж, как люди, только умные! Их, наверное, генералы в добавок заставляют убивать друг друга?

– Да, неплохо было бы взглянуть, чья физподговка лучше, – усмехнулся Дмитрий Тимофеевич, – чую, бляха-муха, заломает наш Бокаут ихнего Таффи!

– Ой! – схватилась за грудь Антонина, – давайте, Михсергеич, уж лучше сахар без талонов!

– Без талонов не обещаю, но дельфинам точно денег не дадим! – принял соломоново решение руководитель супердержавы.

22 октября

В полночь позвонили. «Кто там?» – шепотом спросила Антонина через замочную скважину. «Это я, Васька! Открой, дело срочное и важное!» – тоже шепотом ответил в замочную скважину Загогуйла. Антонина отперла, и тут же ее маленький коридорчик заполнили Загогуйло, его брат Стас и лучший поэт депо № 2 Выдов.

– Вы чего?! – перешла на обычный звуковой регистр Антонина.

– Выдова надо спасать! – выпалил Василий и прошел на кухню.

Мужчины расселись за столом, заполнив собой все пространство. Антонина протиснулась к раковине. Загогуйло достал из кармана фляжку и разлил в стоящие на столе чайные кружки самогон.

– Они же после девчонок не ополоснутые! – запротестовала Антонина.

Мальчишки не среагировали. Василий замахнул свою порцию:

– Ну давай, Выдов, расскажи ей, как все было!

Выдов тоже замахнул из кружки и начал:

– Выслушай меня, Антонина Загубина, и прими объективное решение. Только сначала выслушай, как было дело. Я расскажу, как это случилось, и тогда ты поймешь меня. А следовательно – примешь объективное решение. Потому что я не виноват. И сейчас это тебе будет ясно. Главное, выслушай, как было дело. Дело было так. Захожу в дом Союза писателей на Коммунистической. Стоит Айдамолодцов. А теперь ответь, – воскликнул Выдов, – мог ли я не дать ему по физиономии?!

– И? – с ужасом спросила Антонина.

Стас замахнул самогон последним:

– Да как обычно: ментов вызвали, народ набежал! Он, – Стас кивнул на Выдова, – правильно оттуда ноги сделал.

– А от меня чего хотите?! – не могла взять в толк Антонина.

– Отлежаться ему надо, через две недели искать перестанут, а через месяц дело под сукно положат, – просветил Стас и выразительно посмотрел на Василия: – разливай, брательник, чего мерзнешь?

Загогуйло разлил:

– Брат знает, что говорит, – две ходки уже за плечами.

– Какой месяц?! Какие две ходки?! – ужас Антонины вырос до необъятных размеров.





На помощь пришел Радик. Он взревел так, что сидящие за кухонным столиком Загогуйло, Стас и Выдов вскочили:

– Не! – замотал головой Выдов, – я тут никак! Мне же еще надо книжки читать, других поэтов изучать, ведь, чтобы бить врага – надо знать его оружие! Это еще Шолохов говорил!

– Который поддельный? – Антонина вдруг вспомнила слова Левы Сидорова.

– Чего?! – рявкнул Выдов, – жаль, что ты баба, а не Айдамолодцов! Я бы тебя как Половцев Нагульного с Давыдовым – из пулемета!

– Нагульный с Давыдовым наши были! – вдруг вспомнила фильм «Поднятая целина» Антонина, – а ну пошли отсюда, враги народа!

Ночные гости допили самогон уже стоя.

Закрывая за ночными гостями дверь, Антонина ухватила за рукав Загогуйлу и, съедаемая любопытством, шепотом спросила:

– Ты зачем их приводил?! Чего стряслось-то на самом деле?

– Да! – махнул рукой Загогуйло, – у них там какому-то Бродскину дали какую-то Белебеевскую премию, вот они в Союзе писателей и разделились на тех, кто за и на тех, кто против. Выпили, конечно, ну и морду друг дружке бить стали. Выдов говорит, у них так принято.

6 ноября

Шишкин пришел в возбужденном состоянии. Прошел на кухню, заглянул в комнату, заглянул в ванную комнату, открыл кран горячей воды, открыл кран холодной воды, рук не помыл, краны закрыл, опять прошел на кухню, сел на табурет, взял из вазочки печеньку и тут же положил обратно:

– Ох, и маленькая у тебя квартирка!

– Вы это сто раз говорили, Павел Семенович! – Антонина поставила на плиту чайник.

– Да не в этом дело! – Шишкин опять схватил печеньку и разломал ее на кусочки, – отменят скоро троллейбусы!

– Как?! – Антонина вылила в раковину вскипевшую в чайнике воду, налила новую и опять поставила на плиту.

– А вот так! В Куйбышеве метро открыли? Открыли! В Свердловске вот-вот откроют? Откроют! А все потому, что ихний Ельцин теперь в Москве городской партией руководит, вместо Свердловской – мне Игорешка рассказывал!

– Так это же не у нас! – насыпала чай в заварочный чайник Антонина.

– Конечно, не у нас! Но это ведь, как на войне! Помнишь, «Малую землю» Брежнева в Красном уголке конспектировали: один снаряд недолет, второй снаряд перелет, а третий снаряд точно в цель ложится! – бросил в рот разломанную печеньку Шишкин.

– Опять дома с женой поругались? – догадалась Антонина.

– Нет, – разломал еще одну печеньку Шишкин, – с тещей!

Антонина налила в чашку Шишкина ароматный, крепкозаваренный чай.

– Чай не буду! – сказал Шишкин, – а эту мать-перемать жены убью!

Завгар встал из-за стола, буркнул «пока» и ушел.

«Товарищи! Вопрос о строительстве метро в городе Уфе прорабатывался давно, – сказал телезрителям первый секретарь Башкирского обкома КПСС Равмер Хасанович Хабибуллин, – но, учитывая рельеф местности, многочисленные карстовые образования и, соответственно, дороговизну проекта, принято решение о нецелесообразности этого строительства. Уфимским пассажирам расстраиваться не надо – возможно, по Проспекту Октября вскорости пустим скоростной трамвай».

Глава тринадцатая

Молочный зуб в безъядерном мире

11 ноября

Кричать Радик начал еще ночью. Под утро Антонина позвонила из телефона-автомата на почту в Иглино, рассказала работавшей там однокласснице Таньке Будановой про Мотьку Крамарову, Шишкина, Загогуйлу, Левку Сидорова, про Верку-буфетчицу и попросила срочно передать матери, чтобы приезжала Радика лечить.

Валентина Петровна тут же приехала. Приехала отчего-то с Генкой.

– Что с Радиком?! – предполагая все ужасы сразу, бабушка с порога, не раздеваясь, бросилась к внуку.