Чердынец

— Так вот! Регулярными и направленными физическими упражнениями, с постепенным повышением нагрузки, развиваются и мышцы человека. А значит, что? Мышцы становятся больше, сильнее и тянут за собой, что? Правильно — кости, к которым они и крепятся! То есть — занимаясь, давая нагрузку поочередно на те или иные мышцы — можно формировать и рельеф мышц, и строение скелета. Что тут неправильно? Да — не быстро, да — утомительно! Но если задаться целью и «закуситься» — за год-два можно добиться вполне себе видимых результатов!

Девочки сомневались, думали.

— Я вот читал где-то в журнале, что один циркач, после перелома позвоночника, поставив перед собой цель, добился того, что встал на ноги и даже вновь вышел на арену цирка! — понятия не имею, Дикуль уже совершил свой подвиг или нет?

— И для девчонок тоже такое может быть? Вот прямо так — взять и фигуру сделать красивой? — Светка так поглядывала на меня, чуть наклонив голову, что у меня и мысли сбивались, и в горле першить начинало. Приходилось, как тому глухарю — вещать, подняв голову и глядя вдаль.

— Ну, допустим, у Вас с Катей и так — фигуры всем на зависть! Чего тут еще править-то? — я мельком поглядел на описываемые «прекрасности» и тут же постарался отвести взгляд. Катька, зараза, судя по всему — поняла, глянула мне в район пояса, фыркнула и отвернулась.

— Ну… а вот ты можешь сказать… ну… какие фигуры парням нравятся? — это что же такое в лесу сдохло, чтобы Светуля у двенадцатилетнего меня таким интересовалась? Это же у старших подруг спрашивают, или там — у парней гораздо старше!

— Знаешь, Света… Тут про всех сразу и не скажешь! У каждого парня — свой вкус. Тут можно лишь говорить о более или менее больших группах мужчин, у которых вкусы, так скажем, несколько совпадают.

— Это как, объясни! — напор Светкиного любопытства не ослабевал. Да и Катька перестала делать вид — «так просто сижу за компанию, номер отбываю!».

— Ну вот смотри — одним парням нравятся высокие девушки, другим — невысокие! Одним нравиться, чтобы груди были пятого размера; другим — чтобы попа — круглая и красивая, и чтобы — побольше! — свои пояснения я сопровождал жестами рук, девчонки фыркали и смеялись.

— А откуда ты это все знаешь? — вот и Катя заинтересовалась.

Я горестно вздохнул:

— Живу долго, видел много…, — увидел удивленные лица, засмеялся уже сам.

— Ты думаешь пацаны не обсуждают девчонок и даже женщин, хотя бы — молодых? — посмотрел на сестру.

— Это тебе Крестик такие вкусы обрисовал? — Катька захохотала, — вот уж кто — ценитель женщин!

— Ну тут ты зря так-то… Думаешь, если Сашка балбес — то он и понять ничего не может?

— Юр! А вот… ну… занятиями можно… это… — Светка покраснела и как-то непонятно поводила руками в районе своих грудей.

— Светуся! Да у Вас с Катей — очень красивые фигуры, я же здесь не подлизываюсь к Вам! Я говорю так, как есть. А если где-то еще не очень… много, да — так у Вас еще все впереди! Растете же! — насколько помню в будущем, у Светки в этом плане было все замечательно!

— Ты не ответил! — пунцовая лицом Светка настаивала.

— Да можно, конечно! Не переборщить бы только!

— Это как — переборщить? — такая мысль у девчонок вызвала недоумение.

— Объясняю физику, шестой класс! Любое тело, обладающее собственным весом, притягивается к земле в силу земного же притяжения! — я сделал «умное» лицо и поднял указательный палец вверх!

— Ха-ха… ты сейчас на Марковича похож! Только Альберт чернявый и кудрявый! — это она нашего «физика» школьного вспомнила.

Светка «закатилась» и наклонившись по стенке, уперлась своим плечом в мое. Мягкое такое плечо, и теплое… к-г-х-м…

— Только ты еще в шестом классе — не учишься! — рядом улыбалась Катька!

— Так вот, девчонки… Если взять, к примеру, женскую грудь, скажем — шестого размера, — я изобразил обеими руками такую грудь перед своим лицом, задумчиво «помял» ее, поворачивая голову — «осмотрел», — что мы увидим?

Светка, продолжая хихикать, навалившись на меня, приобняла одну руку, взял меня под локоть. И бедром прислонилась еще, вот же-ж!

М-дя-я… так, о чем лекция была?!

— Так, Кузнецова! Не сбивай лектора, он мысль потерял! Отодвинься от него, тебе говорю! — Катюха смеялась, но бдила!

— Да… о чем это я? Ага… берем грудь… размер — шестой! Что видим? Видим… так… что? А-а-а… да — видим физическое тело, обладающее своим определенным весом!

Светка уже сучила ногами и опять придвинулась ко мне, всхлипывала: «Женская грудь — тело! Это же часть тела, Юрка!».

— Светлана Владимировна! Душа моя! Я же сказал — физическое! Физическое! Тело. Да… что значит — физическое… это значит… ага — «данное нам в ощущениях», — я снова изобразил пальпацию виртуального «физического тела» при помощи обеих рук, — мы же его ощущаем… не так ли… коллеги! Что вы думаете по этому поводу — ощущаем мы его или нет?

— Ты, Юрка, наверное — ощущаешь! А нам это — неинтересно, его ощущать! — Катрин, улыбаясь, впала в отрицание!

— Так… ну что это такое? Ну вот как вести лекцию, когда — вот такое отношение, а? Откуда такой скептицизм в столь юном возрасте, Катерина Иванна?

Светка толкнула Катьку локтем:

— Коллега! Если Вас не интересует лекция нашего уважаемого профессора, может Вы покинете аудиторию?

— Ага… Вас покинь! Вы тут и физические тела изучите… в ощущениях! И еще чего-нибудь! — Катька смотрела на нас с подозрением.

— Ладно! Объясняю на пальцах — грудь имеет вес! Чем больше грудь — тем больше вес. Это понятно? — Катька промолчала, Светка — кивнула, — а значит, что? Что с возрастом эта грудь будет все больше и больше провисать! Пример Вы можете увидеть, посмотрев на любую пожилую женщину у нас в поселке! И что из этого следует? Что вовсе не нужно стремиться к большим размерам! Достаточно иметь… г-х-м… комплекцию, в разумных пределах, вот! Что и требовалось доказать! Я закончил. У аудитории есть вопросы?

— Ну хватит уже… лектор. Мне еще у бабы грядки полоть, а тебе — воду таскать в баню. Подожди, мы переоденемся и домой пойдем! — Катька поднялась и потянула за собой Светку.

Дождавшись девчонок, я побрел с ними домой. Настроение как-то схлынуло, и я был задумчив. Брел рядом с девчонками, смотрел, как продолжает веселиться Светка, улыбается и даже немного смеется Катька. Вот интересно, я Катьку такой веселой даже и не помню — видел ли когда-нибудь? Всегда сосредоточенная, строгая даже, без улыбки. А здесь, пусть и посдержаннее, чем Светка, но все равно — обычная девчонка.