Страница 53 из 104
— Подожди… Каких таких нюансов? — тут же сделал стойку Матвей, вернувшись от бара с двумя стаканами виски, ставя их на столик, и расположился в другом кресле, что было ближе к нам.
— Об этом тебе лучше расскажет мой будущий муж, а не я.
— Я весь во внимании, — приосанился глава рода Елисеевых. — Да… Извиняюсь за свою грубость вначале. Это скорее от растерянности…
— Понимаю, — кивнул я, взяв предложенный стакан с алкоголем. — С чего бы начать… Наверное, с самого начала…
— Это просто… Я не знаю… — после долгой паузы заговорил Матвей, пребывающий в шоке от услышанного. — Мне даже жутко представить, что из этого всего может получиться. Действительно, это уже не княжеский род, а клан, как у китайской мафии.
— Значит, вы даёте своё согласие на нашу с Викторией свадьбу?
— Согласие… — как-то небрежно бросил слегка захмелевший — после того, как мы допили вторую бутылку виски — Матвей, посмотрев на нас с Викой. — Будто оно вам требовалось? Вы уже сами всё решили. Мне ли не знать, что если Вика что-то втемяшила в голову, то уже не отступит. Смущает один момент… Айзек, ты ведь сам понимаешь, что подобный союз противоречит нормам нравственности. Подумай, как общество отнесётся к такому союзу? Гарем какой-то получается…
— Общество отнесётся ровно так, как вы это преподнесёте, Матвей Иванович. И насчёт «гарема» вы не правы. Если бы мне был нужен гарем, я бы обратился к «папаше» Фа… ну, своему тестю. И дня бы не прошло, как получил гражданство Китайской Империи с привилегией иметь жену и нескольких наложниц, но этот вариант был сразу мной отброшен. Статус жены и наложницы слишком разнится. Это означало бы ущемить кого-то из девушек, на что я пойти не готов. Потому была выбрана Монгольская Империя. Несмотря на наличие первой жены, все женщины в таком союзе равны в статусе. Дети в плане преемственности также не ущемлены.
— Я знаком с обычаями этих империй, — Матвей сделал глоток и слегка поморщился. — Попробуй другим в наших местных реалиях объяснить.
— Легко. Всего навсего следует правильно расставить акценты.
— Поясни, — вскинул бровь глава рода Елисеевых.
— «Князь-многоженец» — согласитесь, звучит, мягко говоря, так себе, — мой собеседник кивнул, а я продолжил развивать тему: — Теперь разберём более детально. Я — Айзек Герас, основатель и глава молодого княжеского рода — влиятельного рода с огромной боевой мощью, уже доказавшего петроградским благородным, и не только им, свою силу. Вряд ли кто-то будет отрицать мои таланты в магическом искусстве. Отбросив ложную скромность, могу сказать, что я сильнейший молодой маг Петрограда, который намерен стать Великим князем. И то, что у меня будет несколько жён, говорит о наличии у меня достоинств, за которые они выбрали меня, а не кого бы то ещё. Это означает, что я в состоянии о них заботиться, нести за них ответственность, а также говорит о моей состоятельности, как мужчины. Разве можно меня осуждать за то, что вместо никуда не ведущих интрижек, которые любит описывать жёлтая пресса, я предпочёл создание крепкого и сильного рода? Уверен, что нет.
— Нужно было диктофон включить, — посетовал на свою нерасторопность глава рода Елисеевых. — Признаться честно, с такой стороны я об этом не думал. Теперь понятно, почему Игорь дал своё согласие на твой брак с Жанной. Он упрямец ещё тот, уж поверь. Мы с малых лет друг друга знаем.
— Он «почти» согласился, — решил я внести уточнение. — Князь Игорь объявил, что моя позиция пока недостаточно крепка и поставил условие. Глава рода Лисицыных даст своё согласие, если я получу титул Великого князя Петроградского.
— Похоже на него, — Матвей задумчиво хмыкнул. — Ладно… Айзек Герас, я даю тебе своё согласие на брак с Викторией. Надеюсь, твои слова не расходятся с делами, и моя дочь будет счастлива с тобой.
— Будьте уверены, князь Елисеев…
— Это какой-то розыгрыш? — Морозов приподнял бровь, внимательно глядя на меня.
— Нет, ректор, — коротко ответил я, выдерживая строгий взгляд. — Сказанное мной абсолютно серьёзно. Повторю ещё раз: я, некогда Станислав Мышкин, теперь уже Айзек Герас, вызываю вас, князь Максим из рода Морозовых на неофициальную магическую дуэль. Без публики и секундантов. Лишь мы двое и независимый судья. Предлагаю кандидатуру Дмитрия Евграфовича Давыдова — второго перста. Он авторитетный и беспристрастный человек. Не думаю, что он откажет.
— Хорошо… Только один вопрос, — глаза одного из перстов Императора опасно блеснули. — Зачем тебе это, Станислав?
— У меня есть к вам серьёзный разговор, но начав его сейчас, я лишь потеряю время из-за вашей, извиняюсь за выражение, упёртости, Максим Александрович. Сначала мне необходимо вам кое-что доказать, а потом мы будем говорить и речь пойдёт о Миле…
— Вот как… Кажется, я догадываюсь о чём пойдёт речь, — голос ректора стал жёстким. — Когда-то этот момент должен был настать. Теперь уже я вынужден настаивать на этом поединке. Выбирай место и время. Только подальше от жилых построек. Не хочу, чтобы невинные люди пострадали. Скажу сразу, Станислав: не надейся, что буду сдерживаться.
— Иного от вас и не ожидал, Максим Александрович, девятый перст Императора, прозванный «Багровым палачом»…