Фальшивая Империя

— Работаю.

— В... — я бросаю взгляд на часы. — Десять тридцать? В Рождество?

Изабель пожимает плечами.

— Я не большой любитель отпусков.

Меня это нисколько не удивляет. Хотя мне приходит в голову, что я почти ничего не знаю об Изабель, кроме ее профессиональных стремлений.

— Я тоже.

— Ты поэтому здесь?

Я вздыхаю. Выпеваю еще бурбона.

— Нет. Я облажался со Скарлетт.

— О?

— Мы поссорились. Это моя вина. Я просто… я не ожидал, что все будет так, понимаешь? Она, мы, у нас не должно было быть все по-настоящему, — я осушаю остаток своего стакана, прежде чем встать и подойти к барной стойке, снова наполняя свой стакан, прежде чем опуститься рядом с ней, откинувшись на спинку дивана. — Ну и денек выдался, черт возьми, да?

Изабель откидывается назад, повторяя мою позу.

— Да, — она делает паузу. — Ты же знаешь, что голосование совета директоров будет единогласным.

— Голосование по поводу чего?

— За тебя как за генерального директора.

— У меня нужная фамилия.

— У тебя есть гораздо больше, чем это, Крю, — ее левая рука перемещается к моему колену. Прежде чем я успеваю осознать прикосновение, она скользит вверх по моему бедру с четкой целью.

Я в ступоре. В шоке. По какой-то причине это был не тот результат, который я представлял себе, когда она вошел в кабинет. И было бы легко позволить этому развернуться. Безэмоциональный и пустой, именно то, чего я привык ожидать от секса. Скарлетт никогда не узнает. Может быть, ей даже было бы все равно после нашей недавней ссоры.

Но я бы знал. Мне было бы не все равно. Мой мозг обрабатывает то, что мое тело уже знает: я хочу только Скарлетт. Мой член даже не реагирует. И я еще не так много выпил.

Я резко встаю, оставляя Изабель на диване с обиженным выражением лица.

— Уходи.

— Крю….

— Я сказал уходи, Изабель. Я твой босс. Если ты хочешь сохранить свою работу, ты никогда больше не будешь прикасаться ко мне неподобающим образом.

Она встает, некоторое неповиновение смешивается с болью.

— Я никому не расскажу о нас. Ты можешь мне доверять.

— Нет никаких «нас», и я не доверяю тебе, Изабель. Я женат.

Изабель усмехается.

— К сожалению.

— Я. Не. Хочу. Тебя. Не испытывай меня, Изабель. Тебе не понравятся последствия.

Реальность и упрямство борются за место в ее выражении лица.

— Знаешь, я была влюблена в тебя с тех пор, как начала работать здесь. Мне следовало сделать шаг раньше. Очевидно, я была единственным человеком в этом городе, который не знал, что ты помолвлен со Скарлетт Эллсворт. Что я получаю за то, что избегаю сплетен, а? Но потом все сказали, что она холодная и отстраненная и выходит за тебя только ради денег. Так что я подумала, что у меня еще есть шанс.

Я вздыхаю, внезапно почувствовав себя измученным.

— Я счастлив в браке, Изабель.

Она одаривает меня легкой, грустной улыбкой.

— Да, я поняла это, когда ты отскочил, как будто я подожгла диван.

— Я не знал, что ты чувствуешь. Если ты хочешь перейти в другую команду, я могу...

— Нет. Нет, это не будет проблемой. Обещаю.

Я изучаю ее с минуту, оценивая ее искренность.

— Я не даю второго шанса.

Она сглатывает и кивает.

— Я знаю.

— Хорошо.

Я смотрю, как она уходит, затем опускаюсь за свой стол. Если Ашер когда-нибудь пронюхает о том, что только что произошло, я обречён слушать об этом до конца жизни. Это он убеждал меня обратить внимание на Изабель. После ее вопросов о Скарлетт я думал, что мы прошли это. Думал, она знала, что этого никогда не случится. Даже если бы Изабель проявила интерес раньше. Я старалась не усложнять секс, а спать с членом правления тем более не стал бы. А теперь… Я никогда прямо не обещал Скарлетт верность. Но до тех пор, пока мне не подвернулась возможность схитрить — в буквальном смысле — мне это и в голову не приходило.

Мой телефон вибрирует от сообщения от моего брата.

Оливер: Знаю, ты видел новости. Мы вернулись в Нью-Йорк. Встретимся в офисе в 8.

Я спотыкаюсь, когда встаю, то ли от виски, то ли от усталости, настигающей меня. Но мои шаги тверды, когда я покидаю свой кабинет и направляюсь к лифтам. Нет никаких признаков ни Изабель, ни кого-либо еще.

Я знаю, что ввести машину — плохая идея, поэтому, как только выезжаю на улицу, останавливаю такси и даю водителю адрес поместья моей семьи недалеко от города. Поездка занимает двадцать минут. Примерно через десять минут я начинаю чувствовать кайф от алкоголя. Но это меня не останавливает.

Расплатившись с водителем и набрав код, я вхожу в парадную дверь. Автоматически мои ноги поворачивают направо, в сторону кабинета моего отца. Там уже горит свет, но я больше сосредоточен на том, чтобы рухнуть на диван, чем разглядывать окрестности.

— Надеюсь, ты не приехал сюда на машине, — комментирует мой отец, поднимаясь из-за своего стола из красного дерева, подходя к камину. Он наливает себе стакан скотча и садится в одно из кресел.

— Это правда? — спрашиваю я сходу.

Отец вздыхает. Лед звенит, когда он крутит свой бокал.

— Все не так плохо, как пишет пресса. Но да, были заданы некоторые вопросы. Все было улажено.

— Черт возьми, папа. Почему ты мне не сказал?

— Чтобы ты говорил всем именно то, что говорил весь день: ты понятия не имел.

— Ты должен был сказать мне. Я — будущий генеральный директор!

— Я ухожу в отставку. Это будет официально объявлено к концу недели.

— Ты, блядь, издеваешься надо мной? Ты отдаешь мне ключи от замка... пока на него нападают?

— Не будь таким драматичным. С компанией все будет в порядке.

— А если нет? — огрызаюсь я— Тогда какого хрена?

— Они не могут прикоснуться к нашему личному состоянию, Крю.

Я выдыхаю и сажусь, радуясь, что стены остаются на своих местах.

— Это ты сделал это?

— Нет, — ответ моего отца быстрый и уверенный. — Но…. Так получилось.

— Что значит «так получилось»?

— Беккет Стэнли сливал информацию. Я узнал, что он делал, и позаботился об этом.

— Насколько я понимаю, не сообщив властям.

— Ты знаешь, какие проблемы это вызвало бы. Я избавился от него и назначил Изабель членом правления вместо него.

Я усмехаюсь.

— Что-то вроде проблем, с которыми мы сейчас имеем дело?

— Нет никаких доказательств. Они ничего не смогут сделать.

Я прижимаю ладони к глазам и стону.

— Господи, папа.

Мой отец изучает меня, как будто я научный эксперимент.

— В чем проблема?

— Она вышла за меня замуж из-за моих денег, — выпаливаю я. — Она вышла замуж за будущего генерального директора компании стоимостью в миллиард долларов.

Мой отец моргает, выглядя искренне застигнутым врасплох.

— Это из-за Скарлетт?

— У меня есть другая жена? — огрызаюсь я. Я смотрю на свои руки, сжимая их в кулаки. — Я люблю ее, пап. Я люблю ее так чертовски сильно. Я злюсь на тебя и беспокоюсь о компании, но я чертовски боюсь, что это изменит все между нами.

Легкое поднятие брови — единственный ответ моего отца на это заявление, подогретое виски. Обычно я предпочитаю жевать бритвенные лезвия, чем обсуждать это со своим отцом.

— Ты можешь предложить ей нечто большее, чем деньги, Крю.

Это одна из самых приятных вещей, которые когда-либо говорил мне мой отец. Но…

— Она вышла за меня замуж из-за моих денег, — повторяю я.

— Она единственная наследница миллиардов и зарабатывает десятки миллионов на этом журнале и линии одежды. Ты действительно думаешь, что она вышла за тебя замуж из-за денег? Ей не нужно было выходить замуж, и ей не нужны были деньги. Скарлетт выбрала тебя. Она решила выйти за тебя замуж.