Страница 34 из 97
— Я знаю много людей.
— Его зовут Кайл. Он хирург.
Это ее типаж? Помешанный на науке с комплексом превосходства? Это беспокоит меня больше, чем я ожидаю. Больше, чем следовало бы. Если он не часть нашего мира, может быть, у нее действительно есть настоящие чувства к этому парню.
— Звучит как способ снять напряжение.
— Ревнуешь? — насмехается она.
— Это потребовало бы от меня каких-то чувств.
— Вот именно.
Я выдавливаю из себя смешок. Для моих ушей это звучит пусто, но я сомневаюсь, что она может заметить разницу.
— Тебе не стоит об этом беспокоиться.
— Отлично.
— Отлично, — эхом отзываюсь я.
Это стало предсказуемым: цикл наших разговоров. Шутки, насмешки и молчание. То, как один из нас немного более открыт, чем другой. Мы никогда не действуем синхронно, никогда оба не готовы отдавать, не получая ничего взамен.
Я достаю свой телефон и начинаю перебирать электронные письма, которые могут подождать до понедельника. По крайней мере, отец будет рад моей инициативе. Они с Оливером застряли в Майами из-за тропического шторма. Они отправились на юг поиграть в гольф и встретиться с коммерческим застройщиком по поводу офисов для новой компании. В их продолжительном отсутствии все проходит через меня. Я вернулся домой в три часа ночи вчера, или, технически, сегодня утром.
— Сегодня я завершила разработку коллекции для своей новой линии одежды, — звук голоса Скарлетт настолько неожиданный, что я поражаюсь. — Она называется «Руж». Вот для чего нужны эти рисунки. Я выбираю команду дизайнеров. Я также одобрила редактуру для августовского номера «Хай» и выбрала статьи для сентябрьского. Это было после того, как я провела собеседование с пятью секретаршами, потому что Лия уже занята моим расписанием в «Хай Кутюр», и мне нужна дополнительная помощь.
Я ничего не знаю о том, что она делает ежедневно. Вот почему я спросил об этом ранее. Но это было до того, как я узнал, насколько фальшивым она считает этот брак. Не успел я опомниться, как она трахнулась с другим парнем, нося мое кольцо на пальце.
Гнев и ревность скапливаются у меня в животе, как деготь, темная и ядовитая.
— Мне абсолютно наплевать, что ты делаешь, Скарлетт. Помнишь? — я растягиваю слова, как будто у меня есть дела поважнее, чем утруждать себя их произнесением, затем продолжаю прокручивать сотни накопившихся писем.
Она вздрагивает. Краем глаза я улавливаю едва заметную отдачу, прежде чем она отворачивается от меня, чтобы посмотреть на городские огни. Неприятные эмоции затвердевают, погружаясь в меня, как якорь.
Почему меня это волнует?
А ее нет?
Остальная часть поездки проходит в молчании.