Крысолюд - 2. Глермзойская пустошь.

Теперь о наших силах. Выставить мы можем после последних потерь и пополнений четыре полных когтя кланкрыс - или три полных когтя, если отдельно считать под сотню разведчиков, шестдесят два хобгоблина, два десятка штурмкрыс, одного техномага и его восемь учеников, одну Мясорубку и смешанную толпу рабов в триста рыл.

Давайте думать, что мы сделаем, для достижения целей. Думаем, где добыть много-много блестяшек.

Шлица обкарнали, но по виду он всё равно был настолько потаскан жизнью, что она пеплом осела в его серых глазах и вкупе с собранными отовсюду вещами, тронутым ржавчиной, либо побитым доспехом (утащенные вещи оказались жутким разнобоем) и клинком приобрёл жутко ветеранский вид. Я даже засомневался что он был раньше, с его слов, помощником купца. Ну либо походил на разбойника. Бацинет зажат на сгибе локтя, поножи, перчатки, сапоги, штопаная кольчужная рубашка, да полукираса сверху… Это все в дальнейшем требовало замены, но пока пойдёт. Главное чтобы вынес в этой тяжести ходить.

Стоящий на одном колене Гизельхер держал потрепанное знамя за краешек. Они были похожи - потрепанное знамя, видавшее лучшие времена и этот мужчина.

- Я, Гизельхер Шлиц, обещаю перед Зигмаром Молотодержцем всемогущим и всеведущим быть достойным солдатом, преданным отряду “Белых Быков”. Я буду честно служить моему отряду и положу все мои силы, чтобы укрепить его благополучие. Я буду повсюду и в любых условия - в мире или на войне, защищать тех, кого мне поручат и убивать тех, на кого укажут, беспрекословно слушаясь главу отряда.

Если я узнаю о чем-либо, представляющем угрозу для главы отряда, я незамедлительно сообщу об этом ему или старшим офицерам.

Я ни при каких обстоятельствах не покину расположение отряда без разрешения, или мой пост, и до последних сил буду исполнять то задание, которое мне поручено.

Я обещаю вести себя честно и открыто, подчиняться моему капитану и тому, кого он поставит надо мной, следовать законам и распоряжениям, а также хранить тайны, которые мне доверены.

Я также буду держаться ровно с моими товарищами по оружию и буду им помогать.

Я никогда не преступлю свою клятву, будь то из-за родственных связей, по дружбе, зависти, из-за вражды, ради получения подарков или по любой другой причине.

Если же меня поставят офицером, я обязуюсь быть справедливым по отношению к подчиненным, заботиться об их благополучии, узнавать об их желаниях, быть их советчиком и руководителем, а также буду стремиться к тому, чтобы быть для них хорошим и воодушевляющим примером. Я буду исполнять все это, следуя своей чести и совести.

Если я нарушу свою клятву, то пусть могучий Зигмар покapaeт меня.

- Знамя стало чуть ярче, не? - хотел я уже спросить кого-нибудь рядом, но никого рядом - я же сам всех разогнал, чтобы не пугали мне человека.

Я изменил текст присяги, добавив удобные для меня пункты. Надо пользоваться, пока есть возможность. Пусть клянется своими богами - мне не жалко. У меня всё равно бога ему на выбор не было. А так будет если не меня, то хотя бы гнева своего бога. Хотя я сделаю все, чтобы он боялся не Зигмара, а именно меня.

Никто не приветствовал человека, все были заняты своими делами. Ничего, это он первый человек, которого я привожу к присяге, а там отладим всё. На мой взгляд процедура была вполне торжественная. Знамя не просто тряпка, это реликвия, и мало поздоровится тому, кто присягнул, а потом не сдержал своего слова. Ветераны рассказывали, что дезертиры становились со временем упырями и не нашедшими покоя духами. Не знаю так ли это точно, но вполне верил в это. Конечно же, не забыл сообщить данный факт и Гизельхеру.