Страница 42 из 106
Отдельно стоит Гизельберт, что смог выстроить довольно эффективный отряд из «Белых Быков», пусть и не самый большой. Его отряд вооружили частично пусть плохонькими, но арбалетами, достали немного ружей (просто выгребли что было в арсенале города и отобрали у простых горожан, у кого можно было), но копья куча старых тесаков-дюсаков, что неведомым образом нашлась в городе в городском арсенале (говорят, когда-то у пиратов отобрали, но слабо верилось что городское ополчение когда-то было способно на подобное) оставались основой вооружения.
Начальником артиллерии, к которой отнесли и стрелометы и катапульты стал Кич. Вариантов кандидатур особо не было, а развивать направление весьма необходимо, к тому же этот молодой инженер-колдун стрелял довольно метко, был учен, хоть и физически весьма тщедущ. Тут должен был помочь мой авторитет, а также въевшаяся в подкорку головного мозга даже самых тупых крыс ужасная участь тех, кто переступал дорогу подобным особям, никогда не отличавшимся мягкостью характера.
Я не собирался терпеть тех, как-то так или иначе был готов ослушаться моего приказа, в том числе — если я поставил над ними начальника, пусть он слаб физически, то он проводник моей воли, а значит ослушание его, это ослушание меня. И предыдущие заслуги тут мало работали.
У местных племён было построено одинаково жестокое общество, в котором было прочно насаждено восхищение силой, жестокостью, бессердечием, где предавать, трусить, наслаждаться садизмом было в порядке вещей, и, следовательно, подрастающее поколение равнялось на предков, пытаясь им во всём подражать, впитывая особенности общества с самого малого возраста.
Чтобы старые традиции забылись, стали отделять старых от молодых. Молодые крысы знали только то что им скажут, и не зная истории своего народа, либо обладая её отредактированной версией, они по сути становились совершенно другими, с «пограничной» идеологией. Процесс этот должен был растянуться на годы, так как в среднем один самец жил лет двадцать, если не выбивался на большие посты, где мог протянуть и до пяти десятков лет и даже более. При этом учитывая количество окружающих опасностей, жизнь оказывалась всегда намного, намного короче!
Если брать во внимание, что одна самка могла принести от нескольких, до двух десятков детенышей в год, то при наличии 107 самок (отобранных у всех кланов) мы в год получали от трёхсот, до максимальных двух тысяч хвостов приплода! И самки, хоть и чрезвычайно редко появляются среди приплода, всё же появляются, довольно быстро включаясь в процесс, а значит, скорость роста населения ещё должна была увеличиться. Надо было только немного подождать, чтобы заместить ими нынешнее поколение. При этом угроза голода, если будет сохраняться высокий приплод, становилась ещё более высока, так как не осваивая новые территории, ресурсы, мы должны будем столкнуться вновь с угрозой голода.
Тут помог Струх с каким-то порошком и травами, который рассказала, что можно сделать так, что самки будут рожать едва ли раз в год и приносить по минимуму потомства. Это было взято на заметку.
И пусть путь мы этот только начали, но жить по-прежнему было уже невозможно.
Ещё продолжали тянуться одиночки — изгои, беглецы: оборотни, мутанты всех мастей, искореженная плоть которых отговаривала каждого, кто их видел, никогда не пробовать на вкус, ни носить с собой камень искажения, крысолюды, люди, гоблины что верили, что смогут тут что-то разнюхать. Будь дело раньше, у меня бы не было для всех ни лишней еды, ни одежды, ни оружия. А сейчас только я являлся силой в этих местах, и пронюхавшие об этом понимали — не придут сами, то приведут на веревке, подгоняя наконечниками копий.
Видя это, по моему приказу Сокуч стал готовить из самых преданных крыс лазутчиков, что должны были уйти в пограничные земли людей, где водилось много недовольных жизнью, гонимых жителей, неся с собой груз из кож, на которых рисунками было нанесено то, что в наших местах им будут рады, и лазутчики эти должны были бы сеять слухи о том, что мы всех готовы принять.
И шли. За все лето не было ни дня, чтобы кто-то не пришел.
Некоторых приносили и приводили связанными, таких как дезертиры, трусливый сброд, что сбежали в тяжелые мгновения боя, испугавшись оскала вражеских бойцов и блеска их клинков.
— Думали что можно просто так получать пищу, но при этом при первой же опасности столкновения с сильным врагом сбежать? Никогда такого не будет! Назвался воином — воюй, а нет — так не выделывайтесь! Трусам место среди рабов!!!
И как бы мне не хотелось отправить их в рабы, чтобы они приносили пользу, понимал, что необходимость в строгой дисциплине нужна была ещё больше. С дезертиров заживо сняли шкуру, не давая умереть и их вопли, крики и хрип слышали все жители логова. А затем, на главной площадке К их груди и животам привязали клетка с голодными грызунами… Если пожираемые заживо кричали недостаточно сильно, то подносился огонь и пытающиеся убежать грызуны более активно прогрызали себе путь сквозь тело жертвы.
Начали постепенно выдавать новую форму, так как старая одежда постоянно рвалась и решено было позаботиться и об этом, а также относительно единообразное вооружение (у большей части) а получившие её должны были нанести знаки, что были выжжены на их шкуре о принадлежности к тому или иному отряду, и вообще о своём положении среди Клыков. Всем выдавалась накидка или шерстяной плащ от холода (либо сшитый из меховых шкурок), просторные штаны, плотные рубахи, безрукавки мехом наружу, плотно набитые волосом и прошитые жилеты в качестве поддоспешника и суконные, кожаные, войлочные шапки, которые можно было использовать и как подшлемники, и самостоятельно, так как могли защитить и от лёгкого удара. При этом следили, чтобы не попалось никакого гнилья.
А вот с оружием были уже значительные отличия. Его летом скопилось достаточно, чтобы ещё почти столько же народа вооружить, сколько уже имелось. И при этом, несмотря на довольно высокую степень изношенности, тут было немало и весьма качественных образцов, носивших следы индивидуального подхода мастеров к его созданию, частично сохранившуюся инкрустацию полудрагоценными камнями в эфесах и прочие следы их прежних владельцев.