Страница 64 из 80
— Вряд ли. Разные уровни у нас и у дружины. Мы даже в официальных казино ничего не имеем права делать без дятлов. Только задержать на пару часов дебоширов и вызвать наряд.
— А пяток отчаянных голов из деляг найти можно? Пообещаем им вознаграждение, перекрывающее убытки, и временно спрячем от расправы в лагере “Племени”.
— Понял, что хочешь. Спровоцировать конфликт? Найдём легко, только толку от этого ноль: больше дела они вести не смогут ни в одном из районов.
— Посмотрим. Подбери несколько кандидатур. Пришли их ко мне, а дальше уже буду договариваться лично.
Слепой не соврал. За очень приличное вознаграждение семеро не отягощённых семьями мужиков согласились рискнуть здоровьем и отказались платить дань дружинникам. Тут же последовала кара от “оборотней в погонах”, и среди разгромленных хозяйств неизвестными мои подставные получили недвусмысленное предложение о новых поборах. Всё это действо тайком записывалось, чтобы всплыть в нужный момент. Дальше не стал рисковать и убрал смельчаков под защиту лагеря. Словно по волшебству, пять магазинов и два кафе сгорели за одну ночь. Их хозяева под диктовку моих юристов написали и направили письменное заявление о преступлении на имя начальника районного участка дружины.
Ответ пришёл быстро. В заявлениях отказано под разными вымышленными предлогами, а сами потерпевшие обязаны незамедлительно явиться с повинной по поводу халатного отношения к правилам пожарной безопасности и клеветы на должностных лиц. Под каждой бумажкой стоят подписи серьёзных начальников из управления. Копии заявлений и отписок отправил к княжескому дружинному воеводе, который был предупреждён о таком повороте событий Главой Рода Смоленских, и внимательно отслеживал ситуацию.
— Завтра намечен штурм “Племени”, — сообщил через несколько дней Расул. — Прикормленный в участке человек сообщил, что дано добро по захвату укрывающихся в нашем лагере преступников. Заодно и нас хотят привлечь, как сообщников. В пять утра общий сбор дружинников района.
— Только нашего?
— Да. Не хотят, чтобы посторонние видели и слышали лишнее.
— Превосходно! Эдмонд, — повернулся я к внимательно слушающему тысячнику, — группы захвата готовы?
— Четыре по десять человек. Отборные специалисты в своём деле, все могут работать без применения огнестрельного оружия. Во главе двух групп боевые шаманы, одной руковожу я. Ещё одна твоя.
— Блин! Пошёл у вас тогда на поводу! Витязи, а не шаманы — так звучит приличнее.
— Не суть, вождь Ратибор.
— Ссуть или не ссуть, лишь бы не мне на ботинки… Главное, чтобы даже ножа ни у кого не было — только резиновые дубинки. Потом при разборках следствие должно видеть, что никакого нелегального оружия у нас не имелось, а лишь трофейное.
— Инструкции знают все.
— В пять пятнадцать начинаем акцию. Да помогут нам боги!
В назначенное время мы, погрузившись в автобусы, доехали по сонным улицам окраин до участка дружины. Точнее, почти доехали, бросив транспорт за пару улиц до него, чтобы не привлекать ненужного внимания. Незаметно окружив участок, стали наблюдать за ним из подворотен близлежащих домов.
— Четвертый Первому, — раздалось в армейской рации по защищённому каналу связи. — Коробочка полна. Можно закрывать.
— Первый Четвёртому, — ответил я. — Вокруг коробочки детишки не бегают?
— Всё чисто. Никакого шевеления, лишь двое хулиганов с рогатками у входа курят.
— Отлично. Всем номерам! Начинаем хоровод!
Такой наглости от нас никто не ожидал. Дружинники не стали заморачиваться с дополнительными постами, оставив лишь стандартный у входа. Его я и снёс Воздушным Кулаком. Убить не убил, но, думаю, что надолго отучил расслабленно вести службу. Следующим, более мощным Кулаком сорвал с петель бронированную дверь, и группа вломилась в пустующий проём. Семь секунд! За это время никто внутри помещения не смог полностью разобраться в ситуации, а дальше уже мои парни им не дали этого сделать, чётко вырубив резиновыми дубинками двенадцать дружинников и вооружившись трофейными стволами.
— Вторая группа здесь.
— Третья здесь.
— Четвёртая внутри.
— Понял! Первый с вами! — быстро отрапортовал в эфир. — Второму и Четвёртому произвести зачистку этажа. Третий идёт на второй этаж по служебной лестнице, а я по главной. Повторю установку: никаких летальных жертв без необходимости!
Насколько дружинники ни были расслаблены, привыкнув иметь дело максимум с вооружённой гопотой, но тоже когда-то проходили боевую подготовку. Не успели мы заскочить на второй этаж, как по нам открыли беспорядочный огонь. Не с витязем им тягаться, что Сувальскую крепость брал! Ставлю стену из плотного воздуха, прикрывая своих парней от пуль. Мои ратники тут же ответили дружным залпом по стенам, заставив обороняющихся укрыться в кабинетах от шальных рикошетных пуль, что роем злых ос заметались по длинному коридору. Зачистку помещений производить не стали, просто забросив в них по трофейной, предназначенной для разгона толпы свето-шумовой гранате. Уверен, что такие подарки надолго отключат даже самых ретивых, устроив маленький армагеддон в любом небольшом пространстве. Наша главная цель не эти пешки, а их командир.
Его кабинет с дверью из дорогого красного дерева было сложно перепутать с другими. Да и бывал я в нём пару раз. Вышибаю красивую вещь любимым Воздушным Кулаком и, полностью войдя в ускоренный боевой режим, влетаю в комнату. Четыре человека. Все, словно в замедленной съёмке, поворачиваются ко мне, плавно наводя стволы. Первого незамысловато бью прямым в лоб, второго — с разворота ногой. Третий стоит далеко, поэтому, не теряя времени на спарринг, запускаю в него тяжёлое кресло. Две секунды — три тела на полу. Один командир этой богадельни остаётся на ногах и даже успевает выстрелить в мою сторону, но я легко ухожу с траектории полёта пули, перехватывая его руку с пистолетом и ударом колена в солнечное сплетение вышибая дух вместе с мыслью о дальнейшем сопротивлении.
— Первый на точке! Группам доложить обстановку!
— Второй по плану.
— Третий тоже.
— У нас небольшая задержка, — отрапортовал командир последней группы. — Около двадцати человек забаррикадировались в учебном классе. Без жертв с их стороны не взять — набились, как огурцы в бочке.
— Принял. Отставить штурм и ждать дальнейших распоряжений.
После этого я привёл в чувство начальника дружинного участка.