Я, последний. Трилогия

Эпилог

В комнате темно-зеленых цветов, за большим столом сидели люди. Они молча смотрели на горшок и чем-то думали. Некоторые вглядывались в него, будто видели что-то большее, чем просто керамическое изделие.

— Что это? — задал вопрос один из людей.

— Прах. — просто ответил ему сидящий во главе стола.

— Я это вижу, но чей? Никогда не видел такого. Так много жизненных сил.

— Ты знаешь. Просто не можешь даже подумать об этом. Все это знают. — ответил маг во главе сторона и обвел окружающих его людей. — Вспомните нашу историю.

Некоторые из людей задумались, а потом кто-то резко выдохнул.

— Гомункулы.

После его слов все застыли, осмысливая информацию. Все снова посмотрели на прах, а потом самая молодая из находившихся тут подала голос.

— Прах ведь из столицы, отец?

— Да, мы смогли достать одно из тел «темных».

— Они гомункулы?

— Думаю да, этот точно. Значит и другие могли. Жаль, там тогда не было никого из наших магов, тогда мы могли бы узнать больше.

— Гомункулы это хорошо. Но мы потеряли нашего будущего Казначея. — сварливо заметил уже старый маг жизни, и обратился к молодой магине. — Как ты могла допустить такое?

— Я ничего не могла поделать. Я даже не представляла, что обычная прогулка на праздник может иметь такие последствия. — начала оправдываться молодая девушка.

— Хватит. Мы потеряли его и этого уже не изменить. Нужно понять что произошло. Почему «темные» убили его? — обратился он к магам его рода.

— Он в последнее время часто проводил странные опыты. Отлучался, и за ним не могли проследить. Он постоянно скидывал маячки. А слежку из людей или метаморфов мы не могли поставить, это бы привлекло внимание род Урцал. А поставленная нами ему служанка не могла за ним качественно проследить. А когда все же шла вместе с ними, эта была обычная прогулка.

— Думаете, он был связан с «темными»? — спросила девушка.

— Возможно. Он был сильным К`Лоха, а «темные» очень ими интересуются. Во главе их организации вполне может быть кто-то по силе равный древним. Гомункулы тому подтверждение. — ответил мужчина сидящий по правую сторону от главы стола.

— Они решили избавиться от него. Он или стал неуправляем или слишком безумен. Я был у него в комнате. Даже трудно представить для чего ему все те приспособления.

— Они следили за ним уже с четырнадцати лет. Его служанка с ним с того времени. Кеамеа до сих пор не может поверить. Она считала ее подругой. — тихо проговорила девушка.

— Она гомункул, и выполнит любой приказ своего создателя. — раздраженно махнув рукой ответил старик.

— Помните тех существ, что напали на разбойников, которые встретили меня возле столицы? Они чем-то похожи на гомункулов? Большое количество жизненной энергии и отсутствие духовной энергии. Идеальный материал. Жаль, что нам достался только один из них. Тот что умер в лесу.

— Ты Серина, тогда была близка к провалу. Мало того, что не смогла выманить нанимателя тех людей, так еще и не узнала нашего ставленника в Казначеи. Твое отношение к нему тогда могло стоить его к нам привязке.

— Но я же тогда в академии все исправила. Да и мертв он уже, неважно. — скривилась девушка.

— Меня разочаровывает твоя невнимательность. Столько ошибок.

— Хватит. — твердо сказал глава рода Квазар лан Нерон. — Наш будущий Казначей погиб, но зато у нас теперь может появиться новый союзник. Нужно наладить с ними контакт.

— Сейчас это будет трудно. Имперская разведка буквально землю носом роет, но смогла найти только нескольких из «темных», все остальные сбежали еще до того, как к ним добрались. — недовольно сказал мужчина.

Глава рода взял в руки кувшин с прахом и что-то прошептал. Закрытый кувшин дернулся один раз, второй. А потом она начала не переставая трястись, будто что-то старалось выбраться из него.

— Нам нужны «темные», иначе мы так и останемся на задворках магии. И использовать только жалкие крохи силы, притворяясь целителями. Мы должны снова стать теми, кто мы есть на самом деле, и отомстить остальным за наш позор. — холодно посмотрев на всех, от чего не которые из них опустили взгляд. — И неважно чего это будет стоить нам, «темным» или всему миру.

— Атарак неронар. — спокойно сказал глава рода.

— Атарак неронар. — хором повторили остальные за ним.

Замок Деливеров.

На подоконнике сидела пятнадцатилетняя девушка и тихо плакала. Лизия эн Деливер скорбела по брату. Она сидела на подоконнике в его комнате, там же где иногда сидел и он. И так же смотря на луны в ночном небе, вспоминая о том, что было в прошлом.

Я не помнила, какой он был в раннем детстве. Но мама рассказывала, что он был веселым и вечно улыбающимся ребенком.

Но я его помнила как брата с равнодушным, холодным взглядом. Ту доброту о которая рассказывала мать, было даже трудно представить смотря на него. Я его видела, только когда вместе принимали еду и иногда в коридорах замка. Но я считала, что это обычные отношения брата и сестры, так у всех. Потому не думала насчет этого, хотя было немного одиноко.

Но один раз к нам в замок пришли дети одной из служанок замка. Брат и сестра, тогда я увидела, какие по-настоящему у них должны быть отношения. Они гуляли вместе и веселились, брат всегда присматривал за ней, защищал. У девочки была счастливая улыбка когда она была со своим братом и не переставая улыбалась.

И я вспоминала своего брата, который равнодушно смотрел на меня. Я была будто пустое место, которое только мешалось. Брат хорошо учился, был отличным низшим магом. Меня постоянно сравнивали с ним. Я хотела, чтобы брат, как и те дети, тоже улыбнулся мне, подбодрил. Но видела только такой же равнодушный взгляд. Он меня так раздражал, что я хотела, чтобы он смотрел на меня хоть с какими-то эмоциями.

Я начала его доставать, приставать с разными мелочами, ябедничать. Чтобы он хоть как-то реагировал на меня. Но ничего кроме раздраженного взгляда я не удостоилась. Стало даже еще хуже. Я старалась хоть как-то привлечь внимание, но ничего хорошего не выходило. И этот взгляд мне не нравился. Но я уже не могла остановиться, я делала только хуже, постоянно приставая по мелочам к нему.

А он уходил все дальше. Его начали считать гением в магии, он быстро выучил все науки. Даже фехтование у него хорошо выходит. И с каждым днем росло в нем раздражении при виде меня, и пропасть между нами ширилась.

В одну из зим все изменилось. Тогда было холоднее, чем обычно, а я тогда по глупости решила быть похожей на мать и быть во всем на нее схожей. Может тогда что-то измениться, она помнила как Карн, с улыбкой и теплотой в глазах смотрел на мать. И потому по своему детскому упрямству ходила в легкой одежде, как и она. Но было холодно, можно было согреться в каминной, но там постоянно в свободное время сидел брат. А я не хотела видеть его раздраженно-холодный взгляд в мою сторону. Потому долго терпела холод, пока не надоело, и я нагло как мне казалось, вошла в каминную и села прямо перед камином поближе к огню.

Стало теплее, но все равно было прохладно, спина замерзала. Когда Карн ушел на свою тренировку, мне снова стало одиноко. Просто сидеть в одной комнате, молча, было приятно. Но видно все хорошее быстро кончается и я снова одна. Я так и сидела и жалела себя, спрашивала, почему все так вышло, что и не заметила, как прошло несколько часов. А потом меня кто-то сзади обнял, это было так неожиданно, что я даже не сразу пришла в себя. Я узнала, что это был Карн, и что он волновался обо мне. Я была счастлива.