Страница 46 из 55
87 Скальды — скандинавские поэты. В скандинавских языках слово skald употребляется и теперь для обозначения поэта вообще. В истории же древней скандинавской литературы ему придается более узкое значение: скальдами, в этом значении слова, называют придворных певцов-поэтов, в отличие от певцов, слагавших песни «Эдды». Придворные скальды обычно принадлежали к свите конунга, которого они прославляли в своих песнях, за что получали от него богатые подарки. Скальды принимали участие в битвах, воодушевляя дружину воинственными песнями, и сами бились в первых рядах, чтобы быть свидетелями подвигов. Звание скальда было весьма почетно. Поэзия скальдов развивалась исключительно в Норвегии и Исландии, и при дворах шведских и датских конунгов скальдами были норвежцы или исландцы. Тогда как творцы «Эдды» остались для нас безымянными, имена скальдов нам известны. Поэзия скальдов отличается от эддической и по содержанию, и по форме. Мифологические и героические сказания обычно служат ей только для украшения и сравнений при описании событий, связанных с именем воспеваемого конунга; ее стихотворная форма гораздо изысканнее эддической, ее язык изобилует метафорами и вычурными сравнениями.
90 Хель — властительница подземной страны мертвых, дочь коварного Локе (см. прим. к Песни 12, 108) и великанши Ангрбоды («Вредоносной»). Первоначально под словом «Хель» (древнеисландск. hel) понималась самая страна умерших (ср. английск. hell, немецк. Hölle — «ад»), но позже, и притом — только в Скандинавии, это слово стало именем существа, олицетворявшего собою смерть, а владения смерти получили название Нифльхель или Нифльхейм («Мир тумана»). Нифльхейм окружен потоком, наполненным мечами. Через поток есть мост, по которому умершие вступают к Хель; преступники, однако, не имеют права идти по мосту, они должны переходить ужасный поток вброд. Во владения Хель попадают все, умершие на суше смертью, не подобающей героям. Сама Хель представлялась внушающей ужас одним своим видом. Она исполинского роста, одна половина ее тела черно-синяя, другая — мертвенно-бледная, почему она и называется сине-белой Хель. Она обитает под землей на Бреге мертвецов — Настранде. Ее жилище наполнено ужасами; все в нем приносит страдание и разрушение. Представления о владениях Хель развивались, вероятно, в тесной связи с развитием представлений о владениях Одина (см. следующ. прим.), но в направлении прямо противоположном. Тогда как владения Одина превращались в место блаженства (см. выше, 67 — Валхалла), владения Хель рисовались во все более и более мрачных красках.
125 Один (древнеисландск. Odhi
136 Беле — Тегнер не указывает, какою именно областью владел конунг Беле. В исландской саге сообщается, что «Беле конунг правил Сигнафильке». Сигнафильке, или Согн, — местность в юго-западной Норвегии по обеим сторонам Согнефьорда, глубоко врезающегося в сушу. (Ср. выше прим. к слову конунг).
139 Бонд (скандинавск. bonde) — свободный скандинавский землевладелец незнатного происхождения. Владения бонда могли быть как небольшим земельным участком, который он обрабатывал сам со своей семьей, так и обширными поместьями, где работали на него зависимые от него люди. Бонды владели оружием и, если были богаты, то держали при себе наемную дружину. Бывая нередко в тесном союзе с конунгом, бонд, однако, считал для себя унизительным находиться в дружине короля. На народное собрание — тинг (см. прим. к Песни 3, 101) бонды являлись всегда с мечом и щитом.
149 Тор (древнеисландск. Thorr, древненемецк. Donar, англосаксонск. Thuner) — сын Одина, бог грома и физической силы, защитник богов и людей, неустанно борющийся с враждебными им исполинами и чудовищами. Особо почитался Тор в Норвегии, где он был любимым богом простых свободных землевладельцев и земледельцев, в противоположность Одину — богу знатных. Здесь Тор считался также покровителем земледелия, властвующим над погодой и ветрами. Его изображение часто вырезалось на главных столбах домов, его имя часто присоединялось к собственному имени человека в знак того, что носитель этого имени посвящает себя ему. Неизменным атрибутом Тора является молот Мьольнер (Дробящий) — его оружие в борьбе с великанами. Молотом Тора освящаются все договоры н начинания, и изображения молота служат амулетами. На руках у Тора — стальные рукавицы, он опоясан чудесным поясом Мегингьярдом (Поясом мощи), еще более увеличивающим его огромную силу. У Тора большая рыжая борода. Взгляд его сверкает, голос гремит. Тору ничего не стоит съесть за один присест одного-двух быков и выпить огромное количество меду. У себя дома, в Трудванге, он бывает редко, постоянно предпринимая далекие походы на Восток, в страны великанов, как пешком, так и в своей повозке, запряженной двумя златорогими козлами.
Имя Тора — Донара, означающее гром, сохранилось в германских названиях четверга, шведск. Torsdag, английск. Thursday, немецк. Do
Песнь 2
Во 2-й Песни Тегнер использовал ряд строф из «Изречений Высокого» (Hávamal), одной из интереснейших песен «Эдды». Эта песнь, составленная из нескольких, первоначально самостоятельных, частей, в основном представляет собой собрание поучений, приписываемых Одину (Высокому). Древнейшая часть этой песни возникла, по-видимому, в Норвегии в IX-X веках. Цитаты из «Эдды» будут даваться в переводе Свириденко («Эдда», «Памятники мировой литературы», изд. Сабашниковых, М. 1917).
Исландская сага дала Тегнеру для 2-й Песни его поэмы очень немного.
Конунг Беле и Торстен Викингссон — О конунге Беле см. прим. к Песни 1, 31 и 136. Имя Торстен значит «Камень Тора» (см. Тор, прим. к Песни 1,149); Викингссон — «Сын Викинга». Здесь Викинг — имя собственное (см. прим. к Песни 3,33). Употребление такого «отчества», составленного из родительного падежа имени отца и слова son(r), «сын», было обычным у древних скандинавов.
3 Брат Беле по оружью — Предполагается, что Торстен и Беле заключили между собой союз кровного братства. Заключившие такой союз должны были хранить вечную верность друг другу, делить все превратности жизни и мстить один за другого. Обряд, скреплявший этот союз, состоял в том, что названные братья надрезали себе руки мечом и смешивали стекающую кровь или в следе, сделанном их ногами, или в роге с медом, который затем и выпивали вместе. При этом они давали друг другу клятву верности и обычно обменивались также ценными подарками (оружием, украшениями).