Страница 56 из 85
Глава 20
У меня нет знакомых среди больших начальников, поэтому новости узнаю, как все, постфактум. Вспоминать деда не стоит — он всего лишь в среднем звене, он решения не принимает. Конечно, слухи и сплетни на дороге ходят постоянно, однако верить им или, тем более, действовать, исходя из услышанного, нельзя.
Так что сообщение о роспуске нашей сотни застало меня врасплох. Администрация стройки посчитала договор исполненным и собиралась рассчитаться за проделанную работу. Причем всем желающим предлагалось наняться на острожную, то есть гарнизонную службу, уже по другим расценкам и с другими обязанностями.
Дядя Деян ходил хмурый. Ему отец велел соглашаться, чтобы первый год за землей в центральной крепости был пригляд.
— Ты не слышал, а он с Синицей крепко поссорился, — тихо рассказывал отец, поглядывая на брата. — Она недовольна, что Деян редко дома бывает. Орали друг на дружку… Забава влезла, так и с ней разругались.
— Кто с теткой Забавой не ругался? — философским тоном откликнулся я. — Сюда надо её мужа звать. Он домой не особо радостный возвращается.
— Тоже верно!
Ратибор вместе со знакомым купцом до недавнего времени сновал между Березовым и темным лесом, привозя дефицитные товары. На большой стройке всегда чего-то не хватает, от мелочей до серьёзного, а такие вот не особо крупные торговцы быстро реагировали на возникающий спрос. По деньгам выходило неплохо. Не было ли урона родовой чести? Не, ничуть. Грань между торговым и воинским делом тонка и не всегда ощутима, для гридня не зазорно водить обозы и спорить с покупателями за каждую пулу. К тому же отец ведь не на козлах сидел, а считался главным в охране.
Теперь, после пробития дороги на ту сторону леса, халява закончилась. Основные работы завершены, и с сократившимися поставками успешно справляются принадлежащие пайщикам структуры, сторонним достаются сущие крохи. Невыгодно стало. Зато появился новый маршрут, требующий освоения. Да и просто интересно съездить, чужую землю посмотреть.
О том, насколько серьёзно род поставил на строительство пути, говорит количество находящихся здесь мужчин. Дед по-прежнему командует одной из внешних сотен, его сыновья, второй и третий по старшинству, тоже участвуют, пусть и на менее значимых ролях. Сновид, сын деда Самбора, в сотне Пересвета; более младший Искрен сейчас собирается уезжать, надоело ему в лесу сидеть, хочет с родными повидаться. Отроки голоса не имеют, за них решают старшие. Наша ставка «выстрелила», род приподнялся в иерархии, получил земельный надел в хорошем месте и даже заработал немного денег. А если бы сорвалось? Мы бы впустую потратили приличную сумму на подготовку и, что существеннее, понесли репутационные потери. Не критичные, упаси Боги, но легкий флер чужой неудачи нас бы окутал.
Ну и я иду отдельной строкой. Главное приобретение — самостоятельность. Не полная, власть старших родственников никуда не исчезла, однако значительную часть решений я теперь могу принимать сам. Или, самое меньшее, моё мнение спросят и учтут. Примерно, как сейчас:
— Ты-то сам остаться хочешь? Ряд с острожными заключают не меньше, чем на год.
— Желания нет. И смысла особого не вижу — нового ничего не узнаю, славы не добуду, по деньгам… Деньги много где можно заработать. В тот же Булгар за юфтью смотаться.
Ратибор недовольно дернул верхней губой.
— Её уже столько привезли, что цены на торгу в три раза упали. Надо что-то другое искать.
— Медь? Украшения?
— На месте разберемся.
Березов и соседние княжества активно продавали на север изделия из кожи, в первую очередь — обувь. Сырьё для её изготовления, обработанная кожа, называемая юфтью, поступало с юга. Качество у неё было не слишком высоким. Раньше оно наших мастеров устраивало из-за отсутствия альтернатив, но, познакомившись с образцами работы булгарских кожемяк, мнение своё сапожники изменили.
Значит, купцы уже завалили рынок новым товаром.
— Вы толмача-то нашли?
— Неоткуда его взять, все, кто булгарский знает, нарасхват, — настроение у отца ещё больше ухудшилось. — Их всегда было немного. Не нужен был язык, понимаешь?
— Я с нашим толмачом, Душилой, договорился. Он за деньгу малую меня подучил булгарскому. Немного — десяток фраз, пара сотен слов.
— Я тоже. Толку-то? Для нормального торга нужен человек знающий. Тот, кто разговор перевести с их языка на наш может и обратно.
Немного подумав, я пожал плечами.
— Ехать всё равно надо. Хотя бы посмотреть, что да как. До Сувара доберемся с попутчиками, а там разберемся.
— То есть со мной хочешь?
— Ну да.
Отец приободрился. Одному ему было скучно, а тащить сына в неизвестную землю он не боялся — по его меркам, у булгар безопасно. Есть правитель; есть закон, пусть чужой, но соблюдаемый; в наличии суд, довольно лояльный к гостям. Лихие люди, незнакомые чудища, поборы стражи? Они везде найдутся, что с ними делать, понятно. Языковая проблема не смущает — Сувар, по описаниям, город большой, что-нибудь да подвернётся.
В булгарские земли мы отправились только через неделю. Пока завершили все формальности, связанные с роспуском сотни и увольнением, пока получили расчет, нашли попутчиков, скупили товар для продажи… Отец обоснованно надеялся подзаработать в результате поездки. На большую прибыль он не рассчитывал, всё же маршрут новый, связей никаких, сама поездка во многом затевается в качестве ознакомительной, но кое-какая деньга в мошну упадет.
Под «мы» я подразумеваю себя и Ратибора. Деду и Сновиду никуда от сотни не деться, договор с ними не расторгнут; Искрен уже отъехал домой, забрав с собой Милонега. Неожиданно компанию ему составил дядя Деян — в гарнизон центральной крепости вместо него нанялся внезапно прибывший из дома дядя Милорад. В княжестве, оказывается, на радостях от бескровного (по сравнению с прошлыми разами) отражения нашествия великой орды весь прошлый год дружины бояр и Обителей вычищали близлежащие темные леса. Границу, удерживаемую нашей сотней, тоже почистили, выбив наиболее сильных чудищ. Так что в ближайшее время набегов не предвидится и оставшийся за старшего дед Самбор со спокойной душой отпускал мужчин рода из поместья. На заработки или ещё куда.