Страница 43 из 85
Глава 15
Основная часть орды подошла через два дня после ночного штурма, вернее, через двое суток, но на приступ чудища пошли только на третью ночь. Ждали, пока подтянутся отставшие. Сначала, вечером второго дня, огрызаясь стрелами и заклинаниями, в крепость вернулись рыскавшие вокруг отряды. Те, кто следил за приближением врага и по мере возможности уничтожал вырвавшиеся вперед стаи. Тварей стало слишком много и гридни просто-напросто не справлялись с их напором. Тогда же некоторые чудища попытались на плечах отступающих ворваться на стены, но частью были перебиты, частью откатились назад, в видневшийся вдалеке лес.
Вожаки достаточно разумны, чтобы анализировать прошлый опыт и делать из него выводы. Они знают, что люди плохо видят в темноте. Они видят стены и понимают, что забраться на них под непрерывным обстрелом будет сложно. Они чувствуют голод подчинённых, которым нечего жрать, ибо дичь либо перебита, либо ушла в другие края. Возможно, умнейшие из них даже задумываются, не оставить ли крепость в покое, обойти её стороной и поискать добычу где-то ещё. Последнее, впрочем, маловероятно — они слишком сильно ненавидят людей, заложенная в генах жажда убийства перешибает инстинкт самосохранения.
Тем не менее, вожакам хватило умишка дождаться отставших стай и только тогда, собрав орду в единый кулак, пойти на приступ. Должно быть, им стоило большого труда сдерживать своих рядовых.
На сей раз нападение с воздуха и земли началось скоординировано. Гигантская птичья стая, в прямом смысле затмившая небо, медленно собиралась в вышине, втягивая в себя прилетавшие со всех сторон мелкие черточки-клинья, пока из леса выплескивались волны черноты. Солнце отступало, прячась за горизонтом, и следом за ним к крепости приближалась тьма.
— Сколько же их… — не выдержал стоявший рядом Милонег.
— А сколь бы ни было, всех побьём! — уверенно усмехнулся услышавший его шепот Искрен. — Вы, главное, меня держитесь и сами вперед не лезьте.
Если он и испытывал страх, то очень умело его скрывал. Лично мне пришлось несколько раз сжать и разжать кулаки, чтобы избавиться от легкой дрожи в пальцах.
На нас, отроках, по-прежнему в первую очередь прикрытие с воздуха. Защищающие от птиц щиты поначалу слабые, их удерживают пять-шесть человек на каждом участке, поэтому самые нетерпеливые твари могут напасть сверху. Или сбросить костяной острый болт, если физиология позволяет. Основной состав нашего десятка готовится встретить прорвавшихся сквозь ловушки и площадные заклятья чудищ, дядя Деян, помимо общего командования, должен бить вожаков стай. Ещё у сотни есть резерв, куда входит пяток опытных гридней четвертой-пятой ступеней, способных быстро закрыть прорыв или быстро убить сильную тварь вместе со свитой.
Слева от нашей сотни командующий защитой тысячник поставил отряд местного боярина, оказавшегося отцом уже знакомого мне Драгомира. Честно сказать, такое соседство воодушевляло. Наша охранная сотня, в отличие, например, от дедовой, являлась просто сборищем малознакомых людей. Воинов из своего десятка я помнил в лицо, мог назвать по именам, и на том мои знания о них заканчивались. Ни умений, ни насколько опытны, где сражались и как поведут себя в бою — просто времени не хватило узнать ещё что-либо. Назначенный десятником Деян провел с ними одну тренировку, то есть знал немногим больше. В такой ситуации наличие вблизи слаженного отряда под командованием опытного вождя не может не радовать.
— Идут! — раздался крик с наблюдательной башенки.
Почти сразу тьма качнулась и в едином порыве, словно гигантское цунами, ринулась вперед. На приступ. Через поле, усеянное примитивными ловушками, поглощая их стремительным и неотвратимым напором. Смотрелось страшно. Буквально только что орда находилась метров за пятьсот, готовая к броску — и вот она уже перехлестывает через дальние ямы, призванные замедлить её неудержимый бег.
— Лучники, не спать! — закричал над ухом дядя Деян. — За небом следим!
Вздрогнув, я задрал голову вверх. Вовремя. По барьеру бежало марево, больше всего напоминавшее следы от капель дождя — коротких, тяжелых, костяных. Иногда отравленных слабым ядом. Причем этот дождь усиливался, одновременно с ним наливался силой и светом укрывавший людей барьер. Спустя несколько секунд огненными цветками расцвели заклинания, уничтожая слишком близко подобравшихся птиц, им вторили вспышки и громкие взрывы на земле. Буквально за мгновения темнота сменилась ярким пламенным днём.
В прошлый раз я совершил ошибку, выпив усиливающий зрение отвар. Тогда мне, после первых же заклинаний, пришлось щуриться и стараться как-то прикрыть слезящиеся глаза. Сегодня боль была не такой острой, но всё равно приятного мало. К счастью, через короткое время наши старшие перенесли внимание на более опасных наземных тварей, оставив изрядно поредевших птиц на долю лучников. Не до конца — периодически кое-кто всё же выцеливал особо крупные клинья, пикирующие на барьер, и бил по ним заклятьем.
Я стрелял вверх, изредка поглядывая на поле. Творившееся там противоборство бояр, пытавшихся установить огненную стену, и вожаков, упорно гасящих встающие у них на пути заклинания, просто поражало. Чудища не испытывали жалости к своим миньонам, да те и не ждали её. Однако предводители орды понимали, что взять крепость силами одних хорошо защищённых тварей не сумеют, им требуется поддержка «мяса», поэтому старались обеспечить свободные от пламени коридоры. Кое-где попытки удавались.