Пари на счастье.

— Боюсь, что он будет съеден до того, как я доберусь до посёлка.

— Я же сказал, чтоб вы не переживали, — отозвался Михаил и поднялся со стула, поправляя рубашку, — расчистят дорогу, и я отвезу вас. Благодарю за завтрак.

— Правда отвезёте? — подхватилась она следом за мужчиной.

— Правда, — повторил Громов, выходя с кухни.

— Спасибо! — раздался за его спиной радостный голос.

Кажется, ему удалось поднять настроение своей нечаянной гостье. Неужели и правда, удивлена его предложением? Он так страшен? И что эта девушка себе вообразила? Будто он выставит её за двери, если не найдётся номинант на звание «лучшего брата года»? Громов тихо проворчал и притормозил в коридоре, оглядываясь по сторонам, от собственных мыслей забывая, куда собирался идти.

Наталья едва налетела на него, не ожидая, что так резко остановится и теперь убрала на одно плечо волосы, мешавшие обзору. Михаил обернулся к гостье, глядя через плечо. Строгий такой, серьёзный… девушка невольно поёжилась, отчего мужчина ещё больше помрачнел. Вроде она ничего не успела натворить, и чего хмурился?

— Побудьте в доме, — заговорил Громов, — я выйду ненадолго, осмотрюсь.

— Хотите проверить, прибыли ли рабочие?

— Верно. Можете пока осмотреться, если заскучаете, только… — Михаил замолчал, потом просто пошёл по коридору в прихожую, к вешалке, желая надеть своё пальто.

— Только что? — окликнула его Наталья.

— К самой последней двери на втором этаже не приближайтесь… — он поднял воротник, и вышел из дома раньше, чем девушка успела хоть что-то ответить.

— Что за дверь-то такая?.. — хмыкнула Наталья, и поняла, что уже глядела наверх, на лестницу, пытаясь припомнить, что за комнаты находились на втором этаже.

Кажется, там была хозяйская спальня, гостевая, которую ей так любезно предоставили, и ещё две, или три двери.

— Можешь всё отпирать, и всюду ходить, но запрещаю тебе входить в ту крайнюю каморку, и если случится тебе её отпереть, то нет спасения от гнева моего… — припомнилась гостье мрачная сказка Шарля Перро.

Конечно, у Михаила Громова синей бороды не имелось, так, щетина двухдневная, да и не походил он на маньяка сказочного, но всё же… Наталья обхватила себя руками и большими глазами посмотрела на входную дверь. Раздался тихий стук, и она подпрыгнула на месте, от неожиданности.

— Фу, чёрт… — застонала девушка, понимая глупость происходящего.

И кто мог стучать? Она ведь и сама здесь случайный гость, не станет никому открывать! Наталья уже схватилась рукой за перила, желая подняться к себе в гостевую, как стук повторился и на этот раз куда настойчивее.

— Вот наглость, — проворчала гостья, — не открывают же, так уходи, чего барабанить?

Она тихонько подошла к окну в гостиной и отодвинула занавески, осторожно выглядывая и надеясь разглядеть, кого там нелёгкая принесла.

— Ах, ты ж… ах ты…

Вениамин, словно каким-то мистическим образом догадался о том, что за ним подглядывают, и повернул к девушке голову, глядя пронзительными яркими глазами. В этот момент Наталья почувствовала себя ничтожной букашкой, посмевшей заставить «царя» ожидать. Кот вновь поднял одну лапу, облепленную снегом, и настойчиво постучал в дверь.

— Не смей думать, что я тебе подчиняюсь, кот! — прорычала девушка и сердито пошагала к двери.

На полпути она притормозила, резко развернулась и побежала на кухню. Там отыскала щётку для пола и поспешила обратно в прихожую. Приоткрывая дверь, девушка ловко выскочила на улицу, не давая наглецу войти в дом, и ухмыльнулась, глядя на зверя, негодующе бившего своим испачканным снегом хвостом.

— А кто это у нас тут испа-а-ачкался? — потянула Наталья, — а кого это мы сейчас чистить будем?

Только кот понял, что его ожидало, как собрался соскочить с крыльца, но рука девушки ловко ухватила за хвост, останавливая беглеца.

— Стоять! В дом не пущу! Так что либо морозить тебе свой пушистый зад, Веня, либо я его отхо… очищу.

Дожидаться «ответа» Наталья не стала. Удобнее перехватила кота, и принялась бережно обметать длинную, облепленную снегом шерсть. Зверь сопротивлялся экзекуции как мог. Но, замечая, что теперь его шёрстка вновь обрела свой цвет и позволила толком двигаться, немного притих. Как только закончила, девушка отставила в сторону щётку и подняла кота на руки. Весил Вениамин как один из дорожных чемоданов Дашки, который она захватила с собой в поездку. Наталья коленкой толкнула дверь, намереваясь войти в дом, но та не поддалась. Они переглянулись, недоумевая, и гостья повторила попытку, но уже плечом. Тот же результат.

— Да быть такого не может…

Она налегла на двери спиной, толкая со всех сил, но должна была признать — они просто заперты. И почему никто не подсказал, что захлопываются, если выйти?! Наталья обречённо вздохнула и прижала крепче пушистого зверя. Видя, что дело плохо, кот притих, грея лапы на плече девушки.

— И куда девался твой хозяин?!

Только теперь Наталья поняла, как озябла. И даже куртку не додумалась накинуть. Она обречённо обвела взглядом двор. Снег сверкал, словно огромное безе, и она шмыгнула носом. Может, отправиться следом за Михаилом и отыскать его? Или подождать здесь?

— Это всё ты виноват! Ты! — прозвучал из ванной голос жены и Петру Уварову ничего не оставалось, как вздохнуть.

Мужчина прошёлся по светлой спальне и хотел было опуститься в кресло, но просто опёрся на его спинку одной рукой, а второй нервно пригладил свои светлые волосы.

— Найдётся Ташка! Куда денется? Наверняка у подружек засела. Кончит дурить и позвонит, — глухо проговорил Пётр.

— И часто твоя дочь сбегала из дома? А? — вновь раздался несчастный голос жены, — ни Раевские, ни Дашка, понятия не имеют, куда она делась! Юра не отвечает…

Светлана пустила прохладную воду и умыла раскрасневшееся лицо. Тридцать первое декабря! Хотели ведь с сокурсниками отпраздновать, куда же подевались?!

— Всё ты! — снова выкрикнула женщина и осторожно промокая лицо полотенцем, выглянула из ванной комнаты, — доволен собой?!

— Довольно! — резко отозвался Уваров.

— Довольно? Ты должен был дать мне возможность поговорить с дочерью прежде того, как начнёшь строить свои планы! — Светлана приблизилась к мужу, теперь глядя на него заплаканными карими глазами.

— От твоих разговоров, Ташка сбежала бы ещё раньше! — возмутился Пётр, и отодвинул жену, желая пройти.

— Не смей так говорить, слышишь? — Светлана повернулась вслед за ним, чувствуя, что лицо вновь горит от негодования.

— Это был наш с Маревым разговор. Никакого отношения к нему ни ты, ни Наталья, не имеет, — сухо пояснил отец семейства, что вызвало очередную вспышку злости у жены.

— Не имеем, значит? Не имеем?!

— Прекрати!

— Если с моей дочерью что-то случится… — дрожащим голосом проговорила Светлана, но замолчала, не имея сил договорить то, что собиралась.

— Она и моя дочь, — обернулся к ней Пётр, — если Юрий напортачил, то ему и разбираться. Дело молодое, справятся. Хватит сырость разводить.

Уваров заговорил мягче, не желая продолжать спор перед праздниками. Слишком много средств было вложено в предстоящие мероприятия. Перспектива явиться на них в сопровождении жены с опухшим лицом, Петра никак не устраивала.

— Они вдвоём пропали, — продолжил убеждать мужчина, — сама подумай, прежде чем паниковать.