ДОКТОР 4

— Создать ажиотаж, раз. Через регулярную выплату призов победителям, два. Через ажиотаж, сфокусировать вовлечённых людей на учёбе, три. Отрывая их от «улицы» и прочих неконструктивностей. Выработать навыки самоподготовки по предметам у тех, кто хочет выигрывать, четыре. Потому что мы вычислили по обратной связи в группе, некоторые всерьёз рассматривают эти олимпиады как возможность заработка. Особенно учащиеся из обычных школ.

Жанна удивлённо смотрит на меня, чуть приоткрыв рот:

— И это вы всё сами придумали? Вот эти цели?

— Ну конечно, — удивляюсь в ответ. — А кто бы за нас? Мы, когда стали дружно анализировать, психологическая «связка» же лежала на поверхности: материальное стимулирование надо завязать с личным желанием готовиться и с частой периодичностью. Чтоб не проходил азарт, и возможность выиграть была достаточно частой и регулярной. Тогда самообучение станет частью режима дня и ритма жизни. Ну, моя опекунша чуть помогла, — раскрываю карты. — Советом. Как врач и психолог. Она там что-то про физиологию мозга поясняла, никто не понял; но если вкратце, чтоб родить новое движение, нужно сочетать три фактора: возможность «халявы», пардон… плюс регулярность, чтоб упущенные тобой выигрыши проносились перед твоим носом часто-часто. Плюс доступность выигрыша лично для тебя: просто возьми и выучи. — Вспоминаю слова Лены. — Она так сказала: "Когда халява проносится мимо твоего носа регулярно, даже самые ленивые могут захотеть выучить. При условии, что они не равнодушные".

Жанна закатывается беззвучным смехом:

— У меня нет слов. Какое продуманное коварство!

— Ой, Жанна Маратовна, да посмотрите в социальные сети, — морщусь, вспоминая кое-что. — Особенно в «не наши». Коварство, как по мне, начинается с целей, а не с инструментов. Для примера, алкогольные компании действуют в маркетинге чётко по схеме: втягивание, вербовка, эксплуатация. Мне их реклама вообще не должна попадаться, потому что возрастной ценз. Однако же вываливается! Вот это коварство и сволочизм! На всех этапах.

— А что там? — из вежливости обозначает слабое любопытство директриса.

— Вначале заметил агрессивность рекламы алкоголя. При этом, не сразу понял, что раздражает не сам алкоголь, я-то его и не пью вообще… А массовость вроде бы "безобидной" рекламы. Для проверки собственных наблюдений, проконсультировался с опекуншей. И вот с ней — провели экспресс-анализ вечером "от нечего делать", из которого следует: пытаются ставить в мозги молодёжи маркеры. — Меня действительно покоробил в своё время один момент, но он явно за пределами моей компетентности, потому я просто отложил его в памяти. — Есть одна коньячная компания, мировой лидер. Вот у них, видимо, новый и активный территориальный менеджер по нашему региону, судя по тому, что я вижу в сети… У них же Целевая Аудитория уже полностью охвачена. Те, кто пил регулярно и был с деньгами, ими давно окучены пару лет назад. И они проработаны. Те, кто на границе по деньгам, и предпочитают обычно более дешёвые напитки, ими тоже окучены. Так вот эти коньячники сейчас начинают работать с молодёжью. Суть их текущей коммуникации: забивают в подсознание маркеры типа «Спорт — отстой, потрать деньги на полноценный отдых!». И визуализация — крутая вечеринка, на которую любой в возрасте от пятнадцати до двадцати пяти попасть бы просто мечтал. Там и гендерные демонстрации противоположного пола, и идеально подобная ассоциативная цепочка… Вот это коварство!

— Ничего себе.

— Это не всё. Я же показывал этот опус в виде серии коммуникационных сообщений, попавшихся мне в разных каналах соцсетей, своей опекунше. Которая… Вот она говорит, работали чуть не доктора наук. И очень глубоко исследовали именно текущие тенденции нашего поколения, включая «ключи и крючки влияния». Говорит, что какую-то часть молодёжи они точно на свой образ жизни переключат. У которой самое лучшее времяпровождение будет ассоциироваться исключительно с праздным отдыхом. А единственный полноценный отдых — это где коньяк. Преимущественно оговоренного бренда.

— Получается какая-то целенаправленная диверсия? — настроение директрисы резко меняется на минорное.

— Да бог с вами, Жанна Маратовна. Какие диверсии? Слон не ловит мух… Просто заботливые бизнесмены, которые окучивают свою грядку. Так сказать, после сбора озимых, тщательно удобряют и готовят почву под следующий урожай: у них ведь купажи настаиваются десятилетиями. Вот они и мыслят категориями поколений. А сейчас просто готовят заранее гарантированных потребителей следующего купажа. Которые должны разделять ту систему ценностей, которая им выгодна: лучшее время — это отдых; любой отдых без алкоголя неполноценен; лучший алкоголь для отдыха — в их исполнении. Такая вот несложная цепочка шагов… — Делаю вдох, переводя дух. — Вот там действительно коварство. Молчу, насколько наш государственный аппарат готов реагировать адекватно на такие вот вызовы и угрозы. По идее, Министерство вот против этого должно прививки делать в воспитательной работе. А не классиков двухвековой давности муссировать… Простите. — Меняю тему, чтоб мы сейчас не поссорились. — Давайте заполню заявление?

_________

Примечание.

В тексте краски сгустил в художественных целях. В реальности, конечно, конкретно с алкоголем всё не так грустно. И законодательные ограничения, в том числе на маркетинговую коммуникацию и Закон о рекламе, работают.

Но автор какое-то время лично управлял маркетинговыми коммуникациями мирового коньяка номер один H - SSY , продукции группы DIAGEO (и ещё кое-кого из этой плеяды) на территории Казахстана. К сожалению, маркетинговая стратегия на «переключение» (с дорогих сортов водки уже готовых потребителей) ни разу не шутка. Равно как не шутка и стратегия на подключение новых потребителей, которые ещё пока вообще не пьют алкоголь, но двадцати пяти лет достигли (по тем временам, нижняя граница Целевой Аудитории конкретно мирового коньяка № 1, да и самого продаваемого купажированого виски («красная этикетка» в квадратной бутылке) ).