Страница 46 из 122
— Пап, вот пока
— Не уверен, — качает головой отец. — Я могу только за себя отвечать. Но никак не за другого человека.
— Ну-у вообще-то, этот другой человек — твоя вторая половина, — кошусь на него. — Впрочем, если у вас какие-то свои отношения, спрошу её прямо и сам. В конце концов, родной сын.
В этот момент, как по заказу, мать возвращается за стол одна (откуда-то, куда они направлялись вместе с Зоей Андреевной). Она быстро окидывает взглядом диспозицию и сводит вместе брови (пытаясь придать лицу более значимое выражение):
— Саша, хорошо, что пока никого нет. Раз все свои, то… Я понимаю, что ты очень молод и твоя решительность проистекает исключительно из-за отсутствия опыта. У Лены чудесные родители, и сама она очень хорошая, НО… — мать делает паузу, бросая на меня оценивающий и пытаясь понять, как я отношусь ко всему сказанному. Видимо, понять ей ничего не удаётся, потому что она продолжает. — Жениться, будучи школьником, неправильно. Как ты будешь содержать семью? Я вижу, что Роберт с Зоей запросто могут взять вас на буксир по финансам; видимо, это и имело место… Судя по твоей уверенности в завтрашнем дне… Но жениться в школе, ещё и по залёту, плюс на девушке, которая настолько старше!.. — Мать многозначительно и победоносно смотрит на меня, затем тянется к ближайшему блюду. — Вот жаркое хорошее, — она зачем-то накладывает мне в тарелку полторы порции голодного человека. Хотя я сыт. — В общем, давай всё переиграем. Пока не поздно! — Она вопросительно смотрит на меня, транслируя максимальную озабоченность.
— М-да. С чего же тут начать-то, — задумчиво барабаню пальцами по крышке стола. — Если с самого начала, это будет долго. А если с главного, то ты не пропустишь все вводные, заведёшься; и беседа пропадёт втуне.
— Я всё пойму, я твоя мать! — безапелляционно заявляет она. И я решаю сделать последнюю попытку. Совместив её, впрочем, с протоколами намерений и условий.
Отец, беззаботно прислушиваясь к нашей беседе, решает присоединиться к поеданию жаркого и начинает весело орудовать ножом и вилкой, пропев перед этим какой-то ребус:
— И-де-я! И-де-я! И де я на-хо-жу-ся?! — Он сперва скользит взглядом по мне и матери, потом скучнеет лицом и добавляет в мой адрес. — Начинай сначала, в таких моментах пропуски оставлять нельзя.
— Нажрался — вот и дальше жри молча! — Непоследовательно и неприязненно бросает мать отцу, затем демонстративно с улыбкой поворачивается в мою сторону. — Я всё пойму! Что ты хотел сказать?
— Хорошо, тогда давай по алгоритму Сергеевича, — принимаю решение. — Начнём с результатов…
— А кто есть Сергеевич? — вклинивается отец, снова под неодобрительным взглядом матери (хотя ей это тоже интересно).
— Сергей Сергеевич Солопов, мастер спорта СССР, мой тренер по боксу. Под его началом я в сентябре выполнил мастера. Область, финал, первое место. — У меня почему-то возникает ощущение биллиардного шара, забитого в лузу.
— Ух ты, — вилка с куском мяса в руках отца застывает на половине пути ко рту. — Мастера спорта? По боксу? — Мать вообще не понимает, о чём речь; но отец, в отличие от неё, кажется, очень хорошо понимает. Поскольку даже мясо в тарелку обратно положил, удивлённо свёл вместе брови и широко раскрыл глаза. — Как ухитрился?!
— Вот в том числе, с помощью Сергеевича, — подтверждающе киваю в ответ на оба вопроса сразу. — Да, мастера спорта. И да, бокс. Итак, начнём с результатов. Мама, поздравляю: так меня давно никто не цеплял. Но тебе удалось. Результат номер один: ты в одну секунду настроила меня против себя. Создав у меня устойчивый эмоциональный шаблон: на тебя нельзя положиться; и надеяться на тебя тоже нельзя. Более того: если бы не родственные отношения, лично я бы от такого человека держался подальше.
Широко раскрытые глаза матери без слов намекают на необходимость продолжения. Отец тихонько хмыкает, наливает себе половину рюмки «РУССКОГО СТАНДАРТА», чокается с бутылкой, показывает мне под столом большой палец и возвращается-таки к жаркому.
— Такого результата ты добилась двумя инструментами, — продолжа. — Во-первых, обесценила все мои результаты, которых я добился лично. В частности, школу я давно закончил (
— А где ты взял деньги на лицей? — вскидывается мать, под повторное хмыканье отца и вторую половину рюмки «РУССКОГО СТАНДАРТА». — Мы же отправляли родителям? — она имеет ввиду бабушку с дедом.
— То, что вы отправляли своим родителям, у бабули и хранится, — отвечаю. — Там как швейцарский банк, «Оно всё на месте!», — изображаю тоном деда. — Лично мне в этот раз это не понадобилось. В лицее вопрос оплаты закрыл на этот год сам. Плюс, экстерном сдал всё, потому на втором полугодии сэкономил.
— За вторые полгода можно не платить? — оживляется отец. — Если тема исчерпана?
— Так точно. Я удивлён, как вы с бабушкой и дедушкой этого не коснулись, когда к ним ездили.
— Да там было о чём поговорить, — отмахивается отец. — Но новость приятная! Продолжай!
— Так где же ты взял деньги? — матери в голову приходит какая-то мысль и она напрягается. — ТЫ что, делаешь что-то… — она тщательно подбирает слово, несколько раз щёлкает пальцами в воздухе, потом выдаёт, —
Поднимаю и опускаю брови, восстанавливая контроль над эмоциями:
— Вначале мыл машины на мойке. Вернее, делал чистку салона, если точно. На лицей, кстати, заработал именно там… Потом устроился в НОВУЮ КЛИНИКУ. О её месте в городе, как говорится, можно долго рассказывать; потому лучше сами гляньте в интернете. — Прикидываю, что говорить, а о чём лучше умолчать дальше. — На
Мать пытается что-то вставить, но я поднимаю руку:
— Давай так. Сейчас говорю я; уложусь в три минуты. ТЫ меня не перебиваешь. Потом, через три минуты, я выслушаю всё, что захочешь сказать ты.