Страница 5 из 50
Несильная пощечина вмиг привела Церцею в чувство. Она пару раз моргнула.
— Благодарю, — пролепетала она.
Она дернулась от Ратмира и побежала прочь вслед за сестрами, которые уже давно скрылись из виду, убежав по дороге вниз. Спрыгнув с разрушенной арки, она отметила, что ратники стараются попасть стрелами в головы двух других монстров, кружащих рядом. Монстры пыхали огнем и жгли все вокруг.
Спустя минуту Церцея выскочила на открытое место и увидела в небе множество огромных парящих сфер. Темные и чуть вытянутые, они крутились вокруг своей оси и заполонили воздушное пространство, как и многие крылатые монстры. Ничего подобного она никогда не видела. Она не понимала, что происходит и откуда взялись все эти чудовища? На Цетуриане никогда не было таких агрессивных и жутких крылатых существ, пышущих огненной лавой. Цетуриана многие тысячи лет жила в счастье и согласии. Никогда не было никаких конфликтов и противостояний между народами планеты. Все пятнадцать рас, а также животный и растительный миры любили друг друга, живя в мире и радости. Но сейчас весь окружающий хаос походил на жуткую сцену войны, про которую она читала однажды в древней книге.
Она вновь побежала по тропинке, резко повернула за одну из уцелевших арок и увидела его. Того самого кровожадного черного монстра, который сжег ее матушку. Он стремительно приземлился перед ней, подняв мощными лапами пыль и загородив ей путь. Его хвост ударил по стоявшей сбоку небольшой иве, и та рухнула. Его черные, налитые кровью глаза были жуткими.
— А-а-а-а! — закричала в ужасе Церцея, когда крылатый монстр угрожающе низко зарычал, обнажая опасные клыки.
Церцея попятилась от него, думая, что сейчас он спалит ее огнем. В следующий миг монстр резко взмахнул огромной лапой, намереваясь отбросить хрупкую девушку прочь. Церцея отпрыгнула назад, и страшные когти пролетели рядом с нею, один из них лишь оцарапал ее плечо, которое обагрилось кровью. Она запнулась и осела на землю, больно ударившись коленом.
Чудовище зло зарычало и явно вознамерилось броситься на нее.
Церцея вновь испуганно закричала и через мгновение услышала сильный треск. Падающий вековой дуб со всего размаху рухнул на хвост монстра. Ратмир поднял свою палицу, с помощью которой он магическим ударом свалил дерево. Крылатый монстр стремительно развернулся в сторону витязя. Но в следующий миг меткая стрела другого ратника угодила прямо в нос монстра, пробив его ноздрю. Чудовище взвыло, тряхнуло лапой и скинуло дерево со своего хвоста, вмиг полыхнуло огнем в лучника, который вспыхнул как щепка. В эту минуту Ратмир, подбежав к чудищу, мощно ударил палицей, мерцающей от его боевой магии, по морде монстра, разбив ему сильнее нос и скулу.
Вскочив на ноги, Церцея бросилась прочь, понимая, что ратники и Ратмир отвлекают чудище от нее, и сломя голову побежала далее по узкой дорожке. Лишь на миг она обернулась и увидела, как Ратмир умело отпрыгнул в сторону от очередного палящего огненного потока, который выпустил разъяренный монстр. Он явно не хотел улетать, хотя его морда была в крови, и, похоже, намеревался разделаться с наглыми царскими ратниками.
Церцея бежала все дальше и дальше. Уже у края заповедной рощицы, у большого рва, девушка оглянулась в последний раз и увидела, как монстр ударил лапой Ратмира и отшвырнул его на несколько десятков шагов. Молодой человек упал и не двигался, видимо, потеряв сознание, а черное чудище, подняв голову, полыхнуло огненным потоком и тут же устремилось к неподвижному Ратмиру, прожигая землю под своими мощными лапами.
Сжав до боли кулачок, Церцея прикусила губу и быстро отвернулась, ринувшись в каменную арку стен дворца, понимая, что не в силах видеть, как чудовище спалит насмерть храброго Ратмира.
Примечание автора:
Рамхашим — древний комплекс сооружений на священной горе Рамха, включающий в себя царский дворец Атурий, Храм Вечности, подземный Храм Свечения и другие здания и заповедные места.
Глава IV. Друг
Все утро Лисия возилась со своими волосами. Небольшие рожки, выступавшие на макушке, мешали сделать красивую прическу. Этот процесс был довольно сложным, учитывая невероятную густоту ее длинных каштановых волос. Девушка торопилась, ведь матушка не любила, когда кто-то опаздывал на утреннюю медитацию в Храм Вечности.
Все девять царевен-сестер жили в центральной башне царского дворца, каждая в своей комнате, со своим климатом и уединенным пространством. Так каждая из них наиболее успешно могла медитировать и совершенствовать свой уникальный дар ежедневно. Самой младшей из них, Цветане, едва минуло шестнадцать, самой старшей, Фузории, двадцать два лета.
Комнаты царевен располагались по окружности башни и выходили окнами на многолюдный Белый град, раскинувшийся у подножья водопада реки Руфи. Водопад опоясывал заповедный холм Рамха, ниспадая мощными струями вниз с высоты нескольких десятков рустов потоками. На холме Рамха находился священный комплекс Рамхашим с царским дворцом и Храмом Вечности.
Вздыхая, Лисия старалась быстрее собрать волосы. Она думала о том, что сестрам-царевнам иных рас было гораздо проще причесываться. Но Лисия родилась олединой, и ее душа в этом воплощении выбрала именно это обличье, связанное с животным миром.
Небольшие округлые оленьи рожки, маленький пушистый хвостик и густая копна волос были ее отличительными особенностями, в остальном же она походила на четырех своих сестер расы русинов. Когда-то в древности, много тысячелетий назад, раса великоразвитых оленей породнилась с расой русинов, и именно тогда на Цетуриане появилась раса олединов, которая была по численности четвертой среди пятнадцати рас, населяющих планету.
Наконец последний локон был уложен ее умелой рукой. Лисия быстро вскочила на ноги и устремилась к золотистой столе, любезно приготовленной ее девушкой-прислужницей. Быстро накинув на себя легкую материю и защелкнув на тонких плечах белые краги из перламутровых ракушек, она начала разыскивать свои сандалии. Дрожа от осознания того, что точно опоздала к началу медитации, она сунула изящную ступню в одну из сандалий, пытаясь как можно скорее обвязать мягкие древесные ленты вокруг икры.
Именно в эту минуту раздался сильный звенящий свист и далее жуткий грохот. Лисия отчетливо услышала громкий колокольный храмовый перезвон. Но это не был мелодичный малиновый звон, который часто наполнял воздух Цетурианы, извещая о чудесном урожае или новых распустившихся садах. Нет, это был напряженный тревожный звук колоколов, к которому примешивалось еще и низкое громогласное звучание неких горнов или труб.
Лисия бросилась к окну, не понимая, что происходит. Она высунулась наружу и увидела ужасающую картину: белоснежные прекрасные арки Храма Вечности, который отчетливо виднелся из ее окна, были разрушены, а по холму вниз к водопаду катился громадный камень. В небе над священным холмом и над Белым градом кружили сотни непонятных крылатых существ.
В первый миг ей подумалось, что это соколы, раса оборотней, птиц-людей, которые могли превращаться в русинов и соколов. Но, присмотревшись, поняла, что это не так, ведь размером крылатые существа были в несколько раз больше соколов, которые лишь слегка превышали обычных русинов-цетурианцев.
Ничего не понимая, Лисия стремительно надела вторую сандалию и, даже не захватив тотемное кольцо, где прятался ее шалопай-мышонок, выскочила вон из комнаты. Через некоторое время она выбежала из дворца и оказалась на широкой каменной площадке на улице. Задрав голову, девушка вскрикнула от испуга. Несколько десятков темных крылатых чудовищ кружили в небе над ней, почти касаясь белых высоких крыш царских палат. Во дворе перед аллеей фонтанов царил хаос. Служащие и прислужницы испуганно бегали, не понимая, что происходит, и пытались потушить небольшой горящий склад для свечей, который яростно полыхал.
Лисия схватила за руку одну из прислужниц, остановив ее, и непонимающе спросила: