Страница 21 из 73
- Тебе… конец, Ал. Мой… брат тебя… достанет… всё равно!
- Ты кто? – переспросил Ал равнодушно.
- Я – Караши… Райне! – гордо прохрипел умирающий.
- А, понятно; братец Лоя, да? – уточнил Ал, и, после подтверждающего жеста веками, добавил, наводя карабин – Тогда передавай привет брату – ты с ним сейчас встретишься. – и, глядя в расширившиеся от ужаса глаза очередного Караши, нажал на спусковой крючок.
Других выживших не осталось, да и вообще больше никого в округе не было. По большому счёту, Весельчак сделал всё грамотно: не стань Ал параноиком после попытки его захвата торгашом – группы захвата из… пяти бойцов на одном транспорте вполне хватило бы для нейтрализации одного гражданского бродяги. С гарантией хватило бы! Вот и отправил дохлый «смотрящий» доверенную команду во главе с ближайшим родичем на «прогулку», как он наверняка рассчитывал… Скорее всего, и братец должен был не столько воевать, сколько присмотреть за остальными – чтобы чего лишнего из отжатого имущества не прикарманили! Потому тот и в кабине отсиживался, потому и броню свою даже не застегнул наглухо, как положено в боевых условиях… за что и поплатился. Ал несколько минут тупо сидел, привалившись к колесу валяющегося вездехода, потом встал и потащился к своему броневику. Работы предстояло более чем достаточно...
К вечеру перевёрнутый на колёса трофейный вездеход мог двигаться. В передней нише броневика теперь стояла вторая, снятая с вездехода бандитов Лоя, плазменная пушка на турели, более мощная чем кормовая, зато одноствольная (ну и со скорострельностью поскромнее, не отнять). Пришлось подключать купленный у покойного Роше малый реактор, поскольку основного реактора уже хватало впритирку, и скорострельность пушек заметно проседала – от возможной, особенно если бы стрелять пришлось из всех стволов одновременно. Вечная беда энергетического оружия… Кинетику приходится наводить, компенсировать отдачу, заботиться о боеприпасах – но и у лишённой этих недостатков энергетики имеются свои «болячки»! В первую очередь – постоянная нехватка энергии, точнее нехватка сравнительно с желаниями стрелков; ну и теплоотвод – вечная же головная боль пользователей, в пространстве (вне планетарной атмосферы) становящийся настоящим бичом энергетических типов вооружения… Кроме того, обнаружилась еще одна проблема – наведение медицинским по сути искином не давало более чем сорокапроцентное подавление отмеченных целей, а время захвата цели вообще составляло четыре-шесть секунд! Быстрее Ал просто не успевал помечать цели в ручном режиме – а Пъю вообще все цели маркировал одинаково-нейтрально, не имея ни единой боевой подпрограммы в принципе! И такие показатели демонстрировались со стационарной позиции, в движении ведение огня – то есть, точность стрельбы – получалось на порядок худшим... Ал просто не успевал самостоятельно следить за дорогой и управлять одновременно и движением, и огнём! Соответственно, на первое место в смысле безопасности выступила необходимость установки пусть паршивой, но нейросети. Без неё, причём достаточно высокого ранга, с возможностью слияния, либо придется пользоваться только частью возможностей машины, либо нанимать пару бойцов в экипаж – и сразу на первый план выходит обеспечение верности этих бойцов… И так, и наоборот – плохо. Ал не собирался устраивать общежитие в своей машине, но безопасности она владельцу пока не гарантировала… Нет, другим путём решения задачи являлась установка специализированного военного искина-стрелка с пакетом соответствующих программ, вкупе к военного класса сканеру с программой селекции целей… угу, прям на Свалке таких искинов – хоть корзинами собирай! Учитывая, что при разборке боевых платформ первое, что демонтируется – это именно искины…
К завершению мародёрки Ал едва мог шевелиться, и когда наконец полностью закончил сбор трофеев, включая непонятный комбез последнего убитого Караши (ну да, повозиться с очисткой пришлось – но то, что сканер эту броньку вообще не «видел», стоило и не таких усилий) – в машину он не столько влез, сколько вполз. Включив двигатели, тронул бронегрузовик с прицепленным к нему жёсткой сцепкой вездеходом, и начал понемногу двигаться прочь от выжженного взрывом места последней стоянки старого бота, до конца исполнившего свое предназначение – спасать своих пассажиров... пусть и несколько экзотическим, для медэвакуатора, методом! В этот вечер Ал сумел отогнать машину на сотню километров в сторону, чуть углубившись в опасную зону, с, возможно, не полностью деактивированными боевыми системами кораблей, загнал сцепку между какими-то обломками – и вырубился прямо в кресле пилота.
Очнулся искатель только на вторые сутки, чувствуя себя крайне мерзко. Боевые стимуляторы в принятых неподготовленным организмом дозах не могли не сказаться… Тело затекло так, что несколько минут не удавалось даже сползти на пол – суставы отзывались болезненным «скрипом», мышцы сокращались, казалось, совершенно произвольно, язык распух настолько, что едва вмещался во рту! Где-то через четверть часа Ал смог передвигаться целенаправленно. Ближайшие полчаса пришлось, спотыкаясь и матерясь, разыскивать флягу с водой – только чтобы после обнаружения (и пятиминутной ругани каркающим хрипением) узнать, что вчера (или позавчера?) он забыл поставить флягу на сбор воды; пришлось разыскивать следующую…После того, как с литр воды буквально провалился в желудок и мышцы, казалось, впитали влагу прямо оттуда, минуя все промежуточные стадии – проснулся дикий голод! Живот скрутило болезненными спазмами, трясущиеся пальцы дважды промахивались в попытке поддеть замок контейнера с пищевыми рационами (хорошо ещё, не пришлось этот ящик разыскивать)… Следующий час Ал жрал. Не ел или принимал пищу – именно жрал, уничтожив два с половиной пайка в один подход (офицерскую кашу заедал солдатским брикетом и умолотил полтора брикета!) и выхлебав более литра воды сверху – пришлось сливать из трёх фляг, заполнившихся за этот час едва на десятую часть, да ещё вскрыть ёмкость из НАЗ-а! И только после этого обжиралова искатель немного пришёл в себя – то есть, вернул себе способность мыслить логически и абстрактно... Утро выдалось солнечным (что неудивительно) и тихим (что, наоборот, практически эксклюзив). Ветра почти не было, и горы вдали выглядели необычно яркими и отчётливыми. Машина стояла на сравнительно пустой площадке размером в половину баскетбольного поля, прикрытая с трёх сторон сваленными один на другой обломками корпусов кораблей. Ничего необычного (и интересного с точки зрения демонтажа) сканером не фиксировалось – насколько хватало его мощности. Ал посидел ещё минут пять в водительском кресле, а затем развернулся (вместе с креслом) и, с некоторым трудом поднявшись, отправился в жилую зону кабины.
Чем-то этот броне-шушпанцер напоминал грузовик-дальнобой премиум-класса. Просторная кабина составляла единое целое с жилым модулем, не менее четырёх метров в длину и шириной во весь корпус машины. Вдоль одной из стенок модуля располагались последовательно: санитарный блок, имеющий в своем составе душевую кабинку, объединенную с унитазом (как в дешёвых ночлежках на Земле – сидишь на унитазе и поливаешь себя водичкой); пищевой синтезатор очень средненького класса, но уже с возможностью настройки выдаваемых блюд по вкусовым качествам и консистенции (самые примитивные пищематы, устанавливаемые в тех же ночлежках, социальных центрах и прочих похожих учреждениях, выдают только однообразную кашу-мюсли, по плотности схожую с «манкой-в-комочках»; три клавиши на панели таких кормильников – кисловатая, солоноватая и, соответственно, сладковатая каша, абсолютно одинаковые по составу) с набором картриджей, и небольшой подъёмный столик в окружении кресел-трансформеров, могущих складываться и убираться в стены и пол вместе со столом; в самом углу оставлено приличное свободное пространство, при взгляде на которое Ал почему-то сразу подумал о медицинском блоке. Пространство было как специально приготовлено для установки лечебной капсулы и сопутствующего оборудования – тесновато и неудобно получится, но вполне реально. Под противоположной стеной выгорожено что-то вроде рабочего кабинета напополам с вторым рабочим местом, но ориентированным больше на удалённое управление чем-либо – судя по нескольким экранам, предполагалось организовать пульт боевого контроля; причём оборудование оказалось установлено только частично – вероятно, планировалось организовать дублирующее ручное, но почему-то от этой идеи отказались… Между «кабинетом» и «пустым местом» (или будущим медблоком) нашлась небольшая дверь-люк в грузовой объём кузова – не то чтобы скрытая, но почти не выделявшаяся на фоне стены ни цветом, ни фактурой, ни дизайном. А ближе к кабине, условно отделённой от жилого блока шкафами-ширмами – с разнообразными расходниками – и санкабиной, располагалась отделяемая от прочего пространства сдвижными роллетными перегородками (сейчас убранными) кровать. Причём кровать-трансформер – можно было, опустив верхнюю полку, получить лежбище шириной метра полтора, а то и больше, а можно и спать на чем-то вроде боковых полок в плацкартном вагоне, чуть пошире, естественно, зато в два яруса – видимо, Лой сам не знал, с кем он будет рассекать просторы Свалки на этом грузовике… или и вовсе не для себя машинку готовил.