Страница 7 из 12
– Ну, какие, красноперые, понятное дело. Или ты еще и на китайских ментов работаешь, а?
– Чот я тебя не понимаю, брат.
– Какой же я тебе брат? Твои братья в ментовке работают... Ну, чего стоишь? Бери телефон, иди ментам звонить. Стук-стук-стук, Лысый приехал, можно вязать...
В дом зашел Мурат:
– А у него в натуре весь огород коноплей засеян.
– Что ж ты, урод, другана своего за дурь продал! – хищно сверкнул взглядом Гоша.
– Братан, ты не так понял, – засуетился Кирпич. – Я не собирался тебя сдавать. Это чтобы они меня отпустили... Я сейчас высплюсь и за кордон пойду... Ты же со мной, да?
– Откуда ты знаешь, что мне за кордон нужно? Менты напели?
– Да нет... То есть они говорили...
– Что говорили?
– Ну, что ты дел в Хабаровске натворил. Ко мне приехали, сутки в кондее продержали...
– А может, в петушатнике, а? Может, ты петухом стал?... Чмо ты позорное, Кирпич. Мой тебе совет, сам – застрелись!
– Не из чего ему стреляться, – небрежно усмехнулся Мурат. – Все пропил, тварь... Пусть лучше вешается...
– И то дело, – кивнул Гоша.
Пока он давил на Кирпича взглядом, Мурат тихонечко зашел к нему со спины и ударил кулаком в шею. Петлю свили из обычной веревки; вешали предателя без мыла, насухую...
– Пусть повисит, подумает над своим поведением, – глумливо осклабился Мурат.
– Его душа уже, наверное, в Китае, – хмыкнул Гоша.
– А может, уже в Индии... Или в Египте...
– Почему в Египте?
– Потому что козел там – священное животное.
– Тогда в Египте. А нам в Китай надо. Или в Корею... Спешить пока не будем. На дне бы пару-тройку деньков отлежаться...
– Где такое дно взять?
– Что-нибудь придумаем...
Весь день Гоша провел в поисках какого-нибудь тихого местечка на берегу тихоокеанского залива. Живописные места, морской воздух, впереди, возможно, жаркое лето. Искал, но так ничего и не нашел, пока случай не привел его в мотель на скалистом морском берегу. Бревенчатые домики, кафе с большой верандой. Они остановились там только для того, чтобы перекусить, но, пока накрывался стол, Гоша подошел к администратору гостиницы.
– Привет, красивая, – с несвойственной ему любезностью улыбнулся он, разглядывая привлекательную женщину в брючном костюме.
Не молодая уже, далеко за тридцать. Но выглядит чертовски соблазнительно. Ухоженный вид, искушающий запах дорогого парфюма и зрелой женщины. Худенькая, стройная, и грудь еще, похоже, такая же стойкая, как два оловянных солдатика...
– Здравствуйте! – приветливо улыбнулась женщина.
Если ее и смутило фривольное к ней обращение, то виду она не подала.
– Как бы у вас номерок снять?
– Вам какой, четырех-, двух – или одноместный?
– Трое нас.
– Тогда четырехместный. Тысяча рублей в сутки...
– А ничего, что я паспорт дома забыл?
– Ну что ж, бывает.
– Можно без паспорта?
– Да, конечно...
– А номер посмотреть?...
Номер занимал половину самого дальнего от дороги дома. За окнами – бесконечная океанская гладь, накрытая со стороны горизонта тяжелой грозовой тучей. Комната квадратов тридцать, четыре койки, шифоньер, телевизор, ковер на полу. Стены обшиты вагонкой – запах свежего дерева. Даже санузел здесь был и душевая кабинка. И хозяевам, похоже, наплевать, кто у них гостит. А еще за дом можно будет поставить машину, чтобы ее не было видно со стороны шоссе. Можно подогнать прямо к окну, которое в случае чего могло послужить запасным выходом... К тому же Гоша очень устал, ему нужно было хорошенько отдохнуть. Ну и то, что прислуживать ему будет хорошенькая администраторша, тоже много значило. В таком возрасте женщины бросаются на мужчин, как кошки на корень валерьяны...
Он вернулся к стойке с сияющим лицом. Чтобы не вызывать подозрений своим видом, нужно было прятать свою уголовную сущность. Они с друзьями обычные туристы из Владивостока, им нравится путешествовать, любоваться красотами природы и все такое...
– Хороший номер. Мы, пожалуй, возьмем на пару суток...
– Будем очень рады видеть вас у себя в гостях, – улыбнулась женщина.
– Насколько рады? – Ухарски подмигнув ей, Гоша взял ее за руку, чтобы поднести к ней губы для галантного поцелуя.
– В пределах этикета, – мягким тоном сказала она и жестким движением высвободила руку.
– Извините, если обидел.
– Ничего.
– Просто вы такая красивая.
– Я знаю. Муж мне каждый день об этом говорит.
– И кто у вас муж?
– Хозяин этой гостиницы. И волшебник по совместительству.
– И он превратит меня в крысу? – блеснул своими культурными познаниями Гоша.
Это было несложно. В СИЗО и в лагере он смотрел телевизор и, конечно же, видел фильм «Обыкновенное чудо».
– Совершенно верно. – Амнистирующей улыбкой она дала понять, что легкое недоразумение исчерпано.
– Ну, тогда я буду послушным мальчиком.
– Я вам верю.
Гоша заплатил за два дня. Вернулся на веранду кафе. Стол уже накрыт, на его половине дымится в тарелке борщ. Потемнело небо, поднялся холодный ветер, холодно на террасе, но не хотелось ему суетиться, переезжать в закрытый зал.
– Холодает, – поежившись, сказал Витек.
– Ничего, сейчас согреешься. Похаваем, а потом в номер, водки возьмем, расслабимся чуток...
– Какой номер?
– А нас на постой взяли. Без всяких ксив. Два дня отдыхать будем...
– Ты гений, в натуре, – обрадовался Мурат. – Глаза уже слипаются, ехать не могу...
– Только это, короче, без всяких залупонов, ясно? Тетка здесь ничего, нормальная, но если рога бросать будем, может и в милицию звякнуть...
– Ну, тетку и приручить можно, – похабно осклабился Мурат.
– Даже не думай.
– Чего?
– Муж у нее волшебник, гы. В крысу тебя превратит...
– Ты это серьезно? – озадаченно протянул Витек.
– Ну да, это ж его гостиница. И водку мы у него покупать будем. Ты, Витек, сейчас нажрешься и снова в крысу превратишься...
– Это я могу, не вопрос.
– Тут главное – не переборщить. А то как бы самого мужика не превратить.
– В кого?
– В жмура!
– Может быть, потом, когда уезжать будем. А сейчас отдыхать. И чтобы без приключений, ля...
Отобедав, Гоша купил четыре бутылки водки, сыра-колбасы на закусь и вместе со своими дружками закрылся в номере. Казалось, что двух литров им хватит на один зуб, но уже после второй бутылки его потащило в сон. Чтобы хоть как-то взбодриться, он попытался запугать себя грозовой стихией, буйствующей за окном, но бесполезно. Он уже засыпал, когда Мурат протянул ему папиросу с травкой:
– Взорвемся?
– Откуда гаш?
– Да какой гаш? Так, листья...
– У Кирпича план взял?
– Ну да, в огороде...
– А что, цвет был?
– Да нет, рано еще... Но попробовать можно.
– Давай.
Как и предполагал Гоша, косяк оказался слабым. Сплошной лист, к тому же непросушенный.
– Дерьмо! – скривился он.
– Не знаю, мне по кайфу, – качнул головой Мурат. – А тебе как, Витек?
– Пока не цепляет, а там посмотрим...
– Ну и смотрите. Чтоб ни одного листочка не осталось.
– Почему?
– Потому...
В голове теплилась смутная догадка, что из-за травки, которую Мурат взял с собой, менты смогли бы пришить им убийство Кирпича. Сверили бы его коноплю с той, которая росла на огороде, и привязали бы их к трупу... Но говорить об этом не хотелось. Во-первых, не поймут. А во-вторых, сил уже нет шевелить языком. Будь что будет. Спать, спать...