Страница 48 из 90
— Жульничаете? — скрестила руки Катарина, когда принцесса ушла смывать грязь со своего тела.
— Немного, — расслабился я на стуле.
Синяя не будет развивать эту тему, ведь у многих уже набралось по двадцать очков. И маленькая циферка пять у Миры выглядит несолидно.
— Ты хочешь что-то сказать? — любовался я потолком.
— Да… — Кат видела мое состояние. — Приходили посланцы Порядка, госпожа Сесил хочет тебя видеть.
— Ай, — скучающе бросил я. — Благодарность — это, конечно, хорошо, но…
— Вообще-то мне передали: «Диего заговорил». — Она даже записала эти слова.
— О! — резко встал я на ноги. Свеж, бодр и хочу его допроса. — Что же ты раньше молчала? — легкая издевка.
— Э-м-м, — нахмурилась моя заместительница.
Полувеликан сидел в камере, в маленькой пустой комнатке, одной из пяти в ряд. Небольшая тюрьма была выстроена прямо под поместьем Порядка. Диего трясло, он боялся, был готов заплакать. Требовал, чтобы его несостоявшаяся цель пришла к нему. Хотел разобраться.
— Э-этого не может быть, — смотрел он на свое предплечье. — Н-не может.
Еще утром на грубой коже, как и у любого гражданина Солнечной, красовался эпиграф. Магический документ, подтверждающий личность. Эти символы нельзя было срезать, нельзя прижечь, ведь они проникали глубоко в тело носителя и оставались даже на костях.
Но вот Диего смотрел на то самое место и ничего не видел, эпиграф испарился. Сколько бы раз здоровяк ни проводил пальцами, пытаясь вызвать плавающие буквы… Пустота. Страх парализовал его, сковывал. Кто прокрался к нему в камеру? Кто стер то, что невозможно стереть?
Кто дал заказ на Корнара?