Страница 11 из 12
– Ив, мэм, пульсар нам тут точно не помощник. Нейтронная пушка – то, что надо… Давайте жахнем! В конце концов мы ж на «Экскалибуре» или где!?
Услышав это от Ньюты, Ив очень сильно приободрилась. Вернулось то самое чувство «локтя», на которые их натаскивали в академке и закрепляли на практике.
– Всей команде! Приготовится к выстрелу из нейтронной пушки!
Что такое выстрел из нейтронной пушки, да еще и по цели в «шаговой доступности» все представляли. Можно попасть в собственноручно созданную черную дыру и скукожиться до размера подшипника.
На мгновение 95-тысячетонная «туша» крейсера как бы замерла в пространстве в предельно допустимой близости от приближающегося планетоида, покрытого множеством камней-спутников больших и малых, как роем мошек, вьющийся вокруг. Из жерла на «острие меча» стремительно вылетел черный шар, покрытый всполохами электро-разрядов и окутанный ярким ореолом газообразной плазменной оболочки. Этот шар стремительно полетел в сторону планетоида, «расталкивая» камни поменьше, и теряя по пути свою защитную «корку» из плазмы. Через несколько секунд он полностью исчез из сенсоров корабля заменив себя «белым шумом» помех на проекции в командном отсеке.
– Полный реверс! – сделав глубокий вздох, громко скомандовала Ив.
Малый звездный крейсер «Экскалибур», преодолевая притяжение астероида-«переростка», как бы с натягом, через силу, начал движения обратно. Корабль сильно трясло в попытке вырваться из гравитационных «лап» планетоида. В «спину» по касательной лупанули сразу несколько среднего размера астероидов, двигавшихся на встречу неизбежности, влекомые гравитационными силами в том же магнитном потоке. Они вызвали сильную, но кратковременную встряску крейсера Помехи в проекции окончательно исказили «картинку». Все бортовые сенсоры словно взбесились. ИИ «Говорун» пытался что-то сказать, но «динамик» захлебывался.
– «Говорун, связь через нейро-канал!» – мысленно «проорала» Ив.
– «Капитан, контакт нейтронного заряда через 6 секунд!» – выдал Говорун, который с самого момента выстрела отслеживал время.
– «Говорун, отсчет!»
– «5 … 4 … 3 … 2 … 1»! – звонко и четко прозвучало в уме Ив.
– «Ускорители полный вперед! Маневровые – сохранять положение в магнитном потоке!» – мысленно скомандовала Ив.
Образовавшаяся черная дыра на месте пульсирующего нейтронного заряда в мгновения поглотила планетоид и, имея очень маленький период «жизни», тот час исчезла сама. Образовавшееся «крошево» в виде сотен тысяч камней разной величины обрушилось в сторону «Экскалибура». Но включившиеся в момент детонации нейтронного снаряда основные ускорители корабля унесли звездный крейсер в пространство, бывшее некогда самым центром планетоида. Таким образом он избежал большинства столкновений, отделавшись легкой «барабанной дробью» по бортам.
– «Классика никогда не подводит! Кто молодец – я молодец! Ив, ты, как всегда, на высоте! И, как всегда, спасаешь положение! Видел бы меня сейчас отец, он бы гордился!»
– «Э-э-э. Сэр. Мэм. Ив, у вас нейро-линк в режиме связи… Мы тут немножко всё слышим. Искренне и очень рады за вас и вашу самооценку, кэп» – смешок прокатился в «эфире» нейро-канала.
Ивьерра тотчас отключила нейро-обруч, но красный румянец легкого стыда на лице, к сожалению, нельзя было так же легко «выключить». Корабль, тем временем, продолжал движение, соскочив в соседний магнитный поток, к предполагаемому источнику сигнала.
– Капитан, входящий от Арклайта. Вывести? – вышел на громкую связь «Говорун».
– Да.
– Мэм, теперь мы получаем множественные сигналы. Я просчитал их отклики. К сожалению, «живых» тут нет. Все, что мы уловили – это мимолетно-угасающие отражения. И, к сожалению, все они сильно искажены – Арклайт говорил с нескрываемой грустью.
– Есть шанс, что сигнал выбрался за пределы этой системы? – настойчиво искала ответ капитан.
– Я не знаю. То, что мы приняли за источник, и на который клюнули, был всего лишь закольцованным отражением в пределах пересекающихся магнитных потоков.
– И как быстро ты в этом разобрался? Почему только сейчас? – продолжала допытываться Ив.
– Активность на звезде помогла. Мы потеряли этот якобы основной источник сразу после импульса. И теперь приборы фиксируют множественные «отголоски» – подытожил Арклайт.
– Все ясно – с нескрываемой грустью и разочарованием сказала Ив, – Что-то можешь предложить?
– Я думаю над этим, капитан. Делаю расчеты. Как только что-то будет – сразу дам вам знать. Но, к сожалению, шансы не велики.
– Как закончишь – сообщи. Конец связи.
Ив отключила коммутатор и задумалась. Тем временем «Экскалибур» продолжал движение в магнитном «течении», повинуясь аномальной гравитации звезды. Астероидов-гигантов на «горизонте» более не наблюдалось. Все остальные камни двигались по тому же «течению», что и корабль Ив, и не представляли никакой опасности. Гигантское оранжевое светило грело сильно, но тепло-отражатели крейсера лихо справлялись со всеми этими мегаджоулями инфракрасного излучения. Высокая орбита звезды держала крейсер на относительно безопасном расстоянии. На проекции высветились расчеты заряда топливных элементов основного ПВК-ВК двигателя, а так же цифры прохода по орбите звезды до апоцентра при движении в выбранном магнитном потоке. Нужна была ближайшая безопасная координата выхода из пояса астероидов, чтоб беспрепятственно покинуть систему. Ив отвлеклась на цифры, увеличив их на проекции.
«Сколько!? 15.45 суточных циклов!? Хм … Тогда имеет смысл обсудить план дальнейших действий».
– Говорун, объяви общее собрание членов экипажа в кают-компании через 15 минут. Давно уже пора было позавтракать… Управления крейсером оставляю на тебя.
– Вас понял, капитан… Собрание объявлено. Отказов не выявлено.
Экипаж
Ив вошла в отсек приема пищи, отдыха и переговоров последней с небольшим опозданием. Ее задержал червь-симбионт, который слишком увлекся накидыванием идей, что делать дальше. Все-таки более 15 суточных циклов им болтаться на орбите пока они не смогут обернуться вокруг светила и безопасно выйти из магнитных полей притяжения, чтобы покинуть систему. Был, конечно, шанс, что сенсоры обнаружат что-то еще, что резко изменит обстановку.
– Капитан в каюте! – произнес Арклайт, заметив Ив, и тут же привстал.
Остальные 4 члена экипажа последовали его примеру, когда в каюту вся в раздумьях вошла Ивьерра.
– Вольно – махнула она рукой, разрешив всем расслабится и усесться поудобнее.
Ив также села за стол, за свое капитанское место как бы во главе. Она окинула собравшихся взглядом. Тут были все: Эреми, Бьондэ, Бореслав, Арклайт, Ньюта, ну и сама Ив.
– Бьондэ, можешь снять маску. Мы не скажем капитану, что у тебя свищ на лице – басовита и гулко высказался один из сидевших.
Легкий смешок прокатился после этих слов Бореслава.
Сидящая в маске на лице Бьондэ, была миниатюрная худенькая и даже, как бы, совсем хрупкая девушка. Она большей частью молчала и смешки в свой адрес как бы игнорировала. Дело в том, что она была из спец-отдела. По уставу им было запрещено открывать свое лицо без согласования с руководством или острой на то необходимости.
Чтоб скрыть его, чаще всего использовалась полная маска лица так, что видны были только глаза. Возможно поэтому резко выделяющиеся на фоне темной маски светло-зеленые они казались большими и очень выразительными, словно глаза кошки. Еще, по уставу, офицеры спец-отдела могли в любой момент, получив особый приказ, выйти из подчинения капитана и даже взять управления корабля в свои руки. С самого момента своего появления на борту над ней непрестанно подшучивали по поводу маски и ее «спецкости». Иногда Ив думала, что таких морально устойчивых членов экипажа ей специально навязывают, чтоб молодая малоопытная команда могла разрядить гнетущую обстановку и снять напряженность длительного пребывания в космосе. И, да, Бьондэ была единственным членом экипажа, принудительно назначенным на ее «Экскалибур». Здоровенного увальня, который больше всех усердствовал в остротах над Бьондэ, звали Бореславом.