Страница 17 из 22
Она стонет в поцелуе, трахая меня языком. Одна ее рука на моей шее, а то время как другая пробирается вниз, крепко обхватывая мою задницу. Ее ногти скребут по моей ягодице, и я стону, увеличивая скорость толчков.
При первом же сжатии ее киски вокруг моего голого члена я кончаю. Все мое тело искрит, как динамитная шашка. Глубоко зарычав, я разрываю наш поцелуй, мои руки хватают ее за бедра.
Я хочу большего. Хочу быть погребенным в этой девушке невероятно глубоко, когда кончу. Хочу стать частью ее.
Я откидываюсь назад, закидывая ее ноги себе на плечи.
— О боже.. — кричит она, рот открыт, будто она задыхается.
Ее киска сжимает меня до невозможности крепко. Она так отзывчива ко мне, так прекрасно реагирует на прикосновения. Я обхватываю руками ее бедра, крепко сжимая их и удерживая ее на месте.
— Не смей останавливаться, — кричит она. — О боже, я уже скоро — ты так глубоко..
— Я знаю, детка, знаю, боже.. — Я весь дрожу, мой член вонзается в нее, владеет ею, а бедра отдают ей все, что у меня есть. Мое сердце колотится. Я не могу больше сдерживаться. Черт, я хотел, чтобы сначала кончила именно она. — Детка, я не могу, я собираюсь..
— Сделай это, — кричит она. — Войди в меня. Ахх… — Она снова сжимается вокруг меня. — Сейчас..
И я делаю. Моя спина выгибается, и я кричу, разряжаясь в ее тугую киску. Это самое невероятное ощущение, когда она принимает меня целиком, сжимает так сильно, и я знаю, что она тоже кончает.
Я дрожу, чувствуя последние судороги члена глубоко внутри нее. Она задыхается подо мной, ее грудь вздымается и опускается. Мы оба вспотели и дрожим. Я ослабляю хватку на ее ногах и они падают на кровать. Изменение угла наклона заставляет мой член снова дернуться.
Я выхожу из нее, и мы оба стонем. Мое тело чувствует себя так, будто абсолютно не имеет доступа к кислороду, как будто внутри меня внезапно спустило колесо. Я даже не пытаюсь вывернуться, просто опускаюсь на нее сверху, между ее бедер, и кладу свою голову на ее живот.
Она удовлетворенно вздыхает, ее руки лежат на моих волосах. Я слегка сдвигаюсь, пока не устраиваюсь поудобнее. Ее соски радуются тому, что на них лежит шатер из моих рук. Она проводит пальцами по моей коже головы, и я тяжело выдыхаю.
За окнами гостиничного номера бушует гроза, дождь хлещет по стеклу. Гром все еще гремит, но теперь, кажется, звучит гораздо дальше. Огни города светятся, и поздний вечер становится похож на ночь.
— Останься со мной на ночь, — шепчет она.
— Останусь.
Как будто я мог бы быть где-то еще?