Страница 4 из 19
Она тут же послушно обхватила его за шею, словно дикий испуганный котенок, впившись пальцами и коготками в его мундир и эполеты. В этот миг карету дико закачало, и Александр стремительно ухватил девушку за талию и мощно дернул. Ткань оборвалась, и девушка наконец притиснулась к его груди. Быстро выпрямившись, он перекинул ногу через подоконник и утянул незнакомку внутрь дома, видя, как карета сильно накренилась.
Когда Ирина ощутила под ногами твердый пол, она облегченно выдохнула и выпалила в лицо молодому человеку:
— Благодарю вас, сударь! Если бы не вы…
— Пустое, — улыбнулся он, убирая руки с ее стана и чуть отступая.
Продрогшая, Ирина обхватила себя руками, все еще не веря, что спасена от страшной стихии. Она обратила взор в распахнутое окно, видя, как карету подхватило течение и понесло далее по улице вместе с мертвой лошадью. Она нахмурилась, безумными глазами смотря на полосатую будку часовых, которая пронеслась мимо, а за ней скулящую черную собаку в воде, которая пыталась всплыть на поверхность, отчаянно карабкаясь на плывущее рядом бревно. Нева же бурлила, неся свои воды и сметая все преграды на своем пути.
Ветер задувал внутрь и нещадно трепал волосы молодых людей, заливая лицо ледяной моросью.
— Вы бы отошли от окна, — предложил Измайлов, оглядывая с интересом девушку и видя, как ее глаза блестят от слез. — Не надо на это смотреть.
— Как вовремя вы увидели меня, — лепетала она, как будто в забытьи, не слыша его слов и не отрывая безумного взора от улицы. — Я думала, что всё…
— Не надо так говорить. Где ваш кучер?
— Его смыло водой, — ответила она, переводя влажный взор на молодого человека, и по ее щеке покатилась слеза. — Бедный Игнатий… и лошадь… она тоже…
— Не плачьте только, — нахмурился Измайлов, рассматривая девушку более тщательно и отмечая ее приятное лицо с бархатными карими глазами. — Теперь же все хорошо.
— Как же хорошо? — возмутилась она. — Когда весь этот ужас на улице? Игнатий наверняка утонул.
— Ваш кучер мог зацепиться за что-нибудь, возможно, он сумеет выжить, не надо его заранее оплакивать. Но лошадь — да.
— Я и говорю — так страшно всё это…
Раздался громкий вопль откуда-то издалека. Ирина невольно обернулась к окну, и они оба увидели, как на противоположной стороне улицы за погнутый фонарный столб держится молодой парень, по пояс в воде. Он что-то дико кричал от страха. В следующую минуту небольшая барка, видимо, сорванная с якоря, несущаяся по волнам, налетела на этот столб и на миг скрыла его своей широкой бочиной. Спустя минуту волна понесла барку дальше, а на столбе более никого не было.
— Боженька, как же это?! — выпалила в неистовстве Ирина, схватившись дрожащими руками за мокрый подоконник и пытаясь рассмотреть в бурлящей воде несчастного парня.
Из ее глаз градом брызнули слезы.
— Прекратите туда смотреть! — вспылил Измайлов, видя, что девица до невозможности чувствительна и эмоциональна. — Сами же себя нервируете!
Он властно оттащил ее от окна, развернув к себе.
— Вы кричите на меня? — опешила она, смотря ему в лицо и смахивая со щеки соленую влагу.
Она сказала это так несчастно и пораженно, что Александр даже стушевался под ее горящим взором и немедля убрал руки от ее стана.
— Простите, сударыня, я погорячился, — извинился он и уже более спокойным тоном наставительно заметил: — Но все же не стоит смотреть туда. Вы здесь, уже в безопасности.
Пару раз моргнув, девушка медленно кивнула, соглашаясь с ним.
— Могу я узнать ваше имя? — спросил он.
— Ирина, — ответила она и быстро опустила глаза вниз, видимо, смутившись.
— Измайлов Александр Григорьевич, поручик Семеновского полка.
— Очень приятно, — улыбнулась вымученно она, отряхивая платье. И, бросив быстрый взор на лицо молодого человека, ответила: — Ирина Николаевна Трубецкая.
— Вы дочь сенатора Николая Николаевича?
— Да, старшая.
— Ммм, понятно, — ответил Алекс тихо, понимая, что дочь сенатора явно не его полета птица.