Страница 57 из 97
Вечер прошел не слишком весело, но вполне нормально для первого раза. Потом, я думаю, будут и музыка и танцы. И народ себя будет чувствовать более раскрепощенным. Хотя я так и не понял, нравится мне это или нет. Но женщинам понравится – это точно, а значит, они нашему брату меньше на мозги капать будут.
Вилли проводили в его комнату. В одну их лучших гостевых. С отдельным санузлом. С унитазом и умывальником. Ванны там, правда, не было, но ее и нигде, кроме как в моей спальне, не было. Но теперь, думаю, мода на ванны пойдет, даже побежит. Ами наверняка похвасталась ванной перед своими подругами, и те теперь не слезут со своих благоверных, пока не добудут себе такую же. И это хорошо. Сначала благородные, потом богатые горожане, а потом пойдет-поедет по всей Европе. Может, и не будет всех тех страшных эпидемий и моров. Дай-то бог. Хоть одно в этом мире я сделаю хорошее.
А потом была наконец спальня. Вернее, началось все еще в ванне, а продолжилось уже в постели. Да, здорово же я по Ами соскучился… Да и она, похоже, тоже. Несмотря на мой не особо крепкий организм, мы не могли успокоиться чуть ли не до утра. Угомонились только, когда оба могли лишь чуть шевелиться. Но встал я, как всегда, до зари. И только вышел из ванной, как Ами меня опять затащила в постель. А, гори оно все синим пламенем – могу я раз в жизни поваляться в постели? Мы и провалялись до самого обеда. И не только валялись. И откуда только силы взялись… Зато на обед пошли с огромным удовольствием. Есть и в самом деле очень хотелось.
Настроение попытался испортить Вилли. Он стал требовать, чтобы я сурово наказал какую-то простолюдинку, посмевшую поднять на него руку. Это было и в самом деле серьезно. Дотрагиваться простолюдину до благородных в это время нельзя. Даже просто дотрагиваться. Если только с их разрешения. Недаром у королей там или герцогов даже горшки выносили дворяне. И как-то эти должности именовались, и ими даже гордились. А уж поднять руку на благородного, тем более аристократа такого ранга? Пришлось разбираться. Оказалось, что Вилли сунул свой любопытный нос в пороховой цех. Мало того, он еще умудрился цапнуть за задницу Эльзу. Ну и тут же схлопотал поленом в лоб. Не ожидавшего такого Вилли тут же повело, и девчонки, там работавшие, просто выпихнули его из цеха. А на прощание наградили несколькими пинками пониже спины.
Я еле сдерживал смех. Ами вообще прикрыла руками лицо и тихонько хихикала. А Грета покраснела и выскочила из-за стола. Да, нехорошо получилось…
– Извините, ваша светлость, но это я виноват. Я вас забыл вчера предупредить, что в некоторые помещения замка вам ход заказан.
– Почему?
– Там изготавливают особо ценные доспехи.
– Что за доспехи, ваше сиятельство? – тут же заинтересовался он.
– Вы, наверное, слышали, что я продал комплект доспехов королю Франции за две тысячи фунтов серебром. Вот такие доспехи там и изготавливаются. И туда вход запрещен всем под страхом смерти.
– Но там работают одни женщины…
– Конечно, одни женщины, ваша светлость. Им привозят уже готовые детали, а они их подгоняют. Только с женской усидчивостью и аккуратностью это и возможно. Хорошо, что у них под руками не оказалось ничего острого, а то бы убили. Это ведь мой приказ, и они должны его выполнять. Придется мне с ними разобраться.
– Да ладно вам, граф, они же действовали по вашему приказу…
– Вы не поняли, ваша светлость. Им предписывается носить кинжалы, и они должны были заколоть всякого постороннего, проникшего в их мастерскую, а они вас просто вытолкнули. За это придется им всыпать плетей.
– Вы хотите их выпороть за то, что они не убили меня?
– Да при чем здесь вы, ваша светлость. Вы же помните: закон это закон. Ну ладно, давайте обедать.
После обеда Вилли отправился к себе, ставить примочки на свою шишку. Мы немного посмеялись, и я пошел в цех. Надо было успокоить Эльзу. Она, небось, и сама уже извелась, когда узнала, кого отоварила поленом.
Эльза была все такая же серьезная и строгая. Но глаза ее все-таки выдавали. Нет-нет, а там проскальзывают то ли страх, то ли какая-то беспомощность. Я ее поманил в конторку. Закрыл дверь, притянул к себе и крепко поцеловал. Она повисла у меня на руках.
– Молодец, девочка. Я очень доволен тобой.
– Ах, ваше сиятельство, как я боялась, что теперь-то вы меня точно выгоните!..
– Не волнуйся, Эльза, не выгоню.
– Я так скучаю. Хоть иногда видеть вас, хоть дотронуться…
– Я тоже скучаю, Эльза. Но такова жизнь. Может, в дальнейшем у нас и будет что, но я не хочу тебя обнадеживать.
– Ничего, я подожду. – И она счастливо улыбнулась.
– Ну все, пойдем.
Мы вышли в цех. Я походил по нему еще немного и ушел. Вот ведь черт. Люблю ведь Ами, а все равно к Эльзе тянет. Вот бы их совместить: нежную и прекрасную Ами и целеустремленную и деятельную Эльзу. Вот сплав получится… Хотя лучше не надо. Такая Ами-Эльза меня быстро в бараний рог согнет. Нет уж, нет уж. Пусть лучше они по отдельности будут. А я уж сам с собой как-нибудь разберусь.
На следующий день поехали с Вилли в город. Вот тут он полностью завис. Он крутил вокруг головой и не переставал удивляться. И было от чего. Все улицы чистые. На подоконниках и балкончиках в деревянных ящиках растут различные цветы. И пахнет – не тем, чем, по-видимому, в его Дюссельдорфе, а цветами. Он думал, что так только в центре, но мы объехали город из конца в конец, и везде было одно и то же. Зашли в небольшой трактир. Выбрал я, конечно, самый лучший. Тихо, спокойно, белые скатерти на столах, в маленьких вазах – полевые цветы. И люди сидят. Кто-то ест, кто-то просто беседует. Выпили с ним по бокалу вина. Очень хорошего вина. Кстати, рейнского. Из его герцогства его же купцы и таскали. Посидели немного, поболтали. Он спросил, где его рыцари.
– Да я откуда знаю, ваша светлость, – я им что, нянька? Их оставили в таверне перед городом. В одной места не хватило, так что их распределили по нескольким. Деньги у них были, никто их не грабил. Доспехи и оружие отобрали, это да, а вот деньги, что у них при себе были, не тронули. Так что могли привести себя в порядок и живут, может, уже где-нибудь в городе.
– А могу я их посетить?
– Да пожалуйста. Только надо выяснить, в каких тавернах их оставили. Приедем в замок, там и выясним. Только учтите, после тех таверн опять придется и мыться и одежду в порядок приводить.
Мы еще посидели, потом еще покатались по городу. Он очень удивлялся, что на улицах так мало всадников. Когда я ему ответил, что по улицам города передвигаться на лошадях может ограниченное количество людей, да и то только по делу, он вообще обалдел.
– А как же мы?