Страница 27 из 78
Ага, действительно. Просто феноменально. Но ты тоже хороша, подруга. Пошла с пьяным мужиком в тамбур. Чего еще ожидала? Букет фиалок и стихи при луне?
Мы вернулись на свои места. Я уложил девушку спать. Вагон погрузился в темноту. Я лежал с закрытыми глазами.
Вскоре пришел Гена. Временами покашливал. Ворчал, что завтра порвет меня, как Тузик грелку. Потом улегся и захрапел. Ну хорошо. Интересно, завтра он вспомнит этот случай? Или нет?
Утром я проснулся еще затемно. Сидел на своей полке, медитировал. Отрабатывал мысленно удары и блоки. Очень эффективное упражнение, кстати. Не хуже, чем работа вживую.
Потом умылся. И вернулся к себе. Оля тоже проснулась первая.
— А я видела, как ты сидел с закрытыми глазами, — шепнула она, тоже придя после умывания. Пахла зубным порошком и душистым мылом. — Это что, такое упражнение в карате?
Я кивнул. Какая любопытная. Потом расскажу.
Потихоньку проснулись остальные. Мы быстро втянулись в быт кочевников железной дороги. Позавтракали. После этого болтали. Играли в карты.
Парни проснулись ближе к обеду. Хмурые и невыспавшиеся. Гена, судя по злым взглядам, все хорошо помнил. Что случилось ночью. И жаждал реванша.
Вот только у девушек уже не было желания общаться. Когда один из парней предложил тоже перекинуться в картишки, Катя резко ответила:
— Нет уж, без вас обойдемся.
Парень ухмыльнулся. Рожа помятая. И явно просит кулака.
— А что так? Или вас эти кавалеры устраивают?
И презрительно указал на нас.
— А это уже не твое дело. А будете лезть, мы милицию вызовем, — отрезала Катя.
Это на время утихомирило попутчиков. Но я видел, что это ненадолго. Тогда решил помочь им принять правильный выбор. Для профилактики.
На одной из остановок выбежал на платформу. Нашел у забора штук пять кирпичей. Притащил в вагон, благо проводник не видел. А потом сложил на полу.
— А это зачем? — тут же спросила Катя. — Стену будем строить? От вот этих придурков?
Я покачал головой.
— Вы вчера спрашивали, девушки, что умеют каратисты. Я вам хочу показать одно из наших умений.
Посмотрел на наших соперников. Позвал Гену пальчиком.
— Слышь, герой, иди сюда.
Когда Гена подошел, указал на кирпич.
— Сможешь разбить его кулаком?
Парень взял кирпич, осмотрел. Положил обратно. Недоверчиво усмехнулся.
— Разве что молотком. А ты сможешь, что ли? Голой рукой?
Я поглядел на его приятелей. Те сидели с удивленными рожами.
— Может, кто-то из вас обладает скрытыми талантами? Кто хочет попробовать?
Никто из соперников не пожелал сделать трюк. Только один сказал:
— А ну-ка, дайте я проверю. Этот шустряк, наверное, старые кирпичи принес. Они уже крошатся от времени.
Он подошел к нам. Осмотрел кирпичи. Попытался ударить. Убедился, что кирпичи крепкие.
Это были добротные советские кирпичи. Не хрупкие, как в двадцать первом веке. Готовые развалиться от дуновения ветра. Нет, вполне себе надежный строительный материал.
— Убедились? — весело спросил я.
Потом поставил кирпич на два других. Размахнулся. И с коротким «Киай!» сломал его надвое.
Потом тоже самое сделал со вторым кирпичом. И с третьим. И с остальными. Вскоре на полу лежала горка сломанных кирпичей. Другие пассажиры тоже подошли. Смотрели, как я бью.
— Во дает! — сказал один дядька. — Как в цирке прям.
На ближайшей остановке мы с Егором выкинули обломки кирпичей. Вернулись в вагон. Больше за всю поездку у нас не было проблем с парнями.
Ну, а ночью я сам пошел с Олей в тамбур.