Страница 68 из 212
— Вы над нами смеетесь? — сделал безошибочный вывод один из троицы, стоящий слева от главаря. — Над магами?
— Нет, что вы, мы просто так, анекдот вспомнили…. — пролепетал Кано. Он знал, что некоторые маги из Корпорации, находясь не в духе, любят шастать по всяким пабам, и искать кого-то, на ком можно выместить свою злость — даже за самую безобидную шутку. Эта троица явно принадлежала к данной категории — уверенная, что находясь под защитой Корпорации, они в любом случае избегут последствий, задиры не могли не пройти мимо насмешек в своей адрес.
Дима кинул взгляд на тот столик, где сидела Ханна. Главарь поймал его взгляд, и растянул губы в недоброй улыбке.
— Кажется, та ведьма из Академии — ваша подружка? Это она вам шутки про нас здесь рассказывает? Ладно, отдыхайте, сейчас мы с ней поговорим.
— Только тронь ее! — рявкнул Мух, приподнимаясь с места. — Ханна, беги!
Дима так и не понял, что произошло потом. Что-то мелькнуло у него перед глазами, тело на миг ощутило вязкое прикосновение к груди чего-то мерзко неприятного, а в следующую секунду студент обнаружил, что лежит на полу. Столик, за которым они сидели, был опрокинут, а Мух застыл на месте с занесенным для удара кулаком, не в силах пошевелиться. Кано глухо стонал, Потап молчал, а все прочие посетители паба уже рвались к двери, стремясь поскорее покинуть место драки. Между тем бармен Фёрт, спрятавшийся за стойкой бара, уже хладнокровно набирал номер телефона, вызывая полицию.
— Кто тут еще смеялся? — осведомился главарь, поворачиваясь к Кано. — Ты, толстяк?
Диму захлестнула волна слепой ярости — а вместе с ней проснулись заложенные во время обучения навыки. Легко поднявшись с места, студент переплел пальцы, совершенно забыв в тот момент, что ему это делать категорически запрещено. Стоящий в центре главарь получил «Невидимый кулак» прямо в переносицу — удар был такой сильный, что юного мага снесло с ног, и он лег на пол, брызгая фонтаном крови. Тот, что был справа, ругнулся, и бросился на Диму, но третьекурсник пропустил его мимо себя, и послал вслед «Инвалида» — ноги у противника словно превратились в макаронины, и он оглушительно рухнул, скрывшись под обломками подвернувшегося по пути столика.… Несмотря на то, что бой был на неравных условиях, Дима побоялся применять более мощные заклятия типа «Молнии» или «Огненного меча», инстинктивно решив справиться простыми приемами — да и привычка не «палиться» в людном месте среди малознакомых людей, вбитая годами ему в голову, тоже подсказала правильное решение.
Третий противник быстро оценил то, что случилось с его товарищами — понял он и то, что перед ним боевой маг. Но не отступил, а хладнокровно сунул руку в карман, собираясь достать какой-то артефакт, а может, и простой нож. Рефлексы сработали прежде, чем Дима успел подумать, что у его противника есть скрытое оружие — послав новый невидимый удар, он бросился вперед. Маг молниеносно поставил магический блок, отразив направленное в него заклятие, но больше сделать ничего не успел — Дима с размаху врезал ему в солнечное сплетение, а когда противник согнулся, поднял вверх колено, одним ударом превратив лицо мага в кровавую кашу. Последний удар отбросил в сторону уже бесчувственное тело.
В тишине паба раздалось жуткое кашлянье — главарь с трудом поднимался на ноги, зажимая ладонями разбитую переносицу. Когда он посмотрел на Диму, в его глазах отразился ужас, а затем сотрудник магической корпорации Гунча сделал слабую попытку шагнуть к дверям. Но не успел — усвоив от Куколки урок заканчивать бой независимо от успеха, Дима переплел пальцы, и маг, получив с расстояния невидимый удар в висок, лег обратно пластом. Кинув взгляд на третьего, лежавшего под обломками, студент убедился, что он, как и остальные двое, не представляют для него угрозы.
— Тварь! — Мух вышел из оцепенения, и обрушил кулак в пустоту, едва удержав равновесие. — Не понял! Какого….
Слепая ярость прошла, и мозг Димы заработал на полную катушку. Быстро и четко, как учила все та же Куколка, он проанализировал ситуацию, и сообразил, что Мух не видел его героической разборки — для того, кого замораживают заклятием, время останавливается. Кано лежит лицом вниз и дрожит, Потап не шевелится — явно без сознания. А оглянувшись, студент убедился, что кроме них в пабе никого не осталось, даже Ханна исчезла вместе со своим бокалом.
— Хиро… это ты, что ли, их так? — изумился громила-грузчик, рассматривая новичка совершенно обалдевшим взглядом.
— Я просто немного единоборствами занимался, — пожал плечами Дима, вспомнив «легенду». — Хорошо, что они без оружия были.
— Молоток! Так им и надо! — Мух сплюнул на безжизненное тело главаря. — Ладно, ты бери Потапа, а я — Кано, и валим отсюда. Фёрт тут уже сам со всем разберется.
— Понял, — Дима склонился над коллегой, и с трудом взвалил его плечо. Между тем Мух без всяких усилий закинул на свое плечо слабо стонущего Кано, и пошел к выходу, по пути не удержавшись, и пнув каждого из магов по очереди ногой, при этом выразив громким вдохом сожаление о том, что вся драка прошла в этот раз без его прямого участия.… Шатаясь под тяжестью, Дима двинулся следом — совершенно не замечая, каким взглядом его провожает спрятавшийся за барной стойкой Фёрт….
****************
Когда Дима вернулся в квартиру, у него было лишь одно желание — принять душ, и завалиться спать. К счастью, Мух оказался опытным в плане уличных разборок, и потому на свежем воздухе быстро привел в чувство пострадавших друзей, рассказав им свою версию произошедшего. Дима с удовольствием выслушал благодарности от всех троих, и на том распрощались, отправившись по домам с единой мыслью, что на сегодня приключений хватит. Тем более что завтра на работу.
Пройдя на кухню, студент уже потянулся к кружке, чтобы выпить воды, но его рука замерла в воздухе — посреди стола лежал в гордом одиночестве белый конверт. А ведь когда Дима утром уходил на работу, его там не было! Мигов забыв про жажду, студент схватил письмо. Конверт оказался без единого штампа, марки или надписи — идеально белый, как слоновья кость.
Вскрыв его, Дима вытащил наружу сложенный листок бумаги, покрытый непонятными каракулями. Пожалуй, ни один филолог, языковед или лингвист не смог бы разобраться, на каком языке написано письмо — потому что такого языка просто не существовало в природе. Дрожащими руками Дима схватился за кольцо на пальце, которое выдавал за фамильное, и коснулся его в строго определенной точке — из поверхности кольца вырвался лучик тонкого красного цвета. Студент направил его на бумагу, и повел рукой — и там, где прошелся луч, каракули мигом превратились в буквы, образуя понятные слова.
«Сталкер!
Сообщаю, что время, отведенное вам на адаптацию в Карахане, истекло. И, как показали результаты, справились вы с этим блестяще. С завтрашнего дня вы начинаете заниматься своим непосредственным заданием, связанным с «Ночным Рейдом». Пункт первый — убить человека, который изображен на фотографии. Это должно быть громкое, шумное убийство, которое взбудоражит весь город, и озадачит полицию — и обязательно посреди дня. Мало того, вы должны провернуть все так, чтобы вас ни в коем случае не заподозрили. Обеспечьте себе алиби, и не оставьте никаких следов. Крайний срок выполнения — двое суток. И обязательно примените то оружие, которым мы вас снабдили.
Также напоминаю, что после прочтения этого письма его необходимо уничтожить тем способом, о котором вам рассказывали.
М. К.»
Дима почувствовал, как по спине пробежалась холодная волна, а живот скрутило неприятным ощущением. Все это время он втайне надеялся, что обойдется без этого — а только что получил официальный приказ сделать это, да еще за двое суток. Убить незнакомого человека, да еще таким способом! Хладнокровно, и не оставив следов, как настоящий опытный киллер. Понятное дело, только таким способом можно было привлечь внимание других опытных киллеров, но вся натура студента искренне возмущалась таким решением! В Боевой Академии их учили защищать простых людей от тех, кто хочет причинить им зло — а теперь что, все это похерить? Да еще и по приказу?