Страница 66 из 212
На выходе вместо охранника сидел очередной голем, сканирующий каждого красными рентгеновскими лучами вместо досмотра. Благополучно пройдя мимо него, Дима сунулся к стеклянному окошечку с надписью «Касса», и приложил наручный коммутатор к электронному табло — устройство пискнуло, и сообщило о начислении на личный счет двухсот эгро — валюта Карахана. Кстати говоря, эгро существовали только в электронном виде, и никаких бумажных купюр или железных монет в стране не водилось, что значительно облегчало жизнь караханцам, и сводило на нет уровень преступности, касающегося денежных краж в общественном транспорте. Выйдя на свежий вечерний воздух, Дима с наслаждением глубоко вздохнул, повел плечами, и двинулся к уже ожидающим его Муху, Потапу и Кано. Заказали такси, и спустя пятнадцать минут уже были на соседнем острове в торгово-развлекательном районе.
В отличие от других более популярных заведений, паб «Черный Принц» не мог похвастаться большим количеством клиентов, да это и не нужно — земляк Муха, который был и барменом, и владельцем бара, специально открыл это заведение, чтобы помогать приезжим и другим гостям столицы в их стремлении попытать удачи. Здесь можно было в любой момент получить ответы на любые вопросы, касательно жизни в Карахане, найти доступное жилье, устроиться на работу, и даже встретить свою судьбу — единственное условие, что для того, чтобы получить услугу, нужно сделать заказ на сумму не меньше десяти эгро. Любой приезжему, который оказался в городе, где его никто не ждет, достаточно было просидеть пару часов в «Черном принце» — и его судьба тут же будет устроена самым лучшим образом. Таким образом, если ориентироваться на религиозно-магические легенды, то бармен был чем-то вроде жреца, помогающего заблудшим душам найти свое место под солнцем, и получающего с этого пусть небольшой, но стабильный заработок.
Единственная загвоздка — мало кто из приезжих знал о существовании такого места, как «Черный принц»; а у тех, кто знал, было и без того много проблем, связанных с обустройством на новом месте, чтобы проводить время с выпивкой. Именно поэтому в пабе было всегда тихо и спокойно, а главное — не так людно как в других, более популярных заведениях, особенно в вечер выходного дня.
Из двадцати пяти столиков были заняты только три, да и то местными завсегдатаями, пришедшими на сон грядущий пропустить стаканчик-другой. Мух, который, видимо, был здесь своим человеком, кивнул им, обменялся несколькими словами, и подвел друзей-коллег к барной стойке, за которой протирал стаканы пожилого вида мужчина с равнодушным каменным лицом.
— Эй, Фёрт, мы сегодня привели новенького, сделай ему своего фирменного, заслужил, работяга!
— Давно в городе, молодой человек? — поинтересовался бармен, наметанным взглядом мгновенно вычислив «новенького», и безошибочно посмотрев прямо на Диму.
— Почти неделю, — честно ответил студент.
— Тогда первая порция за счет заведения. А остальным что?
— Мне как всегда, остальным тоже самое, — ответил Мух за всех. — Братцы, занимайте столик, я сейчас подойду.
Весело переговариваясь, складские рабочие заняли один из многочисленных пустых столов. Спустя пять минут подошел Мух с подносом, загруженным бокалами с выпивкой и тарелкой с орешками. Перед Димой он поставил бокал с какой-то подозрительного вида зеленой субстанцией — сверху над ним висели клубы пара, а снаружи стекло покрылось тонким морозным инеем.
— Фирменный напиток от Фёрта — «Огненный Джун». Ну, братцы, за наш дружный коллектив!
— Чтоб город стоял, и магия была, — солидно прибавил Кано, даже не догадываясь, что тост, только что пришедший ему на ум, уже давно используется в другом месте, только с несколько иным смыслом. — Будем!
Чокнулись бокалами, и двое грузчиков вместе с манипуляторщиком тренированным движением одним махом опрокинули выпивку в могучие глотки. Один только Дима замешкался, глядя на бокал со своим напитком.
— Хиро, а ты чего ждешь? — осведомился Потап, хрустя орешками.
— Да, извините, задумался. За Карахан! — осторожно сдув облако пара, студент мысленно перекрестился, и одним сильным глотком опорожнил свой бокал — регулярные пьянки с близнецами и Гвеллином в кои-то веки пригодились.
Ощущения были примерно такие, как раскусить кайенский перец. Кровь ударила в голову, из глаз брызнули слезы, а из носа и ушей вырвались клубы зеленого пара. По всему телу на несколько секунд прошлась сильнейшая судорога, скрутившая все суставы, и бокал треснул в рефлекторно сжавшемся кулаке. Но потом неприятные ощущения исчезли, и во всем теле появилась какая-то легкость, а туман в голове рассеялся, уступая месту веселью и необузданной энергии.
— Хорошая штука! — пробормотал Дима, отодвигая треснувший бокал. — В голову дает конкретно.
— Фирменный напиток, Фёрт сам его придумал, — ответил Мух. — Ну, братцы, по второй! Хиро, ты пока отдохни.
— Не-не, я тоже по второй. Эй, бармен, новый стакан, пожалуйста! А это что? — третьекурсник схватился за граненую бутылку, с удивлением обнаружив на ней знакомое слово. — Ого, в Карахане тоже делают виски?
— Это такая классная штука, что его во всех мирах магической мультивселенной делают, и правильно делают, — гоготнул Кано. — Ребята, за Хиро, нашего нового товарища.
— За Хиро! — поддержали остальные.
Но если фирменный напиток «Черного Принца» оказался ничего себе, то виски на вкус был просто ужасен — все равно, что глотать оставшуюся после мытья посуды мыльную пену, смешав ее с песком. Пришлось снова требовать себе «Огненного Джуна», чтобы избавиться от мерзкого привкуса во рту. После второго бокала фирменного пойла на душе Димы стало весело и легко, и все проблемы отошли на второй план.
Пока студент приходил в себя, от входной двери к стойке уже двигалось новое лицо. Посетителем оказалась молодая рыжеволосая девушка лет девятнадцати, в сером плаще, застегнутом под горлом, и распахнутом спереди — под ним виднелась рубинового цвета мантия с черным поясом, увешанным какими-то крошечными мешочками и прозрачными склянками, заткнутыми пробками. Еще один такой пояс пересекал грудь незнакомки, а с внутренней стороны плаща имелось множество нашитых карманов, битком набитых все теми же мешочками и склянками.
Едва Мух увидел девушку, как сразу заорал на весь паб:
— Эй, да это же Ханна! Вот нам повезло! Привет, Ханна!
— Привет, — незнакомка окинула всю компанию взглядом, кивнула Кано и Потапу, и скользнула глазами по Диме. — У кого сегодня праздник?
— А у нас каждый день праздник! — ответил Кано. — Ханна, садись с нами, угостим!
— Сегодня выступать будешь? — спросил Мух. — Пожалуйста, скажи, что будешь!
— Перед кем выступать? — пожала плечами Ханна. — Народа нет совсем.
— Перед нами! — Мух даже с места привстал. — А мы тебе выпивку, сколько захочешь! Ханна, ну давай, выступи!
— Не хочешь ради нас — давай ради новенького, — Кано хлопнул Диму по плечу. — Давай, Ханна, ты же так классно это делаешь!
— Ну ладно, уговорили. Ждите, через десять минут все будет, — и таинственная незнакомка направилась к бармену, который тут же вышел из-за стойки, чтобы проводить ее к дверям, ведущим в заднюю комнату паба.
— Что за Ханна? — спросил Дима, так и не дождавшись объяснения. — Ваша знакомая?
— Студентка Боевой Академии, — ответил Мух. — Захаживает сюда иногда, чтобы выступить.
— Студентка Академии? — весь хмель и веселое состояние словно корова языком слизала. Дима весь подобрался, и сел ровно, отодвинув бокал. — Караханской Боевой Академии?
— Ага. Круто, скажи?
— Эх, не будь она студенткой, я бы с ней… — мечтательно протянул Кано. — Язычок у нее — закачаешься!
— В каком смысле? — не понял новенький.
— А вот сейчас увидишь, — ответил Мух. — Эх, братцы, хорошо, что мы сюда заскочили — саму Ханну увидим! Она здесь местная легенда.
Не зная, что еще сказать, Дима огляделся. Завсегдатаи за соседними столиками тоже обрадовались, а один даже начал с нетерпением постукивать ногой по полу, поглядывая на наручный коммутатор. Студентка Боевой Академии, выступающая в пабе перед мужиками, которые бухают? Не-не-не, этому должно быть нормальное, логическое объяснение.… Ну, не стриптиз же она здесь танцует, правда же? Хотя почему Кано сказал про острый язычок? Может, она поет, как Ария?